Дюжина лазеек (СИ)
Завидев меня, домовой издал воинственный клич, подпрыгнул и потряс пачкой бумаг.
- Доброе утро, - кивнула я, мысленно прощаясь с идеей выпить еще чашечку кофе до начала рабочего дня, и попросила: - Пять минут.
Гномка лишь кивнула, пощупала наливающийся синяк и горестно вздохнула...
- Присаживайтесь и рассказывайте! - велела я, указав клиентам на стулья напротив. - Что случилось?
- Этот... - буркнул домовой, поерзал (он зачем-то подложил на стул те самые бумаги) и закончил неловко: - Вчера приходил. Визитку вашу увидал и...
Пит безнадежно махнул рукой и отвернулся.
- Визитку? - сдержанно удивилась я. - Кстати, разве он не с вами живет?
Неужели у клиентов не хватило ума не оставлять ее на видном месте?
Гномка стиснула носовой платок.
- Нет-нет, он на квартиру переселился, ещё когда муж был жив. Говорил, так до работы ближе...
- Только работу он давно бросил! - вставил домовой. - Пьет да гуляет. И вчера за деньгами приходил. У-у-у, гад!
- Я сказала, что у меня почти ничего не осталось, мне же все коммунальные платить надо, и штраф за электричество еще, а он не поверил... В сумку полез. А там визитка ваша да список документов.
Она опустила голову.
Домовой подпрыгнул на стуле.
- Он все унес! Бумаги на дом, квитанции - все выгреб!
- Ничего страшного. - Я мысленно вздохнула и утешила: - Документы о праве собственности мы затребуем у БТИ...
- ха! - торжествующе выкрикнул домовой и потряс той самой папкой. - Я копии с документов снять успел. А квитанции за последний год вообще утащил! Из-под носа у него, так-то.
И гордо приосанился. Гномка слабо улыбнулась .
- Спасибо тебе, Пит. Не знаю, что без тебя делала бы. - Она сгорбилась и объяснила зачем-то: - Я за своим Алвином как за каменной стеной была. А теперь...
Она коснулась свежего синяка и совсем опустила нос.
Крепкая, ладная, по-гномьи основательная, с тяжелой пшеничной косой, госпожа Брина Мастерсон была все еще хороша. Только горе совсем ее раздавило.
- Вы не хотите снять побои? - поинтересовалась я для проформы. Ясно же, что делать этого она не станет.
- Нет, что вы! - вскинулась гномка. - Не надо сор из дому выносить. Мне стыдно.
- Стыдно тебе?! - возмутился домовой и кулаком потряс. - Это не тебе должно быть стыдно, а оболтусу этому!
- Пит... - слабо возразила она.
- Что - Пит?! - совсем разбушевался домовой. - Совсем ты, хозяйка, тряпкой стала. Нет бы этому гаду в нос дать! Привыкла кровиночку в попу целовать? Ну тогда корми-пои его до самой смерти. Только без меня!
По мере этой отповеди гномка то краснела, то бледнела, то стискивала кулаки.
- Госпожа Мастерсон, - окликнула я, не давая ссоре разгореться. - Я возьмусь за ваше дело с одним условием.
- Каким? - буркнула она, не поднимая глаз.
Домовой гордо отвернулся.
- Вы будете делать все, что я скажу, - ответила я жестко. - Согласны?
Нет ничего хуже, чем мечущийся клиент. Сегодня он готов биться до последнего, завтра простит обидчика, а послезавтра об этом пожалеет.
Молчала она долгую минуту.
Потом распрямила плечи, сжала губы и сказала решительно:
- Согласна!
***С судьей нам повезло.
Судья Мышкина, сама будучи матерью трудных подростков, не могла не сочувствовать подруге по несчастью. Как говорится, судья, у которого сыновья, и судья, у которого дочки, вынесут два разных приговора по делу об изнасиловании.
Именно поэтому, кстати , если юрист твердо гарантирует вам выигрыш дела - разворачивайтесь и уходите. Никто не может знать, какие факты всплывут в процессе, какие доказательства сумеет предоставить другая сторона и, наконец, какая вожжа судье под мантию попадет.
Мышкина встретила меня, как любимую свекровь: «Вы снова к нам?!»
