"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— А мозоли я ему тоже сам натёр, по твоему? Вон у вас у всех такие же. И у меня.
Все три пацана одновременно посмотрели на свои правые руки - на характерные следы от частой пальбы на крайней фаланге указательного пальца и основании большого. Командир выпрямился обратно и, пока он не нашёлся с ответом, я приготовился выложить последний козырь:
— И что касается сызранских старших, о которых ты упомянул... Я правильно понял, что у вас такой проблемы пока нет? До сих пор нет никого старше семнадцати?
— Ну... У нас нет... У медиков из ВМИ есть. Было... Пара второкурсников сдурело, пристрелить пришлось.
— Значит ты всё-таки должен понимать, что и вас всех это тоже ждёт?
На лицах наших собеседников отразились смешанные чувства. Похожее выражение можно наблюдать у ребёнка, который страдает от зубной боли, но ни за что не хочет идти к стоматологу. Они явно понимали неизбежность подобной развязки. Но всячески старались о ней забыть. Очень по-детски. Но что с них взять...
— Ну вот вы же с теми мужиками с ГЭС вроде нормальные? — Пётр кивнул в сторону вертолётов. Надежда умирала в детях последней. Или они всё ещё находились на стадии отрицания.
— Мужики с ГЭС год жили на южном полюсе, почти в полной изоляции. У меня немного другая история... Длинная. И я пока держусь на краю. Отчасти потому меня так и прозвали.
— А как на самом деле зовут-то?
— Кир. — Я протянул ему открытую ладонь. Пацан не сразу, но всё-таки ответил твёрдым рукопожатием. — Кстати, привет от саратовских кадетов.
— Да ладно! В Саратове тоже наши рулят? - Пацан снова растянул рот в улыбке, обнажив неполные челюсти.
Что и требовалось доказать...
— В Саратове, Энгельсе, Вольске и вот, с недавних пор, ещё в Марксе и Балаково, рулит целый альянс. И мы все надеемся, что и вы с Фёдором станете нашими союзниками в этой войне. Но об этом позже... Главное сейчас то, что как раз благодаря усилиям этого альянса, у тебя и у ваших старших есть надежда на будущее. Есть лекарство, снимающее симптомы жоровой болезни. И сейчас есть возможность найти средство, которое избавит нас всех от неё полностью. Это, кстати, как раз и есть моя история, как я недавно понял.
Нерешительно переглянувшись с подручными, паренёк ухмыльнулся. Но уже совсем беззлобно:
— Бля... Ну хуй знает... Чё-то слишком гладко всё у вас выходит...
— Петёк, да отвечаю, на — он всё как есть говорит! У меня братан за день в себя пришёл от их ширева, на! Такой же как раньше стал, только слабый пока, на... А до этого две недели тупил. Уже тоже прикончить думали, на... Чтоб не мучался...
— Вот смотри. — Я снова медленно отогнул полу плаща и достал из другого нагрудного кармана инъектор, полный мутной жидкости. — Один укол. И минимум месяц всё будет в порядке. А скоро ещё лучше сделаем.
Все три пацана резко изменились в лице при виде устройства для ввода состава. Перестали улыбаться и нахмурились. На щеках снова заиграли напряжённые желваки.
— Петё-ё-к... — Негромко протянул один из подручных.
Но командир резко его оборвал:
— Вижу. — И подняв на меня сузившиеся глаза, он медленно процедил сквозь сжатые зубы: — Значит, говоришь, что таки штуки только вы умеете делать? И больше ни у кого таких нет, да? Вообще ни у кого?
— Так точно. Остальным как-то не до того всё время было. Только мы смогли изобрести.
Пацан некоторое время молчал и продолжал то сверлить меня взглядом, то коситься на медицинский прибор. А я пытался понять столь резкую смену настроения.
— Короче... — Наконец он еле слышно выдохнул. — Ты, Кир, сейчас остаёшься здесь и бросаешь оружие. А вы... — Он покосился на самогонщиков. — Сейчас уёбываете отсюда и возвращаетесь обратно с нашим товаром сегодня к полуночи.
— Петёк, ты чо попутал, шоль, на?! — Фёдор шагнул вперёд.
