Милосердие (СИ)

Захрустело запястье, а Диксон оказался вывернут в болезненном захвате.
— Успокойся. Мне нужен Пол.
— Охуеть, и зачем тебе понадобилась наша белоручка? — он пытается бороться, однако Граймс давит только сильнее. — Кончай, бля, уже!
Но Рик не обращает внимания на хриплый рык и впившиеся в кожу ногти. Он вновь посмотрел наверх: в окне мелькнули такие знакомые широкие плечи, спина в потертой кожаной безрукавке. Застучали ботинки — Дэрил обошел вышку по узкому балкону и свесил локти, тут же вцепившись в Граймса настороженным взглядом. Он ничего не говорил и не делал, а просто смотрел на него сверху вниз из-под упавшей на глаза челки.
— Пол открывает для меня два сейфа, а вы получаете документы. Думаю, мы договорились, — он раздраженно дернул углом губ. — Я отпускаю.
— Блядь, да что ты за зараза такая. Так и знал, что от тебя не отделаться.
Мерл действительно не выглядел особо удивленным: он словно ждал, что рано или поздно их дорожки снова пересекутся, и они снова ничего не выскажут друг другу — только неприязненно потолкаются плечами.
— А говорил, полномочия не так уж и велики. Че за документы? Где взял-то?
— Это важно?
— Да не особо, — он тут же вывернулся из ослабленной хватки и кивнул в сторону ветхого сарайчика, сооруженного прямо под реями. — Ладно, добро пожаловать, Граймс. Чувствуй себя как дома.
Внутри пристройки было темно, пахло сырой древесиной. Мелкие окошки, вырубленные прямо в стенах, совсем не давали света, и только когда Мерл ударил кулаком по болтающейся под потолком лампе в железном плафоне, стало ясно, что это сооружение используется лишь для готовки. На одинокой этажерке стояли жестянки с консервами и снеками, в прозрачной банке громоздились ложки, черпак и деревянные шпажки, а на баклажке с водой высилась стопка тарелок с побитыми краями.
Рик молча сел за пыльный стол, смахнул с него крошки. Он аккуратно вытряхнул из внутреннего кармана куртки две сейф-ячейки и так же аккуратно положил перед собой. Даже не зная, что ждет его внутри, ему не хотелось портить вещи Кросса, уж точно не эти, так надежно запертые и хранимые, вероятно, не первый год.
— Позови Ровиа.
— Не-не-не, дорогуша, сначала покажи, что ты приготовил для нас.
Из того же кармана извлекается три мексиканских паспорта, подделанные под американские. Кто-то долго и кропотливо смывал с обложки краску, меняя ее на синий, а после выводя золотой герб. Внутри почти что голые страницы, которые так и ждут, пока их заполнят нужными данными. Граймс уверен, что такой ловкач, как Ровиа, справится с подобной мелочью, и даже вклейка истонченной наждачкой фотокарточки не станет для него большим делом.
— Изъяли месяц назад. Там целый ящик, еще не пересчитывали и не вносили в базу. Считай, что они чистые. Когда пересечете границу — сожгите.
— Да сегодня хреново рождество! — Мерл внимательно посмотрел на документы, а после оглушительно громко постучал по стене сарая подхваченным с пола табуретом. — Ладно, сейчас наша мастерица вылезет. А на шкета можешь даже не смотреть.
Граймс равнодушно пожал плечами — он приехал сюда не за этим, хоть и не рассчитывал, будто все пройдет спокойно и каждый попросту получит то, что хочет.
Дверь тихо скрипнула; хриплый и севший голос прозвучал будто из-под водной толщи:
— Рик?
— Привет, Дэрил. Как рана?
— Нормально. Зажила.
От внимания Граймса не ускользает, с каким раздражением Мерл вытаскивает очередную самокрутку из громоздкого железного портсигара. Его взгляд смотрит мимо Рика — на брата, застывшего прямо за капитанской спиной. Тяжелое молчание обрывается насмешливым вопросом:
— Чего шумите, а?
Ровиа ловко проскальзывает мимо тяжелой руки Диксона старшего и с улыбкой усаживается напротив Граймса.
— Аккуратно открой, а потом закрой как было.
— Рик, верно? И документы привез. Круто, я к вашим услугам.
