Цветы и тени (СИ)

Чтобы не рисковать Тодором, мы выехали за час до полудня, и я очень надеялась, что мы вернемся обратно засветло. Мне казалось, что та развилка была не очень далеко. Но я ошиблась. Наши лошади шли небыстрым шагом, но и принц Лусиан, когда уезжал от меня, не гнал лошадей во весь опор. Прошло примерно полчаса, прежде чем мы оказались на месте. Я привязала лошадь к сухому дереву и сошла с дороги, вниз, туда, где все происходило. Тодор, недовольно ворча, поступил точно так же.
Проваливаясь в снег, мы дошли до места засады.
— Не там вы вздумали гулять, леди Ровена, хорошо еще, что начало зимы, снега не по колено, нашли на что смотреть, поляна и поляна, таких полян и поближе наберется с десяток, — бурчал Тодор.
Я остановилась и посмотрела вперед и вверх — туда, где должен был скрываться холм за большим деревом. И испугалась. Это был не холм. Вернее, это, конечно, был холм. Но он был высоким. Куда выше, чем я думала. И ель, за которой я пряталась, наверное, была одним из самых старых деревьев, которые я видела.
Следов, конечно же, не осталось. Тем более не осталось ни крови, ни шерсти, ничего. Если бы я могла, я бы спряталась за спасительную мысль, что мне все приснилось. Но я не могла — я знала, что это не сон.
— Зачем мы здесь, леди Ровена? — спросил вдруг Тодор нормальным голосом, без ноток стариковского ворчания.
— А что?
— А то, что если вы с кем-то хотели тут встретиться, то он уже тут. Вон, идет из леса.
Я похолодела. Конечно, я не думала, что кого-то здесь встречу. Я хотела увидеть это место своими глазами, понять, отличается ли взгляд зверя от взгляда человека. Я надеялась, может быть, понять, кто были те звери. А к нам из леса шел человек, и я совершенно не представляла, зачем он сюда идет. Лес большой. Совпадение? Едва ли.
Я хотела сказать Тодору, чтобы он вернулся к лошадям, но по его напряженному взгляду поняла, что он не послушает ни приказов, ни просьб. Он придвинулся ближе ко мне, стоял, почти касаясь плечом моего плеча. Очень воинственный, очень. Цветочница и ее помощник встретили в лесу незнакомца и дали ему бой. Очень смешно.
Мужчина вышел из-под тени деревьев и остановился в пяти шагах от нас. Я смотрела на него и не понимала. На нем была дорогая одежда, но потрепанная. Так бывает, когда человек беднеет, разоряется… или, например, его отправляют в ссылку. Но при этом у него были красивые волосы, которым позавидовали бы девушки-фрейлины. Явно их расчесывали и мыли если не каждый день, то по мере того, как они пачкались, совершенно точно. И руки, когда он стянул с них рукавицы, подбитые мехом, оказались белыми и гладкими, не в пример нашим с Тодором. Хотя Тодор говорил, что его руки называют руками неженки.
— Что вам здесь надо? — Наконец спросил он, голос у него был хриплый, низкий, с перерывами на дыхание, как будто он бежал. Или давно не разговаривал.
Я молчала, предоставив ответить Тодору. Здесь и сейчас, не выдавая себя, говорить полагалось ему.
— Гуляем, — с вызовом сказал Тодор.
— Не лучшее место для прогулок, — ответил мужчина. — Особенно это место.
— Про это место у нас в городе ходит много слухов, — сказал Тодор. — Мы хотели посмотреть!
— Нечего тут смотреть, — мрачно ответил мужчина, — особенно дамочкам. Для женщин есть места поинтереснее… — он перевел взгляд на меня и осекся.
Его взгляд остекленел. Он смотрел на что-то за моим плечом. И я обернулась, хотя знала, что не должна была. Нет, там не было ничего интересного, ровным счетом ничего. Снег, где наши следы мешались с тенями от деревьев, наши лошади, привязанные к дереву у самой дороги, были скрыты кустами. Дорога была пустой.
Я медленно перевела взгляд обратно. Тень! Как же я не догадалась! Его тень была тенью зверя! И пока я делала вид, что совсем не замечаю ее, она медленно ворочалась, как ворочается просыпающийся кот, вытягивая из комка, то лапу, то хвост, то другую лапу. Но если я вижу его тень, то и он видит мою! Вот на что он смотрел!
