Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

Конечно, наша агентура даст подтверждение этой неправильной теории, когда придет время. В этом вопросе нам отлично помогут остатки секретной тюрьмы Дарта Вейдера на Эгоне-IX. Нужно лишь оставить там совсем немного доказательств правильности заблуждения…
Казалось бы… Я разработал двенадцать планов по защите тайны клонирования с различными вариантами дезинформации и обороны объектов клонирования, а здесь… Здесь враг сам дал нам в руки способ обвести его вокруг пальца.
Впрочем, иначе никогда и не бывало — только собственная самоуверенность, глупость и некомпетентность дают противнику право обмануть тебя.
И Исанне права — они некомпетентны.
На поле боя республиканцы и альянсовцы способны сражаться, но работа спецслужб, аналитика… Она держится лишь на плечах бывших имперских служащих, которым была дарована амнистия и право работать на демократов.
Убрать их, и вся аналитическая работа в Новой Республике и Галактическом Альянсе забуксует. Нет, не перестанет работать, как-никак, а у их молодых специалистов есть опыт. Но утрата более опытного звена бывших имперских служащих станет серьезным ударом по врагу.
А то, что оба эти государства отнюдь не союзники Доминиону и никогда ими не будут кроме как на бумаге, сила которой даже не оправдывает стоимость флимси и чернил, которые использованы при написании текста договоров, так и в действительности, я не сомневался.
Айсард проделала большую работу, собирая данные от наших агентурных групп в тылу врага. Пассивное наблюдение и накопление информации от резидентуры давало более полную картину того, что из себя представляют наши галактические соперники…
А, по факту, именно то, что я и предполагал, опираясь на собственный анализ: колосс на глиняных ногах.
Вот только данные Айсард указывали, что та глина не просто хрупкая и потрескавшаяся, но и некачественная и совсем не подходит для удержания колосса от падения.
Этот доклад… Признаюсь, я не думал, что все настолько плохо. Нет, я не собирался никого жалеть, но…
Теперь я начинаю понимать причину, почему в известных событиях кризисы едва ли не галактического масштаба с завидной регулярностью настигали Новую Республику по нескольку раз в год после того, как они завоевали Корусант и образовали законное правительство.
Новой Республике всего несколько лет от роду, а она уже напрочь сгнила изнутри. Фей’лиа и Мон Мотма не просто сменили вывеску в названии государства. В попытке завоевать больше любви у населения ради удержания власти, они все больше выпускают из рук бразды контроля за своими государствами. По факту, они лишь номинальные руководители, которые в исполнении своей воли могут положиться на исключительно неповоротливый, неэффективный и откровенно вредящий бюрократический аппарат, раздутый в обоих государствах до неестественных и непомерных размеров.
Лишь военные, да и то меньше половины, являются их надежной опорой в удержании власти… Военные, которых они так легко и бездумно отправляют на смерть.
Это… это больно читать.
Будь у меня желание, я бы впал в депрессию, изучив этот доклад. Но у меня не было времени на подобное.
Просто… Я в очередной раз убедился в том, что делаю правильное дело, пропуская через общество Доминиона те самые нужные скрепы. В том числе и правильно поданные информационные ролики о том, какие потери мы понесли от вероломства своих врагов.
Общий враг объединяет разумных.
Понимание того, что без единства нас разорвут на куски и пережуют все, у кого есть зубы, консолидирует гражданских и военных.
Появляется понимание того, что выживание и эффективное функционирование Доминиона — это общее дело.
В отличие от демократических государств, где мирным жителям, если они не под огнем врага, вообще-то плевать на то, что там на фронте. Какая разница, ведь не свои ж, родные люди, гибнут от вражеских выстрелов.
Мерзко… и грустно.
Зато ясно почему те же йеветы, юужань-вонги, имперские недобитки даже малыми силами могли наносить Новой Республике серьезные, едва ли не фатальные удары.
 
Все это грустно… Не продержатся они против Императора запланированный мной год.
