"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Так где приманка-то? — Нетерпеливо перебила её морячка, продолжая всматриваться в направлении микроавтобуса.
— Вот ты вредина… — Барби обидчиво поджала губу. — Возьму и не подскажу!
— А я сам вижу… — Казалось, что Рикардо на миг испугался собственной смелости.
Но, судя по тому, как сумасшедшая девчонка на него посмотрела, та была готова простить ему и не такую дерзость:
— В зеркале увидел, да?
— Ага…
Теперь увидел и я. На пассажирском сиденье рядом с водительским местом валялся вовсе не обгоревший труп почти годичной давности. В боковом зеркале отражался связанный человек, чья давность точно ограничивалась всего лишь парой десятков лет. Пленник был жив и неловко ворочался, очевидно, пытаясь избавиться от пут. Чёрт, да от его движений кабина даже слегка шатается, как я раньше не заметил⁈
Несколько приглушённых хлопков снова меня отвлекли…
— Ой, смотрите! — Барби, наконец-то, отпустила моё лицо и потянулась к себе за спину за арбалетом. — Никс вон тех уже супчиком накормил!
Истеричные вопли указали нам нужное направление для взгляда и без подсказок сумасшедшей девчонки.
Первыми под «кухню» грибных троллей попала тройка, скрывавшаяся за углом ближайшего к парку здания. И, после нескольких приглушённых визгов, оттуда на проезжую часть выскочил почему-то только один человек.
— Йю-ху-у, парниша!
Когда высокий парень в армейском камуфляже затравленно обернулся на обольстительный голосок Барби, щёлкнул спуск её арбалета. И на покрытое кровью бледное лицо пацана брызнуло ещё несколько капель из разорванного плеча.
— Да блин! — Раскрашенная девчонка недовольно топнула. — Ну чего ты вертишься!
— Демоны… — Успел выдохнуть перепуганный парень, прежде чем ещё один болт пробил его шею сбоку.
— Грибные тролли! В атаку!!!
В этот раз кровавый карнавал прошёл быстрее, чем в прошлый. «Тролли» действительно безошибочно вычислили все те места, где планировали своё нападение незнакомцы. И их радостный смех, перемешанный с вражеской агонией, закончился едва начавшись.
С теми, кто прятался в подъезде, всего за несколько секунд разобрался Топ. Последнего противника он вытащил оттуда за ногу. И, пока тот лишь задыхался и пучил глаза, «тролль» деловито приложил его раскрытыми челюстями к порогу.
— Хавки хотел у нас тут найти, да? — Нога, обутая в тяжёлый высокий ботинок, поднялась над головой хнычущего парня. — Ну вот и хавай!
После сочного хруста ещё несколько человек попытались сбежать, зачем-то петляя между брошенных на обочине машин, вместо того, чтоюы бежать по дороге прямо. В итоге один чумазый беспризорник натолкнулся на клинок певца, а другого достал болт хохочущего Шрика:
— Два — один!
— Стрельба не счита-а-ается! — Делая замечание приятелю, Никс уже скакал наперерез новой жертве.
Выбежавший откуда-то из кустов паникующий парень был одет в похожую поношенную цифру, замызганную серой пылью. И уже через несколько секунд к брызгам дорожной грязи добавились ярко-алые росчерки от короткого тонкого клинка:
— Три — но-о-оль!
А товарищей того парня, что словил болт горлом, как выяснилось, убил он сам — едва лишь галлюциногены внушили ему какую-то дикую паранойю. Разочарованный Гек сообщил нам об этом через разбитое окно, едва смог добраться до места засады:
— Прикиньте, он тут одному глаза выдавил! А второму горло перегрыз! — Отыскав глазами певца, близнец покачал головой с деланным сокрушением. — Это уже перебор, Никс…
— А я думаю, им понравилось. — Пожав плечами, поющий «тролль» вытер меч об одежду своей последней жертвы и шагнул к дверям обгоревшего фургона. Но на полушаге вдруг замер. И, развернувшись на пятке, вдруг вытянул меч в мою сторону. — Эй, Брокер!
Вместе с трезвостью краски уходили из этого мира. А на их место приходила только какая-то тупая и беспричинная злость. И мне стоило не малых сил, чтобы ответить хлыщеватому пацану лишь взглядом.