— Стоять! — Пацан резко рявкнул и снял с пояса какое-то устройство, похожее на рацию. — Под вертушками в песке фугасы. Ещё шаг и взлетите уже от них. А чтобы не возникало мыслей посоревноваться со мной в ловкости... У моих пацанов там за тачками — такая же машинка есть.
— Петёк, да ты чё начинаешь-то... Нормально же общались, на...
— Вот, блядь, в который раз убеждаюсь, никому на слово верить нельзя. И вам тоже. — Пацан в чёрном коротко глянул на своего подручного. — Покажи им.
Тот достал из кармана точно такой же инъектор, как тот, что лежал в моей руке. И Пётр тихо процедил, продолжая злобно смотреть мне в глаза:
— На том самом складе нашли среди гильз. Как раз хотел спросить, может, знаете, что это за приблуда. А вы, блядь, и правда знаете... Изобретатели...
Глава 18. Выбор без выбора
Говорят, что даже если вас съели — у вас есть как минимум два выхода. Ненавижу эту шутку. Как и прочие тому подобные приторные «мотивашки», которые так любили мои бывшие «дорогие коллеги». Особенно руководители - в момент переваливания друг на друга тонны нерешённых проблем, крайний срок сдачи у которых «был вчера».
На самом деле, если вас съели, то вас, прежде всего, тщательно пережевали. Или задушили. Или впрыснули через хелицеры яд, который быстро переварил вас заживо — ещё до того, как хищник оставил вместо вашего беспомощного тельца лишь пустую оболочку. И выход у вас был только до того момента, как вы попали в искусно расставленную паутину.
Вот сейчас я почувствовал себя именно так. Как жалка муха, попавшая в чужую сеть.
Конечно, вонючий главжора Михалыч мог поступить гораздо проще - в полном соответствии с привычной нам природой тупых жор. Мог устроить с утра засаду на атомной станции. Мог обрушить всю мощь своих бессмысленных легионов на плотину или аэродром самогонщиков. Но и в том и в другом случае — умылся бы кровью. С крайне небольшим шансом на победу.
И этот сверхразум поступил куда хитрее. Не как жора. А как человек. Смог просчитать и предсказать наши действия. Сплёл сеть на нашем пути и заманил туда сразу всех — даже тех, кто этого так до сих пор и не понял. Например, вот этот суровый худощавый пацан напротив меня. Который, казалось бы, уже почти стал моим союзником. А теперь готов уничтожить десяток моих друзей одним нажатием на красную кнопку. Не смотря на то, что для него это станет последним движением в жизни. Он не мог не понимать того, что как только раздастся взрыв, я успею свернуть ему шею ещё до первых выстрелов.
Но вот чего он точно не понимал, так это то, что после этого жоры одержат над нами полную победу. Нашими же собственными руками...
К счастью, я знаю, как выбраться из чужой ловушки, пока тебя не сожрали.
Пока не пришёл паук, нужно построить свою собственную сеть.
— Жор, бля... Это чё за херня, на? — Фёдор пока не спешил отступать и лишь растерянно смотрел на инъектор в руках самарца. — Может... Может всё-таки не только у вас есть такие штуки? Может спиздил кто недавно, на?
— Ага... Щас он ещё скажет, что это тоже жоры подбросили, да? — Проиронизировал Пётр. — Как, блядь, удобно! В штаны тебе там жоры не насрали, случаем?
Что ж... Он не просто повторяет свой ультиматум, как заведённый, а ещё и шутит... Значит, как минимум, всё ещё открыт к ответной аргументации. Или вообще блефует. Но, зная о том, кто там у меня за спиной, брать на понт и проверять блеф как-то не хочется.
— Слушай, Пётр. На меня это совсем не похоже, но сейчас я совершенно не хочу ссориться. Тем более, что вы явно не такие уж отморозки, какими хотите казаться. Я понимаю твои подозрения и опасения...
— Это у вас должны быть опасения! — Перебил меня пацан, подняв перед собой взрыватель. — У меня тут всё под контролем, если ты до сих пор не заметил.
— Пусть так. — Я медленно поднял руки, показав ему открытые ладони в знак примирения и согласия. И паренёк на миг с любопытством скользнул взглядом по шрамам. — Хочу сказать, что на твоём месте я вёл бы себя точно так же. И я вижу, что ты весьма храбрый боец...
— Хорош зубы заговаривать! Давай ложь оружие на землю!