Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

— Как видишь, мы живы, — напомнил жующему питательную массу старику Горец.
— Потому что я так захотел, — отрезал «Бродяга».
— И полк «корпсековских» солдат ты вырезал по той же причине?
— Технически — да, — подтвердил «Бродяга».
— Намекаешь на то, что есть и другая причина? — осторожно спросил Штепсель у незнакомца.
Тот, подумав, кивнул.
— Армия Корпоративного Сектора участвовала в уничтожении нескольких планет у меня дома, — сказал он. Штепсель отметил, что не просто так «Бродяга» завел с ними этот разговор. — Ровно как и «Консорциум Занна», и армия клонов, таких же как вы, доделали дело. В настоящий момент я единственный выживший из своей расы.
— Клоны уничтожили твой народ? — насторожился Штепсель.
— В том числе и клоны сделали это, — поправил «Бродяга».
— Если твоя раса не двухметровые красные ублюдки с крыльями и верой в бога резни, то Доминион не причастен к подобному, — заявил Грегор. — Мы не уничтожаем людей.
— Я — не человек, — заявил «Бродяга». — И нет, это сделал не Доминион. Мой народ был уничтожен имперскими клонами больше десяти лет назад. На месте вашего руководства, — он указал ложкой на эмблему золотистой «шестеренки», которая украшала левый наплечник каждого из коммандос, — я бы изменил символику. В этих местах, в том числе дальше на север галактики, Империя рассматривается исключительно как враг и кровавый мясник. Будете и дальше носить их знаки, то вам очень повезет, если у тех, кого вы встретите, хватит ума отличить черную «шестеренку» Империи от золотистой Доминиона.
— Уже есть несколько предложений изменить официальный символ, — проворчал Горец. — Вроде бы в лидерах символика Старой Республики, так как на нее всем плевать и никто не использует.
— В этой части галактики к ней относятся точно так же — всем на нее наплевать, потому что Старая Республика никому ничего хорошего здесь не сделала, — поведал «Бродяга». — В принципе, особой власти она тут вообще никогда не имела, а потому и не успела запятнать свое имя и символы кровью и беззаконием.
— Многовато ты знаешь о том, кто в одиночестве живет на старой военной базе, — проворчал Грегор.
— База не старая, — возразил «Бродяга». — Ее строительство было закончено всего пять лет назад. Одиночество мне не мешает.
— Так это не старая имперская база? — удивился Штепсель.
— Нет. Это моя резервная база. Я пришел сюда после уничтожения моими курсантами и Новой Республики основной базы.
— И где она была?
— Вам название этой планеты ничего не скажет, она в Неизведанных Регионах, — отрезал «Бродяга».
— Допустим, — согласился Штепсель. — Но ведь все это происходит не просто так? Если ты не воюешь с Доминионом, то тебе не было смысла держать Грегора здесь так долго. Ты прекрасно понял кто он и запросто мог получить общую информацию, понять, что перед тобой не враг и разойтись с нами. Мы бы не прилетели…
«Бродяга» молча ел свою невкусную кашу.
— А он и хотел, чтобы мы прилетели, — произнес Горец, пораженный внезапной догадкой. «Бродяга», посмотрев на него, продолжен работать челюстями, но наградил коммандос утвердительным кивком.
— Более подготовленные, — вспомнил Штепсель. — Когда он спустился к нам в каменный мешок, то сказал, что мы более подготовленные, чем Грегор. И что за нами придут более подготовленные или более значимые, чем мы. Тебе были нужны те, кто занимают положение повыше нас, не так ли?
— Чем элитнее команда спасения, тем выше она в иерархии и тем ценнее в глазах командования, — пояснил «Бродяга». — Следовательно, тем проще выйти на того, кто принимает решения.
— Тебе нужно наше командование, — озвучил догадку Грегор.
«Бродяга» утвердительно кивнул.
— Для чего? — спросил Штепсель.
— Месть, — спокойно ответил «Бродяга».
— Нашим командирам? — напрягся Горец.
— Я скажу это еще раз, — медленно произнес «Бродяга». — И больше повторять не буду. Не имею привычки работать с глупыми. У меня нет претензий и желания ссориться с Доминионом. Но вы можете мне помочь. А я могу помочь вам. Кратковременное сотрудничество, которое будет полезно каждой стороне.
