"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Всё это приводило меня к мысли, что держать рабов для них не только невыгодно, но и опасно. Плодить свои знания, опыт, а, значит, и конкурентов, они не спешили.
В то же время я не испытывал никаких иллюзий и по поводу их возможного дружелюбия и гуманизма. Они прекрасно осознавали последствия того пристрастия, распространению которого способствовали. Прекрасно видели, во что постепенно превращаются их постоянные клиенты, и не испытывали к ним никакого сочувствия. И именно поэтому среди самих членов банды — всех уровней — употребление их собственной продукции было под жёстким запретом. Слухам о наказании тех, кто изредка всё-таки нарушал запрет, я верил охотно. Например, о казни через посадку на дырявый стульчик прямо над молодым побегом бамбука. В итоге бамбук врастал в жертву примерно на метр за сутки. Вряд ли современные детишки могли выдумать такую историю самостоятельно.
— А вас как зовут чуваки? — Пленник был всё также словоохотлив и улыбчив, но быстро перескакивал с одной мысли на другую, теряя нить повествования. — Хотя говорят, что нельзя настоящие имена незнакомцам называть... И вообще нельзя использовать настоящие названия... Люди раньше в такое верили... А многие и сейчас тоже... Вот медведь, например... Это же прозвище, а не название. Если назвать медведя правильно, то он может услышать и прийти... А если назвать медведем, то он не догадается...
В течение этого увлекательного этнографического экскурса мы, наконец-то дошли до моего убежища.
— А чё это мы, на кладбище шоль... Ё-ё-ё-ё... Ребят, вы чё готы?
— Еноты... Заходи давай!
— Ха-а-а-а... Еноты... Да ты в натуре шутник, чувак... А-ха-ха...
Оказавшись внутри, крюк замер посреди комнаты. И, как только ночник на солнечной батарее осветил комнату тусклым светом, парень начал с любопытством разглядывать мой гербарий, то и дело потягивая носом:
— А ты чё... Тоже растишь шоль, чувак? Хотя... — Он ещё раз принюхался и недовольно поморщился. — Не-е-е... Сорян, но какой-то фуфел тут у тебя...
— А ты разбираешься? — Я прошёл дальше и снял с себя рюкзак и арбалет.
— А я... — Крюк отвлёкся на созерцание необычного оружия и снова повернулся ко мне только через несколько секунд. — Чё?
— Растить умеешь?
Судя по блуждающему взгляду, внутри его затуманенной головы разразилась какая-то нешуточная борьба между желанием похвастаться и стремлением сохранить тайну. В любом случае, если бы ответ был однозначно отрицательным, он бы сказал сразу.
В итоге вместо ответа пленник остановил взгляд на вскрытой пачке крекеров:
— А есть чем попуститься, ребят? Печенюшки вот... Они норм? А то чёт я ща бледного поймаю, походу...
— Денчик, да ты садись, не стой. — Я мягко подтолкнул его к креслу и парень плюхнулся в него нескрываемым наслаждением.
— О-о-о... Вот это ништяк... А то ноги ваще затекли... Интересно почему так говорят... Затекли... Хе... Куда затекли... — Улыбаясь потоку своих мыслей, он опять расслабленно прикрыл глаза.
— Кира, вскипяти нам чайку, пожалуйста. Давай сюда. — Я снял с неё гирлянду из оружия и, поставив все стволы у стола, присел рядом, проверяя наличие патронов в магазинах. — Вон те таблетки — это горючее. Заварка там в шкафу. Вода в бутылке там же.
— Спроси про куртку! — Шепнула девчонка, шагнув мимо меня к настенному шкафчику. — Он же её узнал! Откуда у него газета? И про электричество...
— Не торопись. — Я несколько раз щёлкнул помпой одного из дробовиков. Он оказался пуст, но хруст оружия взбодрил нашего собеседника.
— А?! Чё?! — Выпучив глаза, парень встрепенулся и уставился на ружьё в моих руках. Но осознав, что оно нацелено в пол, снова успокоился. — А... А есть попить?
— Сейчас будет. — Я проверил следующее ружьё. В ответ на движение помпы из ствола выскочила стреляная гильза и один целый патрон. — Ты как к шмелям-то в лапы угодил?
