Маленькие Песцовые радости (СИ)

Олег помотал кистью в воздухе с покрасневшими кончиками пальцев, я отправил точечную регенерацию (как раз потренировался использовать навыки из прочитанного) и сказал:
— Я никогда не сомневался в твоих талантах, но думаю, что тебе еще долго придется репетировать. А пока стоит сделать перерыв. Пойдем пообедаем и поедем.
Олег провел рукой по деке, прощаясь с полюбившимся инструментом и явно про себя обещая к нему вернуться в ближайшее время. Любовь с первого взгляда — жаль только, что не взаимная: Олег новую игрушку любит куда сильнее, чем она его.
— Зырянов, кстати, звонил. Обещал во вторник-среду подъехать, — сообщил Олег, уже когда мы ели. — Деньги получил за продажу, они теперь ему карман жгут.
— Больше эти деньги жечь его карман не будут, — заметил я, заставив Олега хохотнуть. — При торговле напрямую посредники не нужны.
Я опять вспомнил Прохорову и поморщился. Умеют же некоторые производить впечатление. Отрицательное.
— От Шалеевых ничего не слышно? — спросил я, лишь бы перевести тему.
Теперь поморщился Олег.
— Пока сертификаты не получат, ничего слышно и не будет. Хотя Ольга звонила и предлагала отдать на тестирование косметику паре знакомых.
— Возможно, имеет смысл? Как рекламная акция?
— Да какая рекламная акция? Она чисто по знакомым распихает и себе возьмет про запас, — возразил Олег.
Такое отношение к противоположному полу для Олега было несвойственно, поэтому я сразу сделал вывод:
— Отшила?
— Есть такое, — согласился Олег. — И дала понять, что мы для нее слишком бедный род. А сама-то…
Он недовольно фыркнул, напомнив мне Песца. Даже странно, что симбионт, так удачно копирующий привычки дяди, достался не ему, а мне. Случай, однако.
— Одно хорошо, что меркантильность выявилась сразу, — продолжал Олег. — Тоже мне, принцесса. Будет сидеть при папе до старости, а потом нужна будет только могильным червям.
Похоже, Олега отказ уязвил куда сильнее, чем он хотел показать. Но и Ольга мне не показалась столь меркантильной. Скорее хваткой и постоянно пытающейся найти выгоду хоть в чем-то для своего угасающего Рода.
— Возможно, на ее решение повлиял наш конфликт с княгиней? — предположил я. — Потому что она думает, что княгиня может стопорнуть всю торговлю косметикой определенной марки в княжестве.
— Если на решение девушки влияют такие вещи, значит, я ей не очень интересен.
— У Шалеевых самих проблемы, — напомнил я. — И неизвестно, откуда хвост тянется. Может, из того же конфликта с княгиней.
Олег ничего отвечать не стал, подошел к кофеварке, поставил чашку и выбрал полюбившийся вариант в двойном размере.
— Знаешь, что я подумал? — внезапно сказал он. — К кофе было бы неплохо иметь печенье и конфеты.
— Дойдут руки и до этих модулей, — правильно понял я его. — Когда-нибудь.
Очень нескоро.
— Ладно, пью кофе — и выезжаем, — решил Олег. — Ты как, собрался?
— Куртку только возьму, как дополнительную защиту. Артефакты и алхимию решил не брать, еще отнесут к запрещенным. А защитный там с датчиком выдают.
— Это ты зря, — возразил Олег. — На соревнование можешь не надевать, но остальное время чтобы был при артефактах. Перед поединком просто отдашь мне.
На том и порешили, хотя мне пристальное внимание к нашим артефактам было не особо нужно. Более того, оно представляло определенную опасность, если поймут, что артефакты не столь просты, как должны быть у нашего небогатого рода.
Приехали мы не самыми первыми, основной поток уже прошел, поэтому практически не пришлось постоять в очереди на регистрацию и осмотр. Удивило, что среди целителей, осматривающих участников, обнаружился Живетьев. Сам он лишь наблюдал, никого не сканировал, и все же его присутствие меня напрягало. Сюрпризом его появление, разумеется, не стало, потому что я постоянно мониторил свои метки и видел, что с живетьевской мы неумолимо сближались. При моем появлении метка отразила резкую вспышку недовольства, я бы даже сказал — раздражения, но сам княжеский целитель ничем не показал, как ему неприятно меня видеть. Такую равнодушную рожу еще поискать надо, и не факт, что обнаружится. Вид у Живетьева был настолько скучающим, как будто он вовсе не интересовался тем, как проводят обследования подчиненные ему целители.
  
