Сохраняя веру (ЛП)

ГЛАВА 26
ФЕЙТ
Гейб предложил подвезти меня домой, когда у Натали началась мигрень, и им с Дариусом пришлось уехать пораньше. Может, мы и не пришли вместе, но большую часть ночи это было именно так. Я так благодарна ему за то, что он держал Макса на расстоянии. Я проигнорировала взгляды и шепот моих коллег, когда они увидели нас двоих на танцполе, не хотела, чтобы их пустая болтовня испортила мой момент Золушки. Я бы вытерпела ответную реакцию в понедельник в обмен на ощущение рук Гейба, прижимающих меня к себе. Моя голова покоилась на его груди, и я не хотела, чтобы музыка когда-нибудь прекращалась. К моему ужасу, это произошло слишком быстро, как и вечер. Не успела я опомниться, как уже сидела перед своим домом в машине Гейба, готовясь попрощаться с ним. Где эта чертова фея-крестная, когда она так нужна?
— Спасибо, что подвез. Это был действительно веселый вечер.
Гейб кивнул в знак согласия.
Моя рука уже лежала на ручке дверцы машины, пока мысли проносились в голове.
— Эй, не хочешь зайти посмотреть на дом теперь, когда я почти переехала?
«Плохой ход. Очень плохой ход, Фейт. Ты всю ночь пускала слюни по этому мужчине. Тому самому, о котором обещала больше не иметь нечистых мыслей. И все же приглашаешь его в свой дом, когда знаешь, что дочь осталась на ночь у твоих родителей, и вы останетесь вдвоем».
— М-м-м… Да, хорошо. — Он припарковал машину, и мы вошли внутрь.
— Не обращай внимания на коробки, — сказала я, включая свет.
Я медленно, но верно провела ему еще одну короткую экскурсию, попутно указав на некоторые изменения, которые планировала внести в каждую комнату. Последней остановкой была моя спальня.
— Думаю, покрасить эту стену в…
Его губы коснулись моих, оборвав меня на полуслове. Я даже не успела сказать, какой именно цвет выбрала. Гейб прижал меня к стене, наши языки соприкоснулись, я обхватила его лицо ладонями, притягивая его голову ближе, желая поглотить каждый дюйм его тела. Затем я пробралась к его густым волнистым волосам, лихорадочно проводя пальцами по ним, в то время как Гейб руками сжал мою задницу и грубо притянул меня к себе.
«Фейт, возьми себя в руки. Ты серьезно пожалеешь об этом утром. Он твой босс, и тебе нужна твоя работа. Подумай, прежде чем сделать то, что уже не сможешь отменить».
— Я не могу. Я не могу… — Мои слова были едва слышны сквозь прерывистое дыхание.
Гейб уперся руками в стену и, глубоко вздохнув, уставился на меня.
— Я тоже не могу. Прости за это.
Я с трудом сглотнула, когда наши взгляды встретились.
«Ты можешь и будешь, Фейт».
Я вытянула шею, и губами коснулась его лица. Положив локти ему на плечи, я запустила пальцы ему в волосы, притягивая его к себе, пока мы снова не слились в поцелуе. Мужчина не сопротивлялся, поднял меня с пола и развернул в своих руках, прежде чем уложить на кровать. Гейб был единственным, кто мог остановить то, что происходило сейчас, я миновала точку невозврата. Он сбросил пиджак, пока я лихорадочно расстегивала его рубашку, и помог мне с последним пуговицами, обнажив передо мной свою идеальную твердую грудь. Одним легким движением Гейб поднял мое платье над головой и снял с моего тела, в то время как наши языки продолжали сталкиваться. Потянувшись мне за спину, он расстегнул мой лифчик, бросив его на пол, обнажив мою грудь. Мои сиськи без лифчика были прижаты к красивой голой груди моего босса. Чистый адреналин бежал по моим венам от одной только мысли. Приглушенный вздох вырвался у меня, когда эти губы, которые владели моим ртом несколько секунд назад, спустились вниз, теперь претендуя на мою грудь. Его руки скользнули под мои трусики, в то время как язык дразнил мой сосок, заставляя меня задыхаться.
— Гейб?
«Что, черт возьми, я делаю? Мы в агонии страсти, и я собираюсь все испортить, задав глупый вопрос только для того, чтобы удовлетворить свою неуверенность».
— Да? — прошептал он низким хриплым голосом.
Я взяла его лицо в ладони и уставилась на него. Все моё тело покалывало. Все моменты, когда я думала, что он не может быть сексуальнее, бледнели по сравнению с тем, как он выглядел в этот самый момент, возвышаясь надо мной с чистым желанием в глазах. Чистое желание ко мне… ко мне… Все это так нереально. Я ни за что не посею это зерно в его голове и не спрошу, что, черт возьми, мы творим. Возможно, утром я пожалею об этом, но сейчас моё тело нуждалось в нем, как наркоман в очередной дозе.
