Алхимики Лума (ЛП)

Но Призрак прыгнула, и лебедка на ее бедре подбросила ее к Леоне. Она оторвалась от земли на носках и, перевернувшись в воздухе через линию, ударила Леону пяткой по лицу. Леона отшатнулась, выпустив кинжал, чтобы освободить руку. Она нанесла удар, и Рейф отступила назад, пытаясь мощным ударом раздробить ей кости.
Они атаковали снова и снова, уворачиваясь от ударов, пока терпящий неудачу дирижабль стремительно несся по небу. Леона поняла, что они приближаются к земле, когда Фен начала рисковать, прыгая по деревьям, а не встречаясь с землей вместе с дирижаблем. Она зарычала и сбросила с себя Призрака, прыгнув в свой собственный планер.
— Я тебя не отпущу! — Призрак обмотала верёвку вокруг шеи Леоны, и она либо упала назад, либо задохнулась.
Освободившись от троса, Леона задыхалась, а синяки на ее шее быстро заживали.
— Если я иду ко дну, то ты идешь со мной, — заявила Призрак.
— Ты умрешь, а я останусь невредимой и буду готов содрать шкуру с твоего маленького питомца и Дракона. — Леона зарычала, продолжая скользить ногами к своему платформу. Даже если у нее и был шанс выжить в этой бойне, она не хотела рисковать тем, что шальная балка или древесное копье пронзит ее в сердце. Не тогда, когда рядом с ней покоится ее планер.
— Я так не думаю, — безумно усмехнулась женщина. Ветер с воем пронесся по палубе, усеянной телами и останками жертв их схватки и хаоса, возникшего из-за падения дирижабля. — Мне нужно получить благодеяние. И я не собираюсь умирать до того, как получу его.
— Это мы еще посмотрим. — Леона начала бежать за женщиной, и на этот раз Химера даже не вздрогнула, смело встав на ноги. Не прошло и секунды, как дирижабль достиг конечного пункта назначения. Призрак поджидала своего подопечного.
Они оба наполовину уклонились в слабых попытках увернуться. Когти прорезали серую кожу Фентри. Кинжалы пронзили кости и мышцы Драконов.
С обеих сторон взорвалось золото.
Там, где Леона ожидала увидеть сердце, ее пальцы нащупали что-то металлическое. Все тренировки померкли, когда она провела подушечками пальцев по его квадратной форме. Она задыхалась, кровь пузырилась в горле от кинжала в груди.
— Что ты? — прошептала она, глядя на то место, где ее пальцы торчали из груди другой женщины.
По одежде Призрака струилась золотистая кровь, такая же, как у Леоны. Она снова и снова пыталась рассмотреть лицо женщины. Быть может, это замаскированный Дракон? Нет, иллюзия уже давно бы развеялась.
— Что ты? — повторила Леона. Ее уши заложило, когда она попыталась собрать воедино то, с чем боролась все то время, пока охотилась на Квареха на Луме.
— Я совершенна.
Женщина повернула кинжал, раз, два. Она крутанула его на месте, пронзая грудную клетку Леоны. Она почувствовала, как под лезвием ломается кость, как сухожилия растягиваются и рвутся о его острие. Призрак отступила, потянувшись к груди Леоны.
Она собиралась съесть ее сердце.
Леона задыхалась. Она цеплялась за жизнь, цеплялась за свой долг. Это была лучшая смерть, на которую мог рассчитывать Всадник, — смерть во время службы своему Королю. Она бесполезно и слабо цеплялась за предплечье женщины, пока Белый Призрак вырывала остатки ее сердца из груди, вгрызалась в него и обрывала жизнь главной Всадницы Короля.
33
.
Кварех
За всю свою жизнь он летал всего на одном планере. Да и то в спешке, украдкой. Он в ужасе мчался вниз, к Линии Богов, изо всех сил вцепившись в ручки, вливая в ноги и в корпус планера как можно больше магии.
Именно так он начал свое путешествие. И теперь, похоже, оно закончится точно так же. Он понятия не имел, что находится под ним. Слабые отблески огней усеивали стремительно приближающийся горизонт, то появляясь, то исчезая из-за качающихся деревьев, преграждающих им путь.
