Осторожно! Некромант! (СИ)
С абсолютно хорошим настроением я возвращался домой, и тут меня привлёк один персонаж. Толстяк в добротном костюме шёл через торговую площадь.
Но вот он оступился. Нога его подвернулась и он чудом не упал, согнувшись пополам. При этом его штаны треснули на заднице, демонстрируя трусы с красными сердечками. Он закрыл руками «брешь», но сделал неуловимое движение и портфель его расстегнулся. Оттуда начали вылетать какие-то бумаги.
— Да твою едрить налево! — сругнулся толстяк, начиная собирать документы, и чуть не попал под копыта лошадей, везущих за собой бочку с квасом.
— Эх, каналья! — крикнул он на возничего, вытаращив глаза от испуга, возница, кое-как объезжая этого чудака.
Толстяк отпрыгнул назад и приземлился на хвост проходившей мимо собачонки. Та, завизжав, вцепилась в его штанину, а он начал бить по её морде портфелем, который опять расстегнулся, и из него продолжили высыпаться документы.
Он посунулся назад, спасаясь от собаки, и наступил в коровью лепёшку, а когда воздел руки к небу, сверху прилетела пара подарков от местных голубей.
Вытирая птичьи какашки с лица, толстяк чертыхнулся и в сердцах плюнул в сторону.
Шлёп!
Смачный плевок угодил прямо в глаз проходившего мимо барона Рукосуева.
Скорость плевка была такова, что барон чуть не опрокинулся на спину.
— Да ты совсем ох*ел! — взревел Рукосуев и взял за лацканы бедолагу, пытаясь его поднять. Но тот был достаточно упитанным, а Рукосуев достаточно ниже ростом. — Да я тебя закопаю!
Охрана барона обступила толстяка, скорчив ожесточённые лица.
Отсмеявшись, я решил вмешаться.
— О, Рукосуев! И ты тут⁈ — раскинул я руки в приветственном жесте. — Мои умертвия по тебе соскучились.
— Ещё как! — поддержал с плеча Пук.
— Опохмел! — согласно зарычал Петрович.
У барона отвисла челюсть и он попятился:
— Пля, опять этот некр! Валим, ребята, — сказал один из его охраны и все разбежались.
— Опять это ты, гааад, — Рукосуева затрясло словно в приступе, а затем он прыгнул в сторону, будто ему ударили по заднице огромной кувалдой.
— Куда ж ты так быстро? Даже пообщаться не успели, — крикнул я вдогонку, стараясь не заржать над сложившейся ситуацией.
Но Рукосуев быстро скрылся вслед за остальными. Эх, ушло моё веселье.
— Ох, спасибо, — поблагодарил толстяк. — А то уже три дня так мучаюсь.
— Вы только за пять секунд попали в десяток неприятных ситуаций, — сказал я и тут же задумался, уж не проклятье ли у него.
Точно! Судя по воронке в подпространстве над ним, точно оно! Но мелкое.
Я влил маны в заклинание снятия проклятья, и уже пару секунд толстяк был чист.
— Можете идти, — обратился я к нему. — Теперь вам станет жить значительно легче и веселее.
— Спасибо! — воскликнул толстяк. — Могу ли узнать имя спасителя?
— Акакий меня зовут. А вы кто такой?
— Ох ты, вот так встреча! — засмеялся он. — А я как раз вас искал. Меня зовут Платинов Михаил Сергеевич. Я недавно приобрёл ваше произведение искусства под названием стульчак. Давно ищу встречи с вами. Разве ваши работники не передавали?
— Нет, — ответил я и покосился на Владика.
Но тот лишь пожал плечами. М-да, память у мертвецов оставляет желать лучшего.
— Так что вы хотели? — спросил я.
— Ваш проект мне кажется очень перспективным. Я бы хотел вам предложить своё покровительство для расширения бизнеса.
— Нет, — тут же отрезал я и уже собирался уйти.
Но Платинов смог меня заинтересовать.
— Или, быть может, вы согласитесь поставлять мне часть товара оптом… но по рыночной стоимости?
— Ну-у, — засомневался я, набивая себе цену.
А толстяк растерялся аж немного. Но потом лицо его засияло от радости:
— Хорошо, — кивнул Михаил Сергеевич. — За то, что меня спасли и вылечили, с моих продаж будете дополнительно иметь… пять процентов с каждой единицы проданного товара.
