"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Оба так и остались на полу, не в силах подняться.
А я стоял возле поверженного чудовища, вытянув руку с перстнем, и, как дьявол, поглощал душу убитого существа.
Мозарт в это время смотрел на меня сияющими золотыми глазами. Он замер без движения, будто снова стал истуканом, но так только казалось. Он был жив и ждал приказа, я видел и чувствовал это. Этот бог отныне принадлежал мне, Стину Кёрфу… или Тайдеру ЛасГалену, неважно.
Вобрав в себя облако души, жемчужина на моём накопителе сомкнула бутон, череп щёлкнул челюстями и испустил дымок.
— Мозарт сделал, — удовлетворённо кивнул морфи.
Я опустил руку вдоль тела и перевёл взгляд на Криса. Тот был в таком шоке, что потерял дар речи.
Зато Афена не потеряла.
— Тайдер… — прошептала она дрожащими губами и посмотрела на морфи. — Это что… бог? Ты сделал из бога… слугу?.. Тайдер… это невозможно… боги не подчиняются людям…
— А ему подчиняются, — еле выдавил Крис. — Я сам видел… видел, как он сегодня захватил бога Гор. Думаешь, кто оставил трещину на луке? Это был Тайдер. Он использовал божественный артефакт прямо на моих гла…
Кристобаль вдруг смолк и посмотрел на дверной проём.
Вместо шума грувимов и шипения там раздались человеческие шаги и голоса. Никто больше не ломал стены, дом не сотрясало, кирпичи не валились. Чудовища оставили нас в покое, зато пожаловали другие.
И сложно было определить, какие из них хуже.
Скрип каменной крошки под ботинками всё приближался, пока в раскуроченной комнате не появились несколько человек из Гильдии с гарпунами наготове.
Это были кириос Кэйнич и его помощники…
Эпизод 9. Чей это морфи?
Кэйнич оглядел разрушенную комнату.
Размозжённую голову грувима, раненую Афену, лежащую на полу, Криса в другой стороне и меня посреди всего этого хаоса, с дымящимся перстнем-накопителем.
От взгляда кириоса не укрылся и тайный закуток комнаты, и поднятая ложная стена с картой. Ну и конечно, не укрылось самое главное — оживший восковой воин с золотым луком в руке.
Кэйнич оглядел морфи с ног до головы и сжал кулаки в перчатках, на его лице появилось странное выражение: раздражение и удивление одновременно.
— Чей это морфи? — спросил он. — Ну? Чей это морфи?
Я не стал отпираться — тут всё было налицо. Скрывать не было смысла. Тем более цель у меня уже имелась — выяснить всё об этом мире и найти выход, а не просто выжить.
— Это мой морфи, кириос, — ответил я. — Это я его собрал из кусков других морфи, найденных на свалке у Хартога. Гасперы тут не при чём.
Кэйнич бросил быстрый взгляд на Афену и снова посмотрел на морфи. Единственное, чего я не мог понять: догадался ли Кэйнич, что в этом воине живёт не просто душа грувима, а настоящий бог, пусть и невысокого класса.
Мозарт, как и все мы, ждал реакции Кэйнича, только бог в отличие от нас, не боялся наказания. Казалось, ему вообще плевать — он просто исполнял приказы, причём только мои и ничьи больше.
Эта минута молчания была настолько напряжённой, что я ещё больше покрылся потом.
Афена смотрела то на меня, то на моего морфи, и прижимала ладонь к царапинам на бедре, ну а Крис всё крепче сжимал кулаки. Было видно, что он не ждёт от Кэйнича ничего хорошего.
И вот наконец кириос заговорил:
— Эвакуация отменена. Заберите всех троих в отделение Гильдии, вызовите туда врачевателя Луина, пусть на месте осмотрит раны арестованных.
— Арестованных? — опешил я.
Он даже слушать меня не стал. Повернулся к своим людям и приказал:
— Исследуйте дом. Каждый камешек, каждую пылинку, каждую каплю крови. Всё зафиксируйте. Я должен знать, что здесь произошло с точностью до секунды. Мы должны понять, почему грувимы атаковали наш город только для того, чтобы всей стаей накинуться на дом Гасперов.
Очередь дошла и до морфи.
Кэйнич снова окинул воина взглядом.
— Этого слугу отправьте в техотдел, пусть там его разберут и вынут душу. Коллекционер ЛасГален — не-гражданин, поэтому не имеет права распоряжаться слугами…
И тут морфи покачал головой.