 
— А попросить меня выйти на командиров тебе в голову не приходило? — поинтересовался Грегор.
— Мне не нужны командиры среднего или старшего звена, — сказал «Бродяга». — Только те, кто принимают решения в области стратегии. Вы называете его вице-адмирал Пеллеон.
Трое коммандос переглянулись.
— Глава военного крыла Доминиона? — переспросил Штепсель.
— Он самый. Только он может дать приказ вашим солдатам действовать там, где я укажу.
— Допустим, — согласился Штепсель. — Но нам-то это зачем?
— Вы сражаетесь против КорпСека не просто так, — сказал «Бродяга». — Вы не удивились тому, что я рассказал про клонов, которые убили всех на моей родине. А ведь официально Империя не вела севернее Корпоративного Сектора ни единой военной компании. Вы понимаете о чем идет речь — имперские военные соединения, которые засели в Диком Пространстве севернее Корпоративного Сектора. И сидят там почти двадцать лет, расширяя свои границы, окапываясь, укрепляясь. Вероятность того, что вы сами узнаете это велика. Вероятность того, что вы найдете дорогу к ним, учитывая все навигационные опасности и недели, которые нужно провести в реальном пространстве в полете на субсветовых, чтобы пройти между аномалиями, минимальна. Я же знаю короткие пути, которые приведут ваши войска прямо в тыл имперцев. Ну или того, во что они превратились.
— Интересно звучит, — признался Штепсель. — Вот только в чем твой интерес делать все именно так?
— В том, — «Бродяга» поднялся и направился к кухонному автомату. Нажав несколько кнопок, он начал наполнять тарелки на подносах пищевой субстанцией. Пять подносов. На каждого из присутствующих и один с запасом? Странно, учитывая, что их тут всего четверо, а к своей порции он едва притронулся. Как и Грегор. — Что мой народ был истреблен. Насколько я знаю — полностью. В одиночку моя месть за убитых будет длится слишком долго, дольше, чем я проживу. С другой стороны, — он подхватил два подноса и поставил их перед Штепселем и Горцем, — у вас есть сила, ресурсы и желание устранить проблему. Пусть здесь и глушь, — он подошел к пищевому автомату и взял три других подноса, — но я в курсе основных событий. И то, о чем недавно сообщалось — о выживании «Консорциума Занна» — вполне укладывается в то, что я видел на своей родине. Преступники, «корпсековские» Силы Безопасности, имперские клоны — все объединено в полукриминальный жестокий синдикат, который преследует свои собственные цели. Объективно, — он поставил подносы на соседний столик, — именно разгромом этой фракции вы и занимаетесь. Логично, что я могу помочь вам, а вы мне.
Он уселся на прежнее место и посмотрел на единственную дверь, которая вела в помещение. Коммандос, переглянувшись между собой, вопросительно уставились на него. «Бродяга», словно ничего не происходило, продолжил есть свою пищевую субстанцию.
— Союзникам мы всегда рады, — признался Штепсель, с подозрением посмотрев на еду перед собой. — Но способ выйти на контакт…
— Это демонстрация возможностей, — понял Горец, посмотрев на хозяина базы. — Он знает, что, когда все закончится, нас допросят и просмотрят отчеты под микроскопом. И знает, что мы расскажем все, как оно было на самом деле. Командование не захочет оборвать контакты с тем, кто в одиночку может устранить две с половиной тысячи солдат противника.
— Вот почему он позволил мне наблюдать, как в устроенных им ловушках погибают солдаты из КорпСека, — выдал Грегор. — Держал меня здесь, чтобы пришли вы.
— И удерживает нас, чтобы пришли более способные клоны, — заключил Штепсель. Да, теперь картинка складывается целиком. Даже с рамочкой, благодаря чему ее можно повесить на стену для любования.
— Надо же, — на лице «Бродяги» появилось подобие улыбки. — Всего-то через пару часов догадались. Значит есть у вас потенциал стать лучше себя прежних. Это мандалорцы научили вас думать после того, как делаете?