Вредина для мажора (СИ)

Ну, вот нет уж, еще только этого не хватало.
— Сим, не вздумай, слышишь меня? — уже не шепчу, а буквально кричу я, перекрикивая завывание поднявшегося ветра. — Идем в…
Договорить не успеваю. Буквально в считанные секунды Илья делает выпал, занося кулак в сторону лица Макса. Я вздрагиваю. Охаю. Но Стельмах ловко перехватывает руку Ильи и, потянув на себя, буквально откидывает того на бетонный пол. А потом в два широких шага преодолевает расстояние до уже поднимающегося на ноги парня и с ходу впечатывает тому кулаком в нос, да так, что я слышу хруст. Хватает его за грудки и упирает спиной в балконные перила, едва не переваливая.
— Макс, хватит!!! — взвизгиваю и дергаюсь вперед, хватая Сима за плечи. — Слышишь меня, Стельмах? Прекрати! Отпусти его, Сим! — но тому мои потуги как слону дробина, он просто в ярости. В бешенстве. Его всего буквально трясет, а истеричный смех зажатого и практически свисающего с балкона Ильи его гнев распаляет еще больше. Буквально подзуживает скинуть этого придурка вниз с балкона.
— Тебе и твоей карьере конец, идиот! — орет Илья.
И в тот момент, когда Сим, ощутимо встряхнув парня за рубашку, занес руку для удара, а второй сжал шею так сильно, что парень уже начал хватать воздух ртом, я краем сознания слышу, как двери на балкон открываются:
— Макс, твою мать!
На балконе появляется дядь Артем.
Я охнуть не успеваю, как крестный меня отодвигает за локоть в сторону от парней, а сам схватив, дергающегося Макса за плечи, буквально оттаскивает того от Ильи, который валится на колени, откашливаясь.
— Пусти меня! — орет Макс, брыкаясь, но сил у крестного еще ого-го, и ему удается оттащить сына на другой конец балкона и встать между ним и корчащемся от истеричного смеха Ильей, который в этот момент был похож на настоящего безумца.
Мое сердце выдавало в груди истошное “тук-тук-тук”, и меня резко нагнал откат, и задрожала я вся от осознания произошедшего. Он же… он же чуть не сбросил его… Дурак!
— Ты какого хрена творишь, Макс?! — горят яростью глаза дядь Артема, а голос дрожит от злости. — Ты чуть не убил парня!
— Тебя не спросил!
— Сим! — выдыхаю я, прикрывая рот ладошкой, а на глаза наворачиваются слезы. Идиот.
— А вот и папочка, — сплевывая кровь, наконец-то усаживается на пол Илья, откидывая голову на перила. Из носа хлещет кровь, и на шее четко отпечатались пальцы ладони Макса, которая не так давно ее сжимала.
— Закрой рот! — рычит Сим.
Меня трясет так, что земля уходит из-под ног, а в глазах темнеет. Кажется, я сейчас свалюсь тут в обморок, но тут на мои плечи ложатся чьи-то заботливые руки, прижимая к себе. Тетя Лия. Я оглядываюсь, а на балкон уже высыпала пара-тройка зевак, и к нам с Лией спешит мама. Папа же замер между Стельмахами, чтобы, не дай бог, еще отец и сын тут не сцепились. Потому что оба насупились и прожигают дыру взглядом друг в друге.
— Ты объяснишь мне, что здесь произошло?! — дергает Макса за рукав рубашки Стельмах старший. — Ты чего творишь, девчонку перепугали, идиоты!
— Ничего, пап, — ухмыляется Макс, тряхнув рукой. — Просто дал тебе очередной повод дерьмом меня считать, а так все хорошо, — похлопывает по плечу ошалевшего от такого заявления дядь Артема Макс.
— Максим! — рычит мой отец, но тому хоть бы хны. Он просто обходит замерших в непонятках родителей и, потянув меня за руку, ведет за собой. А я что? Я в шоке, у меня сердце, кажется, от страха разлетелось на мелкие кусочки, а ноги дрожат и не хотят идти совершенно. Но и стоять на месте, отпустив Макса одного, я не могу. Оглядываюсь на маму, на которой лица нет, на тетю Лию и семеню следом за Симом, украдкой вытирая слезы со щек.
— Дурак! — бурчу я, всхлипнув, когда мы оказываемся за пределами балкона.
— Какой есть, — отвечает Сим и уже в лифте притягивает к себе, утыкаясь губами мне в макушку и шепчет, поглаживая по голове:
— Прости, мелкая. Прости, что напугал.