— Да мы там в Химках халявные кропали раздавали ребятам... Там у нас почти никто ещё не берёт... А эти уроды как напрыгнут... Целый пакет, суки, отобрали... Хер им теперь чё продадим... Пусть и дальше свою синьку глушат... Чмошники ебучие... Ещё и куртку отобрали, пидоры... — Денис недовольно поморщился, но его лицо быстро снова приняло умиротворённое выражение, когда он вернул взгляд на меня. — А вы вроде ровные ребята... Оставь себе... Тебе ништяк прям идёт, базарю... Только...
Некоторое время он молчал, увлечённо наблюдая за тем, как я быстро проверил остальное оружие, оказавшееся пустым. И закончил мысль лишь тогда, когда я отставил в сторону последний ствол.
— Только... Нахера тебе эта маска? У вас тут чё, все под Шутника заделываются шоль? Мода такая теперь?
— Типа того. А что, про Шутника и в Мытищах знают?
— Да кто ж про него не знает... Но к нам он, вроде, не суётся. Только шмелей гасит. Так что мне он даже нравится, можно сказать... Я б с ним потёр за жизнь...
— А откуда у тебя эта куртка? — Поставив перед нами дымящиеся ароматные кружки, Кира всё-таки не стерпела.
— Да выменял у кого-то на пару граммов позавчера... — Денис расслабленно пожал плечами и, подтянув к себе одну из кружек, принялся сосредоточенно на неё дуть, наблюдая за разлетающимися клубами пара.
— А у кого? — Я пододвинул печенье.
— Да кто ж их всех упомнит-то... Какой-то чел... То ли с Новокосино, то ли с Реутова... — Запихав себе крекер в рот целиком, крюк с наслаждением прикрыл глаза. — Зашибись печенюшки...
— Неужели прямо так товар отгружаете? Учёт-то наверняка ведётся, а? Кто, кому, когда, сколько...
— Ну да... — Он немедленно съел ещё одно печенье, с не меньшим удовольствием. — А чё?
— А вот эта бумажка уже была в куртке, когда тебе её отдали? — Я показал ему обрывок «Вестника Альянса».
Присмотревшись к обрывку, Денис ответил на удивление быстро:
— Ну да... Это у меня пакет для Химок порвался. Я её нашёл тогда и оторвал, чтоб завернуть. Не просыпать... Реклама какая-то, вродь... Я не читал. Сыпалось всё... А чё?
— Этот пакет у тебя потом шмели отобрали?
— Ну да, сегодня всё и скурили там на крыше... Так чё в ней такого то? Чё, прям что-то важное? — В нём определённо была коммерческая жилка, раз он смог догадаться до этого в таком состоянии. И настаивал на деталях в третий раз подряд.
— Да пока сам не знаю... — Я быстро убрал обрывок обратно в карман. — Ты ешь, ешь...
— Ага... Печеньки ваще огонь!
— Слушай, Денчик... — Я покосился на Киру. Кажется её немного расстроило подтверждение того факта, что другая часть газеты всё-таки ушла на самокрутки. — А можешь нам выяснить — у кого ты эту куртку выменял?
— Нафига тебе? — Он сощурился с подозрением, но продолжал улыбаться. — Всё-таки тоже банчишь, да? Клиента хочешь отбить? Хе-хек!
— Да не, ты чё... Хочу такую же для неё найти. — Я кивнул на Киру. — Тут нигде нет. А там может ещё будет. В Новокосино или Реутове.
— А... Ну... В принципе вы ребята ровные... Ну если клиента не тронешь, могу разузнать.
— Да я ж не ращу.
— Ну да, ну да... — Крюк оглядел сушёные веники, висящие под потолком, и снова расслабленно улыбнулся. — Хотя чаёк у тебя заебок... Чаёк-заебок... Хе-хек! Можно ещё?
Кира забрала у него пустую кружку и хотела подвинуть свою, к которой так и не притронулась, пока внимательно слушала нашу беседу. Но полная кружка вдруг остановилась на полпути.
— А у вас где-нибудь можно ноутбук к электричеству подключить? — Она словно предлагала ему расплатиться этой информацией за новую порцию моего чая.
— Ну да... — Расслабленно пожал плечами Денис, неотрывно следя за парящим напитком.
И когда понял, что кружка пока не спешит оказаться в его руках, поднял озадаченный взгляд на девчонку:
— А-а... Ты в смысле сама хочешь, шоль? — Он удивлённо задрал брови и поднял ладони в извиняющемся жесте. — Эт сорян, ребят... Сами понимаете... Святая святых же, ёпт... Без вариантов... Мы туда своих-то никого не пускаем...
Закончив с извинениями, он широко зевнул и потёр закрывающиеся глаза: