Вечное царствование (ЛП)

Мужчина зарычал от разочарования, прижимаясь ко мне еще крепче, не давая мне броситься на помощь отцу, перед моими глазами появились черные пятна, пока я продолжала бороться за дыхание.
Наконец генерал отпустил моего отца и сел, по его подбородку текла кровь, и все притворство этикета было утрачено. Чудовище в нем было открыто для всеобщего обозрения, когда он повернул голову к тусклому небу и удовлетворенно вздохнул, а его горящие голубые глаза вспыхнули удовлетворением. Мой отец поднес дрожащие пальцы к ране на своей шее, когда вампир слез с него и вернулся, чтобы встать перед ним, как ни в чем не бывало.
— Где твоя вторая дочь? — Снова спросил Вульф, склонив голову набок жестом, который выглядел как угодно, но только не по-человечески.
Папа заставил себя подняться на ноги, прежде чем ответить, и еще больше слез навернулось у меня на глаза, когда он пошатнулся от усилия.
— Иди к черту. — Он отшатнулся и плюнул прямо в лицо генералу, гордость и ужас захлестнули меня в равной мере, когда мной начала овладевать нехватка кислорода, мои конечности слабели, а попытки вырваться терпели неудачу.
Вульф вздрогнул, моргая, вытирая слюну со щеки, и темнота в его глазах стала еще мрачнее от оскорбления, и страх поглотил меня, когда он заговорил снова.
— С моей стороны было бы невежливо не разделить трапезу, — ледяным тоном произнес Вульф.
Шестеро низших вампиров поняли это быстрее, чем я, и все они взволнованно набросились на моего отца, повалив его обратно на землю, а его крик ужаса эхом перекликался с криками, которые раздавались в моем черепе, когда звери дрались за него, как за окровавленный кусок мяса: клыки погружались в плоть, кулаки летали, кости ломались.
Он взревел от боли, когда шесть пар зубов вонзились в его вены, а я закричала в тисках моего похитителя, когда конечности моего отца дико задергались под их натиском.
— Не убивайте его, — лениво добавил генерал Вульф, в то время как мое сердце разрывалось на части и мой мир был вырван у меня из-под ног. Тьма давила на меня, смерть шептала мое имя, в то время как мои легкие горели от нужды. — Он все еще должен сказать нам, куда ушла его другая дочь.
Мужчина, державший меня, казалось, понял, что я нахожусь на грани потери сознания, и я судорожно втянула воздух, когда он ослабил хватку на моем горле, его рука снова потянулась к моему рту, и мои ноздри расширились, когда я попыталась набрать в легкие достаточно воздуха.
Низшие вампиры неохотно прекратили свое пиршество по приказу генерала и отошли от тела моего отца. Он не двигался. Я могла видеть кольца следов зубов, кровоточащих на обеих его руках, а также одно на ноге, где вампиры разорвали его штаны в своих попытках сожрать его живьем.
Мой желудок сжался и перевернулся при виде этого зрелища, желчь наполнила рот, пока я боролась с позывами к рвоте.
Генерал Вульф нетерпеливо вздохнул, когда понял, что мой отец потерял сознание. — Я полагаю, нам придется закончить этот разговор позже. Подними его. — Он щелкнул пальцами вампиру, стоящему ближе всех к нему. — Он ответит на мои вопросы, когда проснется. Остальные, обыщите это место в поисках другой девушки Форд. Она не могла уйти далеко, но не забывайте, что она нужна членам Королевской семьи. Она не должна быть укушена.
Пятеро оставшихся вампиров повернулись и направились на улицы, окружающие здания, как собаки, охотящиеся за запахом, хотя каким-то чудом ни один из них не направился к нам.
Я с замиранием сердца наблюдала, как Вульф и вампир, несущий моего отца, скрываются из виду, разрушенная улица снова опустела, только пятна крови на разбитом бетоне доказывали, что все это не было каким-то гребаным кошмаром.
— Мы должны двигаться, — прошипел мужчина, державший меня, мне на ухо, его голос был похож на низкое рычание, от которого у меня по коже побежали мурашки.
Он отодвинулся на несколько дюймов, и я уставилась на него поверх его руки, которая все еще была крепко прижата к моему рту, аромат его кожи окутал меня, сохраняя во мне этот момент и прожигая путь по моим венам.