Но Тодор ничего этого не видел.
— А ты кто такой, чтобы нам рассказывать, куда ходить или нет? — Тодор сжал кулаки и шагнул вперед, и я не успела схватить его за руку. Впрочем, сейчас и не стоило этого делать, потому что это бы только навредило Тодору.
 
Мужчина кисло усмехнулся.
— Я живу здесь. Недалеко.
— Врешь, — запальчиво бросил Тодор. — Я знаю королевских егерей и охотников. А тебя вижу впервые.
— Я тебя тоже. А вот дамочку твою где-то видел.
Он больше не собирался делать вид, что у него есть что-то вроде вежливости. На самом деле с того момента, как он увидел мою тень, Тодор для него больше не имел значения. Но не для меня.
— Не исключено, — с насмешкой сказала я. — Мне приходится много бродить по окрестным лесам.
— Опасное это дело, — осторожно сказал он.
Я пожала плечами. Во рту появился вкус грязной засаленной шерсти.
— Не опасное, — набычился Тодор.
— Везде опасно, — я почувствовала укол вины перед Тодором за то, что перечу ему перед врагом. — Особенно если есть те, кто сильнее тебя.
Мужчина отступил на шаг. Я поняла, что он делал. Он проверял, кто я и что я знаю. И ему не нравилось то, что он слышал. И то, что он видел за моей спиной. Только бы Тодор не обернулся!
— Я живу в этом городе, — продолжила я. — И собираюсь жить здесь еще долго. Этот город стал моим домом, поэтому я намерена изучить все леса вокруг. И гулять по ним, когда мне захочется. В любое время года.
Я встретилась с мужчиной взглядом. У него были желтые глаза с круглыми широкими зрачками.
— Это ничейные владения, — тихо сказал он.
— Этот лес принадлежит городу, — спокойно возразила я. — И у меня есть полное право здесь находиться.
Мужчина обернулся и махнул рукой за свое плечо.
— Если идти вглубь, — сказал он, — через час или два вы увидите столбы, означающие границу владений Шолда-Маре.
— Да что ты говоришь, — начал было Тодор. — А за ними чей лес? Твой?
— Не думаю, что мы зайдем так далеко, — сказала я, беря Тодора за руку, хотя вообще-то мои слова были адресованы мужчине. — Если только не случится чего-то, что потребует моего вмешательства.
Я в упор посмотрела на мужчину и поняла, что мое зрение начало двоиться. В нос ударил резкий звериный запах. Я заставила себя не поддаваться этому чувству. Меньше всего мне надо, чтобы Тодор увидел мою тень, чтобы он считал меня оборотнем.
— Что же может потребовать вашего вмешательства? — Переспросил мужчина, выразительно бросая взгляд как раз на развилку.
— Разное, — тихо и медленно заговорила я, чувствуя, как встает шерсть на моем загривке. — Я не побоюсь пойти против любого человека, если мне покажется, что он нарушает покой нашего города.
— Да подавитесь вы своим городом и своим лесом!
Мужчина развернулся и зашагал обратно в лес. Я смотрела как его тень бежит под ним, спрятав хвост между задних лап. Она испугалась. Мужчина тоже. Что это значило? Они боялись… меня? Нет, конечно, что ему до меня. Они боялись моей тени. То есть, все-таки меня. Я вздохнула. Почему я была такой нелюбопытной, когда жила в Эстерельме? Почему не интересовалась тенями, не расспрашивала, что это такое, когда мне было у кого спросить — у Зольдича, у Ульрика? Ведь положение позволяло. Почему, почему, почему? Это бесполезные вопросы. Но может быть, теперь я начну задвать полезные вопросы?
— А скажи мне, Тодор, ты-то этого человека видел раньше? Знаешь что-нибудь о нем?
— Нет, — уверенно ответил Тодор.
— А что там, в глубине того леса? Далеко ли он тянется? Там есть чье-нибудь имение?
Тодор смотрел на меня с недоумением.
— Вы же сами слышали, что там лес. Он тянется чуть ли не до границы Ингвении, а может и дальше. Если поехать дальше по дороге, будет пару деревень да два города, а потом граница.
— Вопрос в том, что есть в этом лесу, кроме наших городов и деревень. Где может жить этот человек? Он не похож на разбойника. Он не похож на крестьянина. Он похож на кого-то знатного. Но почему тогда он пришел из леса? Вот что мне интересно.