Маленькие Песцовые радости (СИ)

— В прошлом году победитель был с семеркой, — заметил Федя, который прекрасно понимал намеки и решил встать на мою защиту. — Так что не всегда сила является решающей, что-то зависит и от умений, артефактов и зелий.
— А-а-а, — понимающе протянул Агеев и повернулся ко мне. — У тебя расчет на собственные зелья?
— У меня расчет на собственные силы и умения. Чтобы справиться с тобой, мне не нужны ни зелья, ни артефакты.
— Думаешь, тебе тут так же повезет, как и на фехтовальных соревнованиях? Фехтованием ты хотя бы занимался.
— Поединок все расставит по местам.
— Мы с тобой на нем не встретимся, — насмешливо бросил он. — На первом этапе все равно идет разбиение по уровню силы, чтоб совсем хилых и неумелых отсеять.
— То есть пройти не рассчитываешь?
— Мне переживать не о чем.
В этот раз соревнования проходили не в том помещении, где сидели сейчас мы и зрители. Когда придет время соревнований, изображение будет выводиться на три огромных монитора — по числу куполов под поединки. Сами же купола прилично отдалены от всех помещений, где могут быть люди. В целях безопасности, разумеется. В этих же целях при каждом куполе дежурит целитель и преподаватель училища. Последний выносит предварительный вердикт по результату поединка. Его можно опротестовать, тогда судьи будут уже пристально изучать записи. В предыдущие годы скандалов хватало, особенно когда силы противников были примерно равны. В этом тоже наверняка не обойдется, и хорошо бы, чтобы они были не со мной.
Наконец объявили, что регистрация завершена и организаторы приступили к делению на группы. После этого объявления Федя попытался меня переубедить:
— Илья, пока не поздно, заяви зелья. Иначе без шансов. Здесь такие зубры из военного училища, сильные и натренированные. Мне бы не хотелось…
Он не закончил фразу, но я и без этого его прекрасно понял: ему бы не хотелось видеть мое унижение.
— Федь, все под контролем. Я обдумал прошлые соревнования и решил, что в этих возможность ко мне придраться дам по минимуму. Я не буду использовать ни зелья, ни артефакты, кроме стандартного, который выдают для контроля.
— Готовишь причину для отмазки при проигрыше? — насмешливо спросил Агеев.
— Он не проиграет, — обиделась за меня Дашка. — Если уж Илья пошел на соревнования, то он знает, что нужно делать.
Агеев недовольно хмыкнул, показывая свое несогласие, которое вербально выразить опасался: а то рассорится с Дашкой и не сможет так явно за ней ходить.
— А кстати, — сказал Федя, — как тебя угораздило?
— Никто не хотел, с замдекана пошли друг другу навстречу в выполнении просьб, — пояснил я. — Все же я выходец из боевого Рода.
— Боевке только Влада обучали, — напомнил Федя, как будто я сам этого не знал.
— Кое-что нам с Олегом досталось после выхода, — навел я тумана.
— В качестве извинений?
Отвечать мне не пришлось, потому что распределение по группам закончили и сейчас торжественно проговаривали каждую фамилию. Список самых слабых закончился, начали средних, где первым же оказался Агеев, а Даша с Федей заволновались:
— Илья тебя забыли, — возмутился Федя. — Нужно немедленно идти и исправлять ошибку. Когда начнется, поздно будет.
— Рано переживать — это не моя группа.
— С чего бы? — удивилась Даша. — У тебя всегда три круга было.
— Теперь немного побольше.
— Немного — это сколько?
Я решил чуть занизить, чтобы не шокировать народ слишком сильно.
— Двенадцать.
Мои слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Все замолчали, но ровно до оглашения третьего списка, участников с силой больше десятки. Стоило прозвучать моей фамилии, как Агеев сказал:
— Ты сдурел? Фальшивая справка на соревнованиях тебе никаких преимуществ не даст, а дисквалифицируют на раз-два.
— Мне ее Зимин выписывал. Думаешь, он занимается выписыванием фальшивых справок?
— Но так же не бывает, — уверенно сказала Даша. — Тебя тестировали при выпуске — было три круга. И вдруг — двенадцать?
— Так… — протянул Федя. — А проблемы Влада с Силой из этой же серии?