 
Я не знала, какого черта он ожидает, что я куда-то пойду с ним, и он заблуждался, если действительно думал, что я пойду.
Ублюдок фыркнул, как будто я выводила его из себя одним только своим взглядом, и я попыталась укусить его снова. Мне было наплевать на вампиров, которые охотились на меня. Все, что имело значение, это уходящие секунды, пока Монтану и папу уносили все дальше и дальше. Мне нужно было следовать за ними, найти оружие или придумать план — что угодно, лишь бы вернуть их, какой бы безнадежной ни была мысль об этом. Мне просто нужно было помешать им забрать мою семью.
Засранец, похоже, понял, что я не собираюсь никуда с ним идти: его хватка на моей руке ослабла, а его взгляд блуждал по мне в темноте, изучая мое лицо, и мысли метались в его затененном выражении лица. Мои глаза начали привыкать к темноте комнаты, и теперь, когда мое внимание было приковано к нему, я могла лучше разглядеть его внешность.
Он был просто огромен: рост, скорее всего, ближе к семи футам, чем к шести, тело покрыто мускулами, широкие плечи напряжены, так как он держал меня. Мужчины в Сфере не были похожи на него. Все они были полуголодными существами, как и я, худыми, со впалыми щеками и затравленным выражением лица. Его выражение лица не было пустым, как у них, оно было полно гнева и ярости, в то время как все, с кем я выросла, были полны жалости к себе и отчаяния. У него были длинные темно-каштановые волосы, частично заплетенные в косу на правой стороне черепа, остальные свободно свисали по плечам, а сильный разрез челюсти оттеняла грубая борода.
Его глаза были самой поразительной чертой в нем, и моя кожа горела везде, куда падал его взгляд. Они были золотистого цвета, яркие и непоколебимые, несмотря на темноту комнаты, в которой мы прятались.
Он крепко зажал мне рот рукой и уставился прямо на меня, его презрение усилилось, чтобы встретиться с моим собственным.
— Мы не можем оставаться здесь, — прорычал он, его голос был таким грубым, что царапнул мою душу. — Их сейчас слишком много. Но если ты пойдешь со мной, я помогу тебе вернуть отца. Я знаю, куда они направляются.
Он изучал меня несколько секунд, как будто я была каким-то загнанным в угол животным, непредсказуемым и ненадежным. Я просто смотрела на него все это время, и ни одна из моих мыслей не отразилась на моем лице.
Медленно он убрал руку с моего рта, хотя продолжал прижимать меня к гребаной стене своим огромным телом.
— Куда они их ведут? — Спросила я, желая услышать ответ на единственную часть того, что он сказал, которая вообще дошла до меня.
— Что бы ты сделала с этой информацией, если бы я передал ее тебе? — спросил он.
— Ты прекрасно знаешь, что бы я с ней сделала, — выплюнула я в ответ, и он весело хмыкнул, отчего у меня волосы встали дыбом.
— Ты думаешь, это смешно? — Я зарычала. — Кто ты вообще такой? Что ты здесь делаешь, прячась? Ты не из Сферы, и ты не кровосос, так кто, черт возьми…
— Я спас тебе жизнь, — хрипло сказал он, его тень поглотила меня, пока он держал меня в своей власти. — Что еще тебе нужно знать?
С яростным рычанием я оттолкнула его, и, наконец, он позволил мне, выпустив из своих объятий и сделав один шаг в сторону, тепло его тела быстро сменилось холодным зимним воздухом.
Я хотела протиснуться мимо него, распахнуть эту дверь и помчаться за вампирами, которые украли людей, которых я любила больше всего на свете. Но когда я взглянула на дверь, то обнаружила, что колеблюсь, мое внимание снова переключилось на незнакомца, который наблюдал за мной с угасающим интересом. Если он говорил правду, то, возможно, это был мой лучший шанс вернуться к ним. На самом деле, он мог быть для меня единственным шансом вернуть их.
Я не была дурой. Я знала, что слепо бежать за ними приведет только к тому, что я столкнусь с их судьбой вместе с ними, и хотя это было намного предпочтительнее, чем пытаться сбежать в одиночку, это также закончилось бы смертью для всех нас.