Скрутка с инструментами тут же извлекается из бездонного плаща. Ровиа с будничным видом разворачивает грязную тряпку, задумчиво рассматривая набор самоимпрессионных ключей, отмычек, магнитов и пружин. Он ничего не спрашивает и даже не оглядывается на Мерла, железно уверенный, что раз его позвали, значит, обо всем уже договорились.
 
— Это займет время.
— Сколько?
— Посмотрим, как пойдет. А ты спешишь?
— Да.
Один из сейфов подталкивается к Ровиа — Граймс выбрал его наугад, лишь бы не затягивать и распрощаться с компанией беглецов как можно скорее. Закурив, он бездумно рассматривал Пола, что с любопытством вертел ячейку и ощупывал замок тонкими пальцами, будто это помогало ему понять его устройство.
Внезапно чужая ладонь опустилась прямо на плечо — Рик скосил взгляд на перепачканные в машинной смазке пальцы.
— Ты во что-то вляпался?
— Не бери в голову. Я здесь ненадолго, — Граймс оборачивается, чтобы взглянуть на подавшего голос Дэрила: тот все так же настороженно смотрит и хмурит брови.
— Ой, Дэрилина, ты-то чего распереживался? Какое твое дело до него? Или ты забыл, что его ебарь чуть тебе башку не снес? Охренеть, кто бы мог подумать, что ты у нас жопотрах, Рик! Я тогда, блядь, знатно удивился. Не знаю, правда, кто кого из вас ебет, но факт остается фактом: Граймс у нас сладкий гомик. Как у тебя в армии-то к такому относятся? Прохладно небось? Еще погон лишить не подумывали?
На мгновение по лицу Дэрила пробежала тень, пальцы дрогнули. Рик коротко дернул плечом, сбрасывая теплую ладонь, обжигающую даже через куртку. Ему вдруг стало смешно, и он усмехнулся, все так же рассматривая младшего Диксона. И ведь никто действительно не отменял всю иронию ситуации, когда Дэрил, которому уже неплохо за сорок, все так и не решился признаться брату в своей маленькой слабости, имя которой было Рик Граймс. Он не мог поделиться этим секретом с человеком, за которым преданно следовал и от которого едва ли мог отделиться, как не может оторвать собака свой собственный хвост. А Мерл все никак не мог сложить два и два, по-прежнему веря, будто этих двоих когда-то связывала нелепая и абсолютно неправдоподобная дружба.
Однако Рик не собирался выдавать чужой секрет, не теперь, когда Дэрил так напряженно поджимает губы, только подтверждая мысль о том, как важно для него уважение единственного родственника. До этого Граймс не задумывался, смог ли разобраться Диксон в себе, был ли он с кем-то после, с мужчинами, с женщинами, а может, с Ровиа, который только и делал, что поглядывал в их сторону.
— Да, Мерл, люди трахаются. И самыми разными способами, — Рик снова насмешливо ухмыльнулся, расслабленно откинувшись на стуле.
— Бля, гляди, ему не стыдно даже. Охуеть, просто охуеть.
— Помолчи.
— Нет, ну давай разберемся, Граймс, как так вышло-то? Есть же причина, по которой на свет такие уроды вылазят. Тебя че, папаня в детстве трахал?
— А тебя?
— Ах ты ж сука!
Мерл дергается прямо через стол, но тут же наталкивается на чужой кулак: из носа брызгает кровь и мужчина хватается за изувеченное место. Он зло скалится, запрокинув голову и втягивая бурые капли. Пол быстро подбирает опрокинутые отмычки, тянется к Мерлу, однако тот раздраженно отпихивает от себя руку.
— Блядь, а ну-ка давай выйдем.
— Тебе не нужны паспорта? Или мне маякнуть патрулю, чтобы они проверили этот барак?
— Хрен ты кому маякнешь, пока тут шкет трется. Я тебя знаю, Рик. Кого-кого, а Дэрила ты никогда через хуй не кинешь.
Желваки на лице Граймса зло дергаются. Он сминает потухшую сигарету в пальцах, встает из-за стола и, потеснив плечом Дэрила, быстро оказывается у двери.
— Пошли.
— Ну наконец-то мне представился шанс отпиздить тебя хороше…
Мерл замолкает на полуслове, когда Дэрил решительно перехватывает Рика за локоть и толкает обратно по направлению к стулу. На его лице так и читается «не надо» — Граймс делает глубокий вдох и садится на место. В его пальцах оказывается дешевая пластиковая зажигалка, которую он раздраженно прокручивает, вспоминая о брошенном дома эспандере.