Звездочка миллиардера. Это моя дочь! (СИ)

Амбалов брал с собой для него, если вдруг на контакт не пойдёт. А тут молодая девушка, и двадцати пяти нет. Слабенькая, защититься толком не может. Смешно до ужаса.
— Мужа у неё нет. Она единственный опекун, — сообщает Женя.
Богдан обгоняет меня, открывает дверь подъезда, пропуская меня вперёд.
Значит, она одна решила тянуть детдомовского ребёнка? Благородно.
От мысли о детском доме меня снова охватывает гнев.
Марта, я ненавижу тебя всей душой. Из-за тебя не видел, как рос мой ребёнок два года.
— Ты знал это и ничего мне не сказал? На хрена надо было брать с собой столько охраны? — вспоминаю то, как мы вломились в квартиру. Да как самые настоящие бандиты.
— У вас вопросов не было, а ваши приказы не обсуждаются. Вы сказали ребят взять — я взял.
Машина, млять, верная. Действует, не колеблясь.
— Только ребёнка напугали, — выплевываю, подхожу к автомобилю и сажусь в салон авто. Постукиваю пальцами по панели, пока Женя садится за руль.
— Можно вопрос? — доносится от начальника безопасности, пока он застегивает ремень. Наклоняюсь вперёд, открываю мини-холодильник и достаю бутылку воды. Во рту сушит от пережитых эмоций.
Дочку увидел. Во второй раз, оказывается. И я снова напугал её.
Делаю глоток.
— Валяй.
— Ваши планы поменялись. Почему?
Да, я хотел сразу же забрать Астру и увезти. Но это всего лишь порыв, желание. Поскорее увидеть дочь рядом.
Действовал на эмоциях.
А услышав крик малютки, понял, что не все так просто.
Она меня боится.
Забрал бы — плакала бы всю дорогу, просясь к маме. И если на время поездки можно заткнуть уши, то потом… Привёз бы домой и что делал бы? Я не позаботился о няне. О комнате. О вещах.
Нет ничего. Об этом я не думал, пока сегодня не оказался в уютной, как оказалось, женской квартире. Бросил взгляд мельком, но уже понял различия между нашими домами.
Там — светло и приятно. Много игрушек, детских вещей, своя кроватка. Ребёнку находиться там комфортно. А что у меня? Холодный двухэтажный коттедж, где из светлого только плитка в ванной комнате. Мне негде укладывать её спать. Не во что переодеть. Зато есть хороший ухоженный двор, где малышка может побегать босиком.
Но, мягко говоря, это всё. Без посторонней помощи я не обойдусь. Нужно озаботиться няней.
Не все так просто, как оказалось.
И тест ДНК для спокойствия души мне необходим.
— Не из-за девушки? Мне она понравилась, пыталась защитить ребёнка, несмотря на то, что еле на ногах стояла.
— Нравится — пригласи на свидание, — обрубаю. Дело совсем не в ней. Хотя был удивлён, увидев девчонку из лифта. Вспомнил сказку и немного успокоился, начав мыслить рационально. — Мне не хотелось сильнее пугать ребёнка. Начни забирать её силой — лучше я себе не сделаю. А когда мать сама отдаст её…
Дети понимают в этом возрасте, что такое предательство? Чёрт знает. Это уже неважно.
Всё равно окажется у меня. А за эти три дня придёт результат теста. Почему-то уверен, что он будет положительным. Тем временем найду няню, закуплюсь самым необходимым для ребёнка. Потом буду постепенно докупать.
И как раз свяжусь с нужными людьми по опеке.
По пути в издательство заезжаю в лабораторию. Сдаю анализы, отдаю соску. В дороге даю задание помощнику — найти всё, что есть в моём списке. От ремонта в комнате до покупки колготок.
Первый день проходит в суматохе. До работы я так и не доезжаю. Встречаюсь с юристом по усыновлению детей. Внимательно слушаю, коротко киваю. Всё можно сделать без проблем. Но бумажная волокита будет долгой. Займёт это не три дня.
Но и с этим, думаю, разберусь. Предложу Любови денег. Пока не сделаются документы — Астра будет жить у меня. Не позволю ей быть с чужим человеком.
Всё решаемо. Нежная вряд ли откажется от денег — ей хватит их до конца жизни. Судя по тому, что она взяла ребёнка из дома малютки, забеременеть она не может. Значит, и на детей тратиться не придётся. Будет жить ради себя. Но даже если усыновит кого-то ещё… бедность ей не грозит.