Кажется, после истории со свидетелем-призраком (или призраком свидетеля?) она слегка на меня дулась. Каюсь, в тот раз я несколько перегнула палку, вольно используя гражданский процесс. Но ведь ради благого дела!
- Адвокат, зайдите! - велела она, выглянув из своего кабинета.
- Да, конечно. - Я всем своим видом изъявила горячее желание мчаться на зов и шикнула на клиентку: - Не вздумайте подходить к сыну!
- Я прослежу, - важно кивнул домовой и обхватил хозяйку за коленку. Куда дотянулся, там и обхватил. Надо думать, в случае нужды он гирей повиснет на ноге госпожи Мастерсон, так что я могла быть спокойна.
- Госпожа Орлова, - вздохнула судья, когда я прошмыгнула к ней в кабинет. - Надеюсь, в этот раз вы не планируете... фокусов?
- Что вы, - заверила я, сделав честнейшие глаза. - Дело простое, никаких подводных камней. Почти.
Кажется, судью мое «почти» только больше насторожило.
Но что она могла поделать?..
***Судебное заседание отдаленно напоминает боксерский ринг. Две стороны, группы поддержки, рефери...
Только весовые категории в суде не соблюдаются.
Дурин Мастерсон оказался крепким, упитанным, с тяжеленными кулаками и взглядом исподлобья. Но красноречивые прожилки на носу и одутловатость лица выдавали его пороки. Дружки были ему под стать: такие же дебелые и пропитые. Я против них - как голубка против индюков. Домовой - точь-в-точь колибри. И наседка госпожа Мастерсон.
Мысленно я фыркнула. Весовые категории в суде следовало бы определять не по стати. Взять хотя бы судью Мышкину, которая на вид сущий воробей...
«Воробей» тем временем закончил бубнить о правах участников процесса и поднял взгляд на меня.
- Представитель истца, встаньте! Вы поддерживаете исковые требования?
- Да, ваша честь!
Еще бы мы не поддерживали.
- Ответчик, встаньте. Вы признаете исковые требования?
- Это я. - Дурин поднялся на нетвердые ноги и ткнул себя пальцем в грудь. - Я - отцовый наследник!
- Пишите «нет!» - хладнокровно скомандовала судья секретарю. - Оглашается исковое заявление...
Мышкина вдумчиво зачитала иск, полистала материалы дела и сообщила:
- Поступил ответ из нотариальной конторы, согласно которому никто из наследников не подал в надлежащий срок заявление о принятии наследства.
Отлично! Тогда переходим к плану «Б».
Судья подозрительно покосилась на меня, переплела пальцы со свежим маникюром и поинтересовалась:
- Истец, что вы можете пояснить по существу спора?
Я вскочила, не давая клиентке и слова сказать .
- Разрешите я, ваша честь? Моя доверительница предоставила суду копии документов о праве собственности, а также копию свидетельства о браке, из которых очевидно, что дом был построен супругами Мастерсон во время брака. Следовательно, он является общей совместной собственностью супругов и должен быть разделен между ними поровну. Что же касается наследства,™ из-за юридической неграмотности моя клиентка действительно вовремя не обратилась в нотариальную контору. Однако она фактически вступила во владение и пользование домом, добросовестно выполняла все обязанности собственника, а именно оплачивала коммунальные платежи, поддерживала порядок на участке и делала мелкий ремонт в доме. Это также могут подтвердить вызванные нами свидетели.
Судья кивнула и флегматично поинтересовалась у ответчика:
- У вас есть вопросы?
- Да! - Он вскочил и воинственно оттопырил бороду. - Все на отца записано! Мать ничего не делала , дома сидела да пироги пекла. Так что нечего тут!
Моя клиентка и впрямь зря не настояла, что бы половина была сразу оформлена на нее. Как говорится, на любовь надейся, а договор заключай.
Однако это не лишало ее права собственности.
- Ответчик, - поморщилась судья. - В чем вопрос?
Гном на несколько мгновений завис, упрямо мотнул головой и повторил:
- Это все мое!
Судья задумчиво хмыкнула.
- Садитесь, представитель истца. А вы, ответчик, что можете добавить?
- Ничего я не признаю! Это все отцово наследство, оно мне должно достаться!