— Ари все еще там! — Глаза Флоренс были прикованы к дымящимся останкам дирижабля, опускающегося на землю, словно лебедь в конце своей песни, совершающий последнее погружение.
  
Он крепко сжал рукоятки. После того, что она сказала, ему должно быть все равно. Она украла его схему, она отбросила его в сторону, она показала ему, как мало он для нее значит. А теперь… теперь он должен отмахнуться от нее, как от пустоты. Он должен сосредоточиться на последнем отрезке своего пути. Если она хочет разобраться с Всадниками за него, он должен принять подарок без раздумий.
Но он напряг шею, оглянувшись через плечо. Она все еще была наверху, направляясь к смерти от его имени. У него скрутило живот. Это перевернуло его сердце. Это сломило его решимость.
Пусть Пантеон спасет его, но эта женщина оказалась ему дороже, чем он мог предположить. Эта дерзкая и немодная Призрак оправдала свое слово, данное в Новом Дортаме. Она все-таки украла его сердце.
Кварех снова посмотрел вперед, внутренне скривившись. Да, пусть первая женщина, к которой у него возникли хоть и путаные, но серьезные чувства, была Фентри. И не просто Фентри, а именно эта Фентри.
— Мы должны вернуться за ней. — Флоренс схватила его за руку, умоляя.
— Флор, я пытаюсь предотвратить нашу смерть прямо сейчас. Это то, чего она хотела. Этого хотела Арианна, — бесполезно повторял он, словно это могло избавить его от безумной тревоги за женщину. — Она сильнее всех Химер, которых я когда-либо встречал. Она сильнее большинства Драконов, которых я знал. Если кто и выживет, так это она.
— Она такая же смертная, как ты или я! Она надела эту иллюзию только потому, что ей это подходит.
— Думаешь, я не знаю об этом! — прорычал он. Флоренс удивленно посмотрела на него. — Думаешь, я не знаю, что под белым халатом скрывается женщина? Уверяю тебя, мне это мучительно, досадно, понятно.
Девушка замерла. Ее руки упали с его лица, чтобы ухватиться за перила странной формы планера для устойчивости. Она была еще слаба, отметил он. Она будет продолжать слабеть, пока не получит переливание крови и не перейдет в полуживое состояние, известное как Химера.
— Когда это случилось? — прошептала Флоренс.
Кварех посмотрел на нее, проклиная себя за проницательность. Но если кто и должен был заметить, так это Флоренс. После всего того времени, что она провела с ним и Арианной, она могла уловить тончайшие изменения даже при самых беглых наблюдениях.
— Я и сам это понимаю. — Он не стал затягивать со словами. — Но сейчас не время.
Трое Фентри сгрудились в передней части его планера, цепляясь за перила изо всех сил. Флоренс настояла на том, чтобы все трое присоединились к ним. Девушка отказалась взять целый планер себе, несмотря на цели и заботы Арианны. Ее добрая натура даже перед лицом опасности и смерти сияла.
— Приготовьтесь, — крикнул он, когда первое дерево заскрежетало по днищу планера.
Контролируемое падение давалось ему с трудом. Но сколько магии требовалось, чтобы удержать крылья в воздухе и равномерно спускаться — этим навыкам он никогда не учился и даже не думал над ними работать. К этому добавлялась необходимость уворачиваться от молчаливых часовых темного леса, что делало невозможным плавное приземление. Он лишь надеялся, что не убьет всех до того, как они коснутся земли.
Ветви заскрежетали, когда они прорвались сквозь линию деревьев. Правый глаз Квареха был выколот случайным деревянным крюком, и он закричал от боли, пытаясь сосредоточиться на задаче, пока его глаз медленно восстанавливался. Он раскачивался вправо и влево, дергая за рукоятки, и его магия напрягалась, чтобы удержать их в воздухе и избежать толстых стволов деревьев.
Они летели быстро и жарко, ударяясь о землю и разбрасывая во все стороны приливную волну из кустарника, листьев и грязи. Двух человек впереди отбросило, и Флоренс тоже чуть не упала. Кварех схватил девушку и прижал ее к груди, а другой рукой ухватился за перила. В конце концов планер врезался в поваленное дерево, опрокинулся вперед и вытряхнул из себя все содержимое.