На следующий день по пути на работу узнаю, что тест положительный.
  
Расплываюсь в улыбке, но не удивляюсь. Вчера была злость, шок, а сегодня смирение и радость.
Я буду хреновым отцом, но сделаю всё, чтобы Астра ни в чём не нуждалась.
— Вас можно обрадовать? — видит мою лыбу водитель.
— Да, — киваю, блокируя экран телефона и убирая его обратно.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ещё два дня. Уже с нетерпением жду момента, когда увижусь с ними снова.
Точнее, с ней. С моей дочкой.
Сказочница мне неинтересна. Правда, почему-то постоянно вспоминаю её карие, горящие ненавистью глаза. Отчего? Не знаю. Совесть вряд ли мучает меня за то, что я делаю.
Всего лишь по праву возвращаю своего ребёнка.
Приезжаю на работу, поднимаюсь в лифте на верхний этаж. Вспоминаю, как вчера колотил панель, а потом увидел Астру. Услышал её крик…
М-да, Пожарский, умеешь ты загореться.
Но сегодня всё спокойно.
Выхожу на этаже, и кажется, всё же муки совести у меня есть. Раз теперь я вижу Нежную перед собой.
Останавливаюсь, хмурюсь и моргаю.
Образ никуда не пропадает.
Сказочница стоит в зале, общаясь с одним из моих работников. Улыбается, держа в руках какие-то документы. И кажется, что-то спрашивает, указывая за свою спину. Услышав ответ, кивает. И всё так же учтиво улыбаясь, поворачивается, чтобы уйти в другом направлении.
Но взгляд проходится по мне.
Улыбка тут же соскальзывает с её миловидного лица. Застывает. Осознаёт, кто перед ней. И огонёк ненависти зарождается в карих глазах. Тот самый, что постоянно всплывает в голове. А теперь вижу его наяву.
Нет, это точно не галлюцинация.
Хм, а что она вообще здесь делает?
Узнала, где я работаю, и не дождалась трёх дней? Привела дочь, чтобы отдать?
И только спросив себя, замечаю, что Астры нет.
Она не могла оставить её дома одну. Но и здесь её не наблюдаю.
Неужели… спрятала? Увезла от меня?
Стремительно подхожу к девчонке, хватаю её за запястье и тащу в свой кабинет, наплевав на взгляды остальных.
Врываюсь в помещение, закрываю за собой дверь. И одним движением припечатываю Нежную к двери. И, несмотря на её испуг, нависнув над ней, чеканю:
— Где моя дочь?
ГЛАВА 8
Этот ненормальный недооценённый писака хватает меня за руку и затаскивает в какой-то кабинет.
И ни один работник издательства не помог, лишь смотрели на всё это!
Может, испугались?
И, пока он нависает надо мной, прижимая к двери, уже кто-то вызывает полицию?
Холодок проходит по спине, а я сглатываю от того, что этот псих может сделать.
Сначала он ворвался в мою квартиру с амбалами, приказал отдать ему мою дочку, а теперь ещё и накидывается, свирепея!
Это я молчу про то, что он подкупил второго заведующего дома малютки, чтобы добыть информацию о нас, а затем дал мне срок в три дня, чтобы я отказалась от Астры.
Не человек, а животное!
— Где моя дочь?
— Моя, — говорю наперекор ему. И сделаю всё возможное, чтобы так и осталось! Я поговорила с тётушкой, и она успокоила меня. Пока у меня есть хорошее жильё и стабильный заработок, шансы, что Звёздочка останется со мной, очень высоки. Суд почти всегда на стороне матери.
Конечно, всё могут решить деньги и подкуп судьи, как этот жираф и говорил вчера, но… Надеюсь, что у нас не такие продажные люди.
Звучит грустно, да и надежды мало.
Но что делать, если в нашу жизнь решило ворваться настоящее зло, которое в буквальном смысле поджигает мне голову своим взглядом?
— Ты её увезла? Решила скрыть от меня?
— Мужчина! — восклицаю, опустив ладони на его напряжённые и твёрдые плечи. Пытаюсь оттолкнуть, но эта махина и с места не сдвинулась. — Успокойтесь!
— Как я могу быть спокоен, если ты, единственный опекун моей дочери, здесь, а она где-то одна?