Когда дошла очередь до меня и я положил куртку в сторону, Олег сразу включил телефон под запись, целитель состроил недовольную рожу, но возмущаться не стал, занялся тем, что проходился по мне комплексом заклинаний в точности таким же, как и у предыдущего участника.
— Ничего не найдено, — наконец сообщил он.
— А «ничего» — это в данном случае что? — въедливо уточнил Олег. — Потому что при племяннике есть набор артефактов.
— Мы только по запрещенным препаратам, — ответил целитель. — Влияния посторонней алхимии на организм не найдено, поэтому осталось проверить только те зелья, что у вас с собой. Вон там.
Он указал на Рыжова с подчиненными, который был настолько близко, что никто не смог бы незаметно принять зелье, переходя от стола целителей к столу алхимиков.
— Илья? — обрадовался Рыжов, сразу меня узнав. — Наслышан, что вы с Грековым договор заключили. Он мне носил ваши зелья на экспертизу. И вот что я скажу, если вы будете ему поставлять заявленного качества, то его подразделению повезло.
— Спасибо за такую высокую оценку, Владимир Сергеевич.
— Показывайте, что вы припасли на сегодня? — азартно попросил он, наверняка собираясь показать тем, кто стоял с ним, какого качества могут быть зелья обычного студента.
— Я решил обойтись без алхимии.
— Вообще? — поразился Рыжов. — Илья, это несерьезно. Правилами турнира разрешается использовать целый список боевых зелий.
— Я решил попробовать обойтись без них. Чтобы не было такого, когда внезапно сразу после моего поединка оказалось, что конкретное зелье вот только внесли в список запрещенных.
Рыжов расхохотался.
— Наслышан про ваши проблемы на прошлых соревнованиях. Но эти будет контролировать сам князь и такого не допустит, так что вы зря перестраховываетесь.
— И тем не менее хочу обойтись без зелий.
Рыжов неодобрительно покачал головой, но от меня отстал. А я принялся оглядываться в поисках своих алхимических участников, но увидеть еще никого не успел, когда Дашка дернула меня за рукав и объявила:
— Привет. Мы с Федей пришли за тебя поболеть.
Как оказалось, пришли они не только вдвоем с Федей: за Дашкиной спиной маячил недовольный Агеев, который выставлял сейчас пузырьки перед Рыжовым. Но не это привлекло мое внимание: у него за спиной висел чехол с гитарой.
— Смотрю, твой приятель собрался сегодня бороться музыкальными навыками, — не удержался я.
— Вряд ли ему дадут такую возможность, — хихикнула Дашка, — потому что тогда победитель бы определился сразу.
— Ты о чем? — спросил подошедший Агеев, который успел не только сам провериться, но и утвердить набор зелий, который приготовил на сегодня.
— О том, что ты виртуозно играешь на гитаре, — ответила Дашка.
И тон ее мне очень не понравился. Так о совершенно постороннем человеке, от которого не можешь отделаться, не говорят.
«И что? — ехидно сказал Песец. — Тебе все также неинтересна гитара?»
«Битвы ею не выигрываются», — огрызнулся я.
«Смотря какие. Ты вот даже тортик подруге до сих пор не сделал. А торт, гитара и сидр — убойное сочетание, перед которым никакая девушка не устоит».
«Это смотря сколько сидра выпить».
«Это смотря какой сидр», — Песец недовольно дернул хвостом, наверняка вспомнив, что мы так и не продегустировали то, что получилось. Но напиваться перед соревнованиями? Уверен, остаточные следы целители бы во мне нашли. И дисквалифицировали. По эманациям недовольства от Живетьева было понятно, что ему только повод дай — и он сразу же от меня избавится.
  
Глава 7
 
Похоже, Агеев выяснял у Даши мои возможности, потому что выражал уверенность в том, что тем, у кого кругов магии недостаточно, ловить на таких соревнованиях нечего. Или не у Даши? При желании и возможностях Агеева можно было не ограничиться одним источником. В любом случае разница невелика: любой мой одноклассник сказал бы, что у меня три круга силы и полное отсутствие доступа к родовой магии.