  
— Из этой же, — согласился я, удивляясь информированности друга, и не только по Владику. С ним-то как раз все понятно: бывшие одноклассники, нынешние курсанты, которые и сообщили. А вот откуда у Феди сведения по Пиявкам? Это было куда интереснее. При этом я был уверен, что спроси — не ответит, прикроется внутренними юридическими секретами Рода.
— Дела… — протянул Федя. — Ваш дед-то сейчас локти себе кусает.
— Это был его выбор. И причину случившегося ввести в род он лично настоял.
— Вы сейчас о чем? — удивилась Даша.
— Я так понимаю, о том, почему Живетьеву под стражу отправили, — неожиданно ответил Федя. — Потому что целители должны людей исцелять, а не использовать свои знания в собственных интересах за счет чужой жизни и здоровья.
— Чего-то я не просекаю, о чем вы, — удивленно сказал Агеев.
— Тебе и не надо, — ответил Федя. — Главное, что мы с Ильей друг друга поняли. И знаешь, я очень за тебя рад, — сказал он уже мне.
— Секретики, — обиженно нахмурилась Дашка. — От меня?
— Это их внутриродовые, — нашелся Федя. — Мы им помогали с оформлением, вот и оказались в курсе. А так Илья тоже не имеет права посторонним рассказывать.
— Эх, — вздохнула Дашка. — Куртку-то хоть доверишь на время боя?
— Как раз на время боя — нет, она мне на поединках понадобится, — отказал я. — Но между ними — почему нет?
Дашка радостно потянула руки, и я ее понимал: куртка получилась на редкость уютная, и на внешний вид нестандартная. Агеев ревниво посмотрел, как девушка, которую он хотел бы считать своей, закутывается в куртку соперника, и предложил:
— Даш, можно я тебе гитару на сохранение дам?
— Конечно, — обрадовалась она. — За гитарой я непременно присмотрю. Илюш, если бы ты слышал, как он играет…
Агеев подбоченился и снисходительно на меня посмотрел.
— Должен же он хоть что-то делать хорошо, — съязвил я. — Если с фехтованием и магией не заладилось.
— С магией мы еще посмотрим, — огрызнулся Агеев. — А что касается игры на гитаре — хорошо хаять, если сам в этом ноль.
— Мне просто неинтересно было.
— Было бы интересно, ты бы и в игре на гитаре лидировал? Так же, как и в магии? — усмехнулся Агеев. — Да я сделаю тебя по двум пунктам из трех.
— Если на то пошло, то я тебя могу сделать по всем трем пунктам, — не удержался я. — У меня просто времени свободного нет.
— Ну да. А то бы ты мне показал мастер-класс на гитаре, — хмыкнул Агеев.
Он так старался хоть в чем-то меня уязвить, что чуть не пропустил вызов на собственный поединок. Хорошо, Дашка следила, она и указала на невнимательность, а когда он рванул на выход, боясь не успеть к началу собственно поединка, укоризненно сказала:
— Илья, что ты его дразнишь?
— Бесит, — честно признал я.
— Меня тоже, — поддержал меня Федя. — Индюк напыщенный. Чего он за тобой таскается?
— А вам жалко? — возмутилась она. — Все равно никто из вас за мной не таскается в том смысле, который вкладывает в это слово Федя. И вообще, похоже, нашей дружбе пришел конец: у вас свои секреты, в которые меня не посвящают, и собираетесь вы тоже без меня.
— Мы не собираемся без тебя, — возмутился я. — У меня вообще времени ни на что не хватает. Ну не нравится мне этот Агеев, что теперь? Мы с Федей его честно терпим рядом и даже почти не ругаемся.
— Главное — он моему папе нравится.
Это было неожиданно и неприятно. Конечно, Зырянов не обязан был мне докладывать, что его дочь кого-то там привела знакомиться, но все же мог хотя бы упомянуть.
— У вас уже до знакомства с родителями дело дошло? — резко спросил я. — Не торопитесь?
— А тебе есть до этого дело?
— Есть.
Дашка внезапно разозлилась, покраснела, махнула рукой, чуть не свалив на пол гитару, в самый последний момент поймала и выдала:
— Ты бы определился, Илюша, кто я тебе: только подруга или нет? И уже тогда выкатывал претензии.