Нужно подкорректировать свой план будущей кампании. Сделать скидку не просто на не равных мне в военном деле противников, но и учитывать, что там четырем разумным из пяти наплевать на судьбу собственного государства.
Странно все это.
Мне становится реально страшно… За демократию.
Страшно и как-то наплевать, переживут ли они нашествие Императора, сплотятся ли по моему плану для отражения атаки юужань-вонгов.
Не будет сильных временных союзников в лице государств для противостояния подобной угрозе.
Но и вставать щитом на пути негодяев я не собираюсь.
Нужно подумать над тем, как пустить врагов в обход Доминиона.
* * *
После увиденного и заявлений «Бродяги» уже не оставалось никаких сомнений в том, что с командиром и единственным членом отряда коммандос «Фокстрот» не произошло ничего, что заставило бы Штепселя и Горца придумывать план экстравагантной мести.
Грегора они встретили в небольшом помещении, явно предназначенном для отдыха личного состава. И уже на основании обстановки можно было сделать вывод, что это место, эта тайная база, не предназначены для большого количества разумных. Столов и мест за ними, четко и по-военному организованных, имелось ровно столько, сколько было необходимо для размещения трех десятков разумных.
Грегор скучал за столом, ковыряя прибором в тарелке с чем-то, напоминающим каминоанскую питательную массу. Выглядит отвратительной серой субстанцией кашеобразной консистенции, ни вкуса, ни запаха, но в то же время содержит все необходимые для ускоренного метаболизма клонов минералы и витамины.
— Мы, значит, его всем Доминионом обыскались, а он здесь перекус устроил, — хмыкнул Горец, сев напротив Грегора.
— О, спасатели, — последний явно оторвался от своих дум, посмотрев на двух собратьев в черной, как ночь, броне типа «Катарн». — Вижу, вы уже познакомились с хозяином этого места.
— Да, — Штепсель посмотрел на «Бродягу», который с независимым видом полного отсутствия интереса к своим «гостям», занимался наполнением продуктами из пищевого аппарата собственного подноса. — С тобой все в порядке?
— Пострадала только гордость, — в голосе Грегора появилась грусть. — Не знаю как в рапорте описать то, что меня разоружил двухсотлетний дед. Засмеют же!
— Ну или чего похуже, если надумаешь исказить обстоятельства, — напомнил Штепсель, понизив голос. — Ты знаешь кто он?
— Без понятия, — вздохнул Грегор. — Но он явно недолюбливает наших вероятных противников из Новой Республики, Альянса, равнодушен к Империи, не имеет личного негатива к Доминиону и слишком крут для того, чтобы торчать в этой глуши. Последние пару дней я пытаюсь уговорить его присоединиться к нам.
— У него не все в порядке с головой, — вздохнул Горец.
— Может и так, — не стал отрицать Грегор. — Но он в одиночку перебил полк «корпсековских» «безопасников». Его тактика засад, использования окружающей среды, подручных предметов… — единственный «фокстротовец» развел руками. — Я был там, когда он охотился за полком «корпсековских» егерей. Те парни явно не первый раз в джунглях, но… Вы когда-нибудь видели нажимную мину, которая срабатывает не от первого нажатия, а от пятого, или десятого?
— Это технологически возможно, — подумав, сказал Горец. — Но глупо вообще-то. Зачем так делать, если мина на пути марширующих войск противника и лучше всего убивать их сразу?
— В этом-то и проблема вашей подготовки, — раздался голос «Бродяги», который оказался за спинами клонов в черных доспехах. — Вы слишком мало используете свое тактическое окружение. Вас учили убивать наемники, для которых время выполнения задания — приоритетно. Раньше сделал дело — раньше получил оплату. Это подходит для охотника за головами, но не для бойца элитного подразделения. Вас должны были учить выжидать, импровизировать, быть готовыми пять дней кряду притворяться камнем у ворот вражеской базы, если это будет необходимо. Но вы этого не знаете, не умеете, а потому проигрываете.