Встретив который, Никс даже слегка опешил и забыл про свои распевы:
— Воу… Я вообще-то хотел тебе предложить добить последнего… — Толкнув дверь машины в сторону, «тролль» открыл нашим взглядам связанного пассажира. — Но, вижу, ты и сам не против…
Быстро забегав глазами по свежим трупам и разноцветным психам, оказавшимся в поле его зрения, пленник судорожно вдохнул, задрожал и вжался спиной в борт машины… Но вдруг полностью замер.
Проследив за его взглядом, я понял, что связанный пацан смотрит прямо на Беллу. Точнее, на её шею…
— Да не-е-е… — Слегка дёрнув застарелым фингалом, пацан оглядел девчонку с головы до ног. И вдруг широко улыбнулся, обнаружив ещё и отсутствие переднего зуба. — Да быть не может!
— Чего? — Никс, который так и продолжал стоять у раскрытой двери, даже немного опешил. — Чего не может быть?
— Это же Белла, да⁈ — Связанный указал «троллю» в сторону морячки быстрым кивком головы. И его дерзкий ирокез слегка подбросило со вспотевшего лба. — Белла Шутова!
Глава 8
Московский пленник
Как же легко эта проклятая химия умеет менять то, что мы считаем незыблемой основой нас самих — сознание и психику… Микроскопическая доза невзрачных молекул без цвета и запаха почти мгновенно проходит через все защитные барьеры — и вот ты уже не принадлежишь сам себе. Или становишься совсем другим человеком…
Ведь психика — всего лишь такая же хрупкая часть нашего организма, как, к примеру, рёбра или кишечник. И, как любую другую часть тела, её можно очень легко сломать. Вот только если сломанную руку или цирроз печени пациент ощутит без всяких сомнений, то человек со страдающей психикой до конца будет уверен, что с ним всё в порядке. И это все остальные вдруг начали вести себя, как полные идиоты… И иногда это чертовски злит…
Поэтому, когда Никс обернулся к нам с дурацким вопросом о том, кто из нас четверых Белла Шутова, я едва сдержался, чтобы не ответить какой-нибудь язвительной грубостью. Хотя ещё несколько минут назад подобное дуракавалянье показалась бы мне весьма забавным. Значит, на сей раз отрезвление всё-таки не ложное. И настроение нервной системы, истощённой токсинами, портилось так же быстро, как наливались свинцом ноги, истощённые торопливым велотрипом.
Примерно такие же изменения сейчас наблюдались и у Беллы — юная морячка неотвратимо становилась трезвой и злой. И, презрительно проигнорировав все шутеечки остальных «троллей» на тему её имени и фамилии, девчонка вдруг подскочила к пленнику вперёд всех и с яростью вкогтилась в заляпанный кровью воротник байкерского жилета:
— Где Фил, гадина⁈ — Позолоченный кортик мигом очутился возле шеи обескураженного пацана. И тонкая струйка крови от неосторожного укола сразу поползла вниз по его перемазанной машинным маслом шее. — Вы чё с ним сделали⁈
— Ай! — Косясь на оружие, юный панк ничуть не старался строить из себя сурового рейдера. Хотя внешне этот чумазик в мотоциклетной экипировке практически ничем не отличался от пацанов из банды людоедов или от свежезарезанных оборванцев в грязной «цифре». — Ты чёго⁈ Больно же!
— Не заговаривай мне зубы! — Клинок нажал на кожу ещё сильнее. — Я нашу «Делику» даже такую узнаю! Где Филипп⁈
— Да в деревне он, с бесами остался! У него ж сотряс был!
На короткий миг я уже был готов с досадой пожалеть о том, что и это отрезвление оказалось ложным. Но для морячки бред этого простодушного пацана, похоже, имел какой-то смысл…
— А… — Несмотря на растерянный вид девчонки, её изящный клинок пока не спешил отходить от поцарапанного горла пленника. — А ты тогда кто?
— А я — Баджер! — Простодушный паренёк снова растянул щербатый рот в дружелюбной улыбке. — Из Люберец!
Пока немного ошарашенная Белла собиралась с мыслями, в процесс допроса влез Никс:
— А чё ты здесь делаешь, Баджер из Люберец? — Тонкий клинок певучего «тролля» тоже вытянулся в сторону связанного пацана рядом с кортиком морячки.
Но, не смотря на то, что восточный меч Никса ещё хранил на себе следы недавней резни, Баджер глянул на оружие с весёлой улыбкой: