Аристо без смерти (СИ)

Но тёмный уже исчез, а следом развеялся и сон.
  
Глава третья. Разборки в столовой
 
Проснулся я от шума воды. Рыжий уже встал и занял душевую, значит день начался. Если конечно мой сосед не встаёт среди ночи помыться, в общем-то к таким странностям соседей не привыкать.
Но в комнате и правда стало намного светлее. Я поднялся с койки, поприседал и потжимался, потом подошёл к окну. Ночью было как-то не до разглядывания пейзажей, тем более вокруг всё равно была сплошная темнота, но сейчас снаружи зажглись фонари, да и небо понемногу начинало светлеть. Вокруг ухоженное поле, трава молочно-зелёная, значит здесь поздняя весна, хотя в моём мире был разгар лета. Луг упирается в смешанный лес. Деревья — моё почтение, местами виднеются гиганты метров на пятнадцать в высоту.
Рядом с лесом деревянная изба, из печной трубы валит чёрный дым, интересно, кому это там холодно?
Вода затихла, рыжий вышел из ванной.
— Без меня не уходи, на учёбу вместе пойдём, — на всякий случай уточнил я. В конце-концов я не знаю куда идти не говоря уже о таких мелочах как расписание.
— До учёбы ещё час. Сейчас завтрак…
— Тем более. Завтрак ещё важнее.
Я быстро сделал дела и принял душ с лейкой вполне привычного вида. Бриться пока не нужно.
В шкафу нашлась чистая одежда, больше напоминающая гимнастёрку с косым воротом. Каких-то ученических принадлежностей в комнате не наблюдалось, так что на этом приготовления были закончены.
Мы спустились по лестнице, прошли по переходу в соседнее здание, снова спустились и наконец оказались в столовой. Так, а вот и первая дилемма. Столы расставлены неравномерно. Две трети помещения занимает едва ли четверть мест, остальные сбиты в тесную кучу. И это явно не просто так. Приём пищи всегда тесно связан с иерархией, и важно выбрать правильное место.
С одной стороны, нужно не выделяться. Я как-никак полуразумный голем без амбиций. С другой стороны садиться в местный аналог петушиного угла тоже не вариант.
Донни, твой выход:
— Так, где мы обычно сидим?
— Трудно сказать…
Твою мать, Донни…
— В смысле, большой стол для настоящих аристо, а малый для… ну, для бедняков, которые учатся по милости Императора. Нас пускали за большой стол, но только с краю…
Ясно, от Донникова помощи не дождёшься. А ведь решение важнее чем кажется. Я огляделся по сторонам в поисках подсказки. Справа раздача еды, от прилавка отходит девушка. Симпатичная, волосы русые, глаза большие, фигурка стройная. К ней подошёл какой-то сопляк. Встал кстати из-за большого стола, о чём-то говорит, потом как бы случайно сбивает с разноса кружку. Девушка замерла, не знает как себя вести. Мерзкая ситуация.
Несколько шагов и я нахожусь рядом. Белобрысый крысёныш явно издевается:
— Маша, какая-же ты неряха. Надо убирать за собой.
Я встал между ними. Может новое тело и и меньше старого, но конкретно на этого гадёныша посмотреть свысока я ещё могу. Белобрысый начинает мелко ёрзать, но на попятную не идёт.
— Вот и хорошо, этот байстрюк сейчас всё уберёт.
Не помню, что значит слово «байстрюк», но судя по контексту ничего хорошего.
— Ты разлил чай, но хочешь чтобы убрал я?
— Конечно. Для тебя должно быть честью помочь благородному аристо.
Я гаденько ухмыльнулся. Ну, раз ты так хочешь…
— Конечно, я помогу тебе убрать.
В следующую секунду выскочка оказался на полу. Нет, он конечно пытался упираться, но не имел ни единого шанса вырваться Я пару раз провёл брыкающимся телом по полу.
 
— Всё, теперь чисто.
Разлитый чай и правда перекочевал на гимнастёрку выскочки. Я подержал его на полу ещё секунд двадцать, пока брыкания не ослабли. Теперь, если освободившись он бросится в отчаянную атаку, сил всё равно не хватит, так что я отпустил гадёныша и улыбнулся девушке. А вблизи она ещё симпатичнее. Не идеал, конечно, но приятная во всех отношениях. Самое время познакомиться поближе, но романтический момент безнадёжно испорчен подскочившим белобрысым.
— Жалкий червь! Познай гнев аристо!
Я с интересом наблюдал за взмахами рук соперника. Неужели покажет настоящую магию? Или лучше не рисковать и сразу его вырубить?
— Прекратить! — громогласный голос словно окатил столовую ледяным ветром. Снегов собственной персоной.
— Профессор, этот байстрюк оскорбил меня…
— Малафеев, после завтрака жду твоих объяснений в моём кабинете.
Малафеев, смешная фамилия. И сейчас он побледнел, в полном соответствии с ней.
— Но… — договаривать белобрысый не стал, просто съёжился, став ещё меньше ростом, только глазками зыркал особенно свирепо.
Ещё раз оглядев собравшихся, которые как один вытянулись по струнке. Снегов развернулся и ушёл. Малафеев тоже не нагнетал, а тихо вернулся за стол.
— Спасибо.- Маша легко погладила меня по руке и улыбнулась. — Я целительница, приходи если поранишься. — Девушка быстро достала из под одежды медальон, чтобы я успел запомнить номер.
— Обязательно, — я как мог улыбнулся. Целительница мне с моим образом жизни и правда не помешает.
Но почему Снегов за меня заступился? Хотя противоречия нет. Не за меня заступился, а за своего голема, который выполняет его приказы, в меру собственного разума. И если вместо того чтобы не отсвечивать, влипает в неприятности, это вина программиста. И насколько я знаком с этой братией, вместо выяснения причин Снегов сначала вдоволь поглумится над несчастным Малафеевым. Хотя его не жалко.
Я вернулся к Донни, который всё это время стоял столбом, а мог бы хоть для приличия подойти к очагу конфликта и выразить молчаливую поддержку. Учить и учить паренька…
— Наверное теперь мы можем смело сесть за большой стол. — Донни всё-же сделал свои выводы.
— Ответ неправильный. — Маша, со своим разносом, без кружки чая, устроилась с краю столов в тесноте. — Лично мне ближе простой народ.
Я решительно шагнул к «малому столу».
— Утро в хату, час в радость, завтрак в сладость! Что грустим, народ? Тесновато тут у вас, давайте-ка столы подвинем, места в зале полно.
Аристо большого стола, кривили лица, но то ли пример Малафеева, то ли неожиданная позиция Снегова заставила их держать недовольство при себе. Скоро с победным скрипом столы распределились по комнате более-менее равномерно. Ладно, теперь можно и перекусить, вчерашние пироги были вкусными, но как-то быстро проскочили, что там у нас на завтрак? Каша, запахом напоминает гороховую, только горошины какие-то плоские, ну ничего, только намекну повару на двойную пайку…
Душераздирающий вопль, от которого задрожали оконные стекла, сбил с мысли.
— Донни, что за холмотень?
— Завтрак кончился, пора на занятия. Идём, Хренов не любит когда опаздывают.