— Мозарт никуда не пойдёт. Мозарт подчиняется только ему. — Его толстый и немного волосатый палец указал на меня, а глаза опять сверкнули золотым светом.
И тут Кэйнич понял, что перед ним не просто морфи.
Наверное, поведение Мозарта сильно отличалось от поведения обычного боевогослуги.
— Это что… — Мужчина оторопел. — Это что… бо-о-ог?.. ЭТО БОГ, МАТЬ ТВОЮ? БОГ⁇ Ты вживил бога в тело слуги? Как ты протащил его в город? Коллекционер ЛасГален! Отвечай!!
Он не сразу справился с эмоциями, на его загорелой бородатой физиономии отразился ужас, а потом — и неприкрытый гнев.
— ЛасГален!!! Отвечай!! — рявкнул он. — ОТВЕЧАЙ, МЕЛКИЙ СУКИН СЫН!!
Его помощники дёрнулись в мою сторону, чтобы окружить, но Мозарт моментально среагировал на угрозу, хотя я ему ничего не приказывал.
Воин в два шага оказался около меня и молниеносно прицелился из лука точно Кэйничу в лоб.
— Если хозяин тут — значит, и Мозарт тут.
Он разговаривал, как ребёнок, но все отлично поняли, что он имел в виду. А ещё все поняли — что Мозарт вступит в бой без раздумий и раздробит голову любому, примерно так же, как тому грувиму, что лежал сейчас мёртвым в дверном проёме.
Кэйнич не испугался.
Он сощурился, смерив меня уничтожающим взглядом. Его рука легла на рукоять гарпуна, висящего на поясе.
— Вот как, коллекционер ЛасГален? Один из наших заклятых врагов — теперь твой друг? Пора бы разобраться. Думаю, эта новость будет интересной не только главе города Йешу, но и людям повыше и посерьёзней. Никудышный маг и не-гражданин вдруг покорил бога и сделал из него слугу. А ты не подумал, что теперь этого слугу надо уничтожить? Это угроза не только городу, но и Землям Покоя, а может, и всей республике.
Я прикрыл Мозарта плечом.
— Это мой слуга, и я за него отвечаю, кириос. Он пойдёт вместе со мной и ни на кого не нападёт, если не будет повода.
Морфи тут же опустил лук. Стрела вместе с тетивой исчезли.
— Мозарт сделает. Мозарт пойдёт и не будет нападать, пока хозяин не скажет, что повод есть.
Тонкие губы Кэйнича скривились в презрительной гримасе.
— Тогда уж постарайся, коллекционер, чтобы повода не было.
* * *В отделение Гильдии меня повёл лично Кэйнич.
Он взял двух помощников, в том числе, лысого верзилу, которого я видел ещё в лодке, а ещё он забрал у меня перстень-накопитель.
— Для твоей же безопасности, — процедил он, глядя мне в глаза с неприкрытым раздражением.
А вот лук у Мозарта никто так и не смог забрать.
— Это принадлежит Мозарту! — отрезал морфи, делая грозное лицо и крепче сжимая рукоять лука.
Афену и Кристобаля повели совсем другие люди, и они отправились сразу в жёлтом вагоне трамвая, дойдя до ближайшей остановки, а вот я пошёл пешком вместе со своим морфи. Он бы не влез ни в один вагон, которые уже десятками курсировали по городу после окончания Полудня Гнева.
Когда я наконец покинул полуразвалившийся дом Гасперов, то Гипериос предстал совсем другим.
На улицы вышли люди, городок ожил, небо снова посветлело, вернулся солнечный день, приятно запахло морем. Клумбы, фонтаны, аллеи, одноэтажные кирпичные дома — всё это опять выглядело милым, безопасным и красивым.
Но люди…
Они стояли на улицах и опасливо наблюдали, как меня и Мозарта ведут к зданию из тёмного кирпича — отделению Гильдии. И судя по их настороженным лицам, такого ещё не случалось: чтобы лично кириос сопровождал какого-то хромающего пацана и его двухметрового слугу.
— Это же младший ЛасГален, — слышалось то с одного угла, то с другого.
— ЛасГален… ну куда он полез…
— Он оживил морфи?..
— Он убил грувима?..
Мужчины, женщины, подростки и даже совсем ещё дети — все смотрели мне вслед и перешёптывались.
— Смотри, мам, это мо-о-орфи! — засмеялась одна из девочек, совсем ещё крошка. — Смотри, какие у него волосы красные! И борода до пола, а ещё он почти голый…