Напугал — это мягко сказано.
–Ты понимаешь, что они с отцом теперь не оставят это так?
— Плевать.
 
— Нет, не плевать Макс! Сплетни, слухи, ты можешь лишиться всего! Футбола, карьеры, диплома. Всего! Ты должен сказать отцу! Они с папой имеют больше веса, влияния и заткнут рот этой мерзкой семейке! — выдаю в сердцах, поднимая взгляд и заглядывая в полные усталости любимые глаза Сима.
Но он только сильнее прижимает меня к себе за талию и, улыбнувшись одними уголками губ, спрашивает:
— К тебе или ко мне?
— Ч..ч…что? — опешила я от такой резкой смены темы.
— Что слышала, вредина. Думать об этом юристике сейчас даже не хочу.
— А что тогда ты хочешь? — спрашиваю зло. Думать он, видите ли, не хочет! У него тут жизнь, карьера, отношения с родителями в тартарары летят, а он…
— Тебя, — шепчет Макс и затыкает мои возмущения жарким поцелуем, прижимая к себе что есть силы.
 Глава 48. Летта 
Как и почему мы оказываемся именно у нас дома, не знаю. Мы могли бы поехать в квартиру Стельмахов, там точно никто не помешал бы нам до самого утра, но…
В доме стоит полнейшая тишина, а за окнами уже ночь.
У меня внутри все замирает в томительном ожидании того, что будет дальше. Мне и страшно и любопытно.
Макс заносит меня на руках в спаленку, в которой в детстве было проведено столько дней бок о бок, за тем самым письменным столом, где сейчас стоит огромный букет шикарных белых пионов, которые утром мне от него доставил курьер. Заносит и ставит на ноги, разворачивая к себе спиной.
Я вздрагиваю, когда пальцы Сима касаются молнии на платье, а губы касаются моего плеча.
— Макс, — говорю чужим голосом, который дрожит, — давай… поговорим, м?
— Серьезно? — слышу смешок, а потом его губы начинают прокладывать неторопливую дорожку из поцелуев к ушку, заставляя зажмуриться от наслаждения и закусить губу. — Уверена, мелкая?
— Н…нет, — пропищала я синхронно со звуком расстегнувшейся молнии на моем платье, которое тут же норовит стремительным атласным облаком свалиться мне под ноги, но я его ловлю, прижимая к груди.
— Но… в машине ты не захотел…
Божечки, да почему так сложно собрать мозг в кучку?!
Да потому что я ждала этого момента столько лет!
— Твой отец… — делаю еще одну попытку вернуться к разговору, хотя уже сейчас вполне очевидно, что не получится у нас диалога. Тела наши вытворяют бесстыдную ерунду и останавливаться не собираются!
— Мой отец подождет до более подходящего момента, — говорит Сим, легонько кусая в шею и нежно проводя своими ладонями по моим плечам, добирается руками до моих прижимающих платье к груди ладоней и отводит их в сторону, заставляя позволить ткани упасть нам под ноги.
— Илья… устроит тебе проб…
— И его давай тоже в спальню брать не будем, Виолетта, — перебивает Макс и разворачивает меня к себе лицом, обхватив ладонями мои горящие щечки. Смотрит глаза в глаза, но я все равно поежилась и прикрыла голую грудь руками. Глупость, конечно, но почему-то в этот момент все кажется слишком откровенным и пугающим. С каждой секундой думать получается все сложнее и сложнее.
— Забудь, — говорит Сим тихо, но уверенно, так, что пробирает до самого нутра. — Сейчас с тобой, тут, — продолжает, четко проговаривая каждое слово, Макс, — есть только мы. И я хочу тебя, Летт. Безумно устал бороться с собой…
А как я устала…
И на это раз целую первая. Разговоры подождут. Весь этот мир подождет!
Осмелев, привстаю на носочки и прижимаясь к Симу, от чего затвердевшие от желания соски на грани боли соприкасаются с грубой тканью пиджака Макса, и впиваюсь в его губы так, будто он единственный источник воды в этом мире, а у меня жажда. Такая, что горит все тело, а кожу словно покалывают тысячи маленьких иголочек, впиваясь до самых нервных окончаний. Каждое прикосновение рук Макса отдается легкими волнами сладкой боли. Но мне мало!
Я целую, прикусывая его нижнюю губу и тут же проводя язычком, заставляю снять пиджак и тянусь к пуговицам на рубашке, которая тоже нам не нужна. Мешает. Все мешает!