— Согласен, — не мешкая, протянул я ему руку.
На следующее утро меня снова разбудил вопль почтового ящика.
— Да какого дьявола! Опять поспать не дают! Кто там на этот раз⁈ — сонно бормотал я.
— Господин, к вам посетитель, — грозно взревел почтовый ящик. — Какой-то деревенщина с копной сена на башке стоит на пороге и мнёт свою шапку в руках, словно титьки бабские. Пялится на меня тупым взглядом, бормочет под нос какую-то ересь про Единого!
— Ящик, отставить описание! — скомандовал я.
— Есть отставить описание! — услышал я в ответ, ещё громче, и у меня зазвенело в голове. — К вам пришли! Но не решаются постучать в дверь!
Блин, надо бы подкрутить голосовую функцию. Уж слишком переборщил я.
Я открыл дверь. На пороге стоял и, действительно, нервно мял шапку какой-то деревенский мужичок. Увидев меня, он тут же забыл про свой головной убор.
— Я этто, господин некромант, — в глазах мужичка я прочитал мольбу о помощи, и отчаяние. — У меня к вам дело жизни и смерти.
Глава 18
— А я разве похож на альтруиста? — прожёг я взглядом мужичка. — На кой вы меня разбудили?
А внутри меня в этот момент всё кипело.
И правда! Я что, похож на альтруиста? Вроде весь целительский облик я с себя давно стёр. Так чего ко мне за помощью приходят?
Логично, если б было наоборот — начали просить проклятья или там для смеха кого-нибудь на похоронах поднять.
— Мою семью прокляли, — запинаясь, ответил мужичок, отвлекая меня от мыслей. — Всех ведьм в округе обошёл. И никто не может помочь.
— И в чём оно выражается? — вопросительно уставился я на деревенщину.
— Оно? — выпучил он на меня глаза.
— Да, оно! Проклятье твоё… — я сдержался от резких слов. Что же они всё время переспрашивают?
— А, так это… — почесал тыковку мужичок. — Нашествие лягушек. Они совсем сдурели! Покушаются на мою ферму. Возле села Пупкино.
— Серьёзно? Очень забавно, — хмыкнул я и зевнул.
— Да, вы просто не видели, сколько их! — вскрикнул мужичок. — Умоляю, сделайте хоть что-нибудь, господин! Я заплачу!
— Сколько? — у меня тут же загорелись глаза. Что-то, а деньги лишними не бывают.
— Тридцать золотых, — потупил он взгляд, слегка побагровев лицом. — Больше нету.
Я разочарованно вздохнул, но затем ответил:
— Ладно. Возьму с тебя десять, — махнул я рукой и заметил хоть какие-то проблески радости на бледном лице мужичка. — Сейчас, пару минут на сборы. И покажешь своих свирепых лягушек… — а затем буркнул под нос, — Может, хоть лапки на ужин пойдут.
Зайдя в комнату, я увидел, как Пук играл в карты с Владиком, причём играли они на челюстят. Те радостно подпрыгивали, щёлкая зубками, когда переходили к другому «хозяину». У Петровича закончился материал, а идти за ним было лень. Он сидел в углу, высунув от усердия синий язык, и пытался из небольшого полена вырезать большой стульчак.
— Так, — захлопал я в ладоши. — Гвардия Акакия, подъём! Есть секретная миссия. На нас возложена огромная ответственность.
Пук аж выронил карты из лапок:
— Ого!
— Надо справиться с лягушками на болоте, найти источник и убрать массовое проклятье.
— Опохмел, — одобрительно кивнул Петрович, выкинув в сторону миниатюрный стульчак.
А его подобрал. А что — отшлифовать, покрасить и можно прикрепить на вывеску будущей лавки. Очень даже идеально.
— Лягушки? — скривился Владик. — Почему именно эти твари? Не, я не согласен.
— В могилу согласен? — нахмурил я брови.
— И в могилу не согласен, — парировал вампир.
— А она будет, если откажешься, — прибавил я металла в голос.
— Понял, хозяин, — кажется, бледная кожа Владика побледнела ещё сильней. — Я же просто, выражаю свою неприязнь.
— Держи её при себе, мой кровавый друг, — ответил я и вновь хлопнул в ладоши. — Собираемся, сонные мухи!
Благо, что мужик приехал на лошади с телегой. В которую сели Петрович и Владик. Хозяин лошади периодически косился на умертвия. А они косились в ответ.