 
— Не останавливайся, — взмолилась я.
И с этой просьбой его рот обрушился на мой. Его пальцы входили и выходили из меня, пока потребность в нем не стала невыносимой. Гейб как будто почувствовал жажду, которую я испытывала к нему, когда лежала, затаив дыхание, пока он раздевался. Он снова лег рядом со мной и снял с меня трусики, позволив своим пальцам продолжить их приятный натиск. Моё сердце бешено заколотилось, желудок сжался, и моё тяжелое дыхание стало еще тяжелее, когда я погладила его эрекцию, и он издал стон.
«Вы понимаете, что происходит, сестра Антуанетта? У меня в руке член моего босса. Его прекрасный, идеальный член, которым, я надеюсь, он будет делать очень неприличные вещи».
Но никаких внутренних голосов не было слышно. Никто не говорит мне остановиться. Никто не говорит мне продолжать. Только тяжелое дыхание двух людей, наполненных желанием и страстью.
Проведя некоторое время, знакомясь с телами друг друга, я почти стала умолять его сделать решительный шаг… внутрь меня. Гейб откинул волосы с моего лица и положил голову на подушку.
— Я принимаю таблетки, — выпалила я, надеясь, что это прозвучало не слишком нетерпеливо.
Я нарушала свое правило номер один. Я всегда использовала двойную защиту в тех немногих случаях, когда занималась сексом за последние несколько лет. Но в данный момент я была не в силах придерживаться каких-либо правил. Что случится, если нарушу еще одно их них?
Взгляд Гейба стал пронизывающим, и я надеялась, что он не передумал. Затем мужчина притянул меня ближе и крепко поцеловал, и застиг меня врасплох, когда прижал мои руки над головой. Гейб застонал, когда, наконец, вошел в меня. Я приподняла бедра, и он вошел глубже. Жгучее желание разгорелось в каждом дюйме моего тела, когда он врезался в меня снова и снова. Он несколько раз доводил меня до грани невозврата, возвращая обратно как раз перед тем, как я собиралась потерять контроль, только чтобы снова все повторить. Оказывается, все эти годы я довольствовалась посредственным сексом. Гейб устанавливал стандарт, которому не сможет соответствовать ни один другой мужчина.
Наши тела двигались в унисон, создавая идеальный ритм, который был нашим и только нашим. Мы достигли пика вместе, и мое тело задрожало от мощного оргазма, который Гейб создал во мне. Секс с ним был таким, как ни с одним другим мужчиной. Я определенно чувствовала себя как в альтернативной версии «Золушки» с моим обнаженным прекрасным принцем, лежащим рядом со мной. Кому нужна фея-крестная с волшебной палочкой, когда у тебя есть босс с волшебным членом?
ГЛАВА 27
ГЕЙБ
Миллион путаных мыслей пронеслись в моей голове, как вышедший из-под контроля товарный поезд, когда я проснулся в постели Фейт. У меня не было никакого намерения оставаться на ночь. Черт, я даже не собирался заниматься с ней сексом. Но моё сопротивление было слабым, и видеть ее в этом сексуальном черном платье, держать ее в объятиях на танцполе, вдыхать ее опьяняющие духи было слишком много для одного мужчины. Я нарушил свое правило номер один — никогда не смешивать бизнес и удовольствия. И когда я посмотрел на Фейт, крепко спящую в моих объятиях, я нарушил еще одно — никогда не задерживайся после секса. Это приводило к слишком многим предположениям, что это было больше, чем просто секс, как я всегда его рассматривал — до прошлой ночи.
Просто в Фейт было что-то особенное, и я ненавидел это. Из всех женщин, с которыми я когда-либо был, она была самой запретной. О чем я только думал, позволив этому случиться? Как мы теперь будем работать вместе каждый день и делать вид, что прошлой ночи между нами не было? И самый важный вопрос: почему, черт возьми, я испытываю такие сильные чувства к девушке, храпящей у меня на груди? Ответить было нетрудно. Она красивая, веселая и заботливая, а еще слегка невротичная и в то же время беззаботная и хаотичная. Если бы мне пришлось описа́ть ее в двух словах, это было бы «прекрасный беспорядок», но я принял ее недостатки. На самом деле, для меня они сделали Фейт еще более привлекательной. Она не была совершенством и не пыталась быть кем-то или чем-то, кем не являлась. Она была просто Фейт. Она добродушна и открыта и не боится сказать вам, что думает. И за последний месяц или около того странным образом она стала моим прекрасным беспорядком.