Осторожно! Некромант! (СИ)

Облако тут же втянулось в вампира. На что тот лишь икнул, зашатался и даже слегка порозовел.
Как порозовела и Лиза. Девушка простонала что-то невнятное и разлепила веки. Её глаза расширились при виде меня.
— Что случилось? — она обвела комнату взглядом. — О, привет. А ты как тут оказался?
— Батя твой привёл, — улыбнулся я широко.
Я был рад, что Лиза поправилась. Да ещё и так быстро.
— Так-так-так, ты прикалываешься⁈ — она приподнялась на локтях.
— Какие тут приколы? — стараясь не улыбаться, ответил я. — Он стоял и умолял на коленях.
— А вот в это точно не поверю, — нахмурила она свои милые бровки.
— И правильно, дочь, — залетел в комнату как бронепоезд, отец Лизы, сметая туалетный столик своим боком. У предмета мебели отлетела ножка, и он пал смертью храбрых.
— Ну я ж просил не подслушивать! — возмутился я.
— Нет, ты просил не подсматривать! — загремел отец Лизы и приблизился к дочери, а затем взял её за руку: — Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо, — растерянно ответила Лиза. — Только совсем не поняла, что случилось.
— О! У нас детектив! — прокомментировал я. — Чур я главный следак.
— Кто? — хором спросили отец с дочерью.
— Эмм, — задумался я о средневековом синониме и выдал. — Дознаватель.
— Ну и словечки у тебя, — прошипел отец Лизы.
— Ты лучше расскажи, как до такой жизни докатилась? — спросил я, намекая на внезапное отравление непонятно чем.
— У меня вчера разболелась голова, — начала объяснять Лиза. — А целительское заклятие не подействовало. И вот я проходила мимо площади, а там продавал эликсиры какой-то… урод
— Ублюдский педераст, — поправил граф.
Даже у Пука брови вверх полезли от удивления. А его удивить очень сложно.
— Ух ты, а он ругаться умеет! — задорно подметил зверёк.
— Ну и вот, там был эликсир и от головной боли, — продолжила Лиза. — Я выпила, и через три часа свалилась с диким недомоганием.
Я задал ей ещё несколько наводящих вопросов, как настоящий детектив. Узнал, как выглядит этот горе-лавочник и где его искать.
Уже мысленно в голове придумал план, как наказать отравителя. И сам не заметил, как в предвкушении начал потирать ладоши.
— Акакий, с тобой всё в порядке? — спросила Лиза.
— Да. Просто придумал распрекрасный способ убийства одного… педераста.
Лиза с отцом на меня недобро покосились. Сразу видно, родная кровь. Пришлось уточнять, что это была шутка. Эх, смертные, совсем моего загробного юмора не понимают.
Лавочника я нашёл довольно быстро. Это был худощавый низкорослый мужик в каком-то красном балахоне. На лице его выделялся шнобель, который напоминал огромную картофелину.
«Шнобель» стоял со своей переносной тележкой, заполненной всевозможными флакончиками, точно в указанном Лизой месте. А пока посетителей не было, улучил момент и лениво ковырялся в носу.
— Бросьте, немедленно! Пока никто не увидел, — подлетел я к «шнобелю» сзади, и он вздрогнул тщедушным телом, прекратив елозить пальцем у себя в ноздре.
— А чего это? Мой нос. Что хочу с ним, то и делаю, — в полуагрессивной форме ответил он.
— Я вас просто предупредил. И заметьте, даже денег не попросил за это, — ответил я. — Это очень опасно нынче.
— Да что опасно? — удивился «шнобель». — Вообще ничего не понимаю. Какие деньги⁈
— За то, что вам жизнь спас, — ответил я. — Недавно вот так один, похожий на вас, стоял на площади. В носу ковырялся…
— И?… — не выдержал «шнобель» моей паузы. — Что произошло? Ну, говорите же!
— Пришли за ним. Инквизиторы. И бедолага на костре сгорел. О как.
— Да за что⁈ — воскликнул «шнобель».
— Он порнографию распространял, — объяснил ему я. — Исключительно извращённого содержания.
— Так а при чём тут ковыряние в носу? — его когнитивный диссонанс вылез в виде красноты на лице. Он стал похож на варёного рака.
— Так в том-то и дело, — ответил я, сохраняя серьёзность на лице. — Если бы не ковырялся, не обратили бы на него внимания. Стоял бы и тихонько продавал всяким извращенцам свои фотокарточки. А у вас всё нормально с законом?
 
— Д-да, — «шнобель» закивал головой. — К-конечно. У меня даже лицензия есть. Всё, как полагается.
— И торгуете вы лекарствами, я смотрю? — начал я рассматривать его пузырьки.
— Эликсиры, снадобья, полезные отвары. А вот новинки. Выжимка из перепелиных клювов. А здесь настойка на опарышах. Вам от какой хвори нужно? — немного успокоился «шнобель», войдя в рабочую колею. Но зря он успокоился.
— А мне вот такой бутылёк, — сказал я и достал из кармана пустой флакон, который забрал у Лизы.
«Шнобель» внимательно осмотрел его, затем нашёл такой же, но уже полный, и протянул мне.
— Вот, держите.
Я открыл и понюхал содержимое.
— Петрович, иди сюда. Тут случилось что-то ужасное, — позвал я бомжа, которого оставил у соседней лавки. И когда он доковылял, махнул ему на «шнобеля». — Этот тип только что разбил большую бутыль самогона. Прямо об асфальт её грохнул. Сказал, что это дрянь и гадость.
Зомби тут же навис над лавочником, как стена.
— Вдребезги разбил, — подбавил я огоньку.
И у Петровича вылезли когти, которые почти коснулись лица жертвы. А сам зомби начал утробно рычать.
— А теперь пейте, — грозным тоном приказал «шнобелю». — Иначе я скажу Петровичу, что вы взорвали спиртовой завод. И тогда он порвёт вас на куски.
— Но как же так? Зач-чем мне это пить? У меня же нет показаний. И вообще, я не понимаю, что происходит! — старик попятился назад, забыв про тележку.
Но Петрович остановил его, положив свою мёртвую руку на его живое плечо.
— Пейте, я сказал! — я повысил голос. — Иначе мой друг с вами на месте разберётся!
«Шнобель» схватил дрожащими руками флакон и выпил, при этом жутко сморщившись. Видать, горькая штука.
А через минуту упал на землю без сознания. Походу накупил всякого дерьма и сам не знает, что продаёт. Таких учить жизни надо.
— Владик, кровушки хочешь? — предложил я вампиру.
— Угу, — промычал он.
— Тогда разрешаю выпить половину из этого носатого, — дал я добро.
Я параллельно накладывал заклинание на старика, чтобы яд снова перешёл во Владика. А то не хватало, чтоб меня ещё в убийстве лавочника обвинили.
И так проблем с инквизицией хватает. А «шнобелю» будет уроком, чтоб народ не травил.
Полуобескровленный носач очнулся минут через пять. Судя по виду чувствовал он себя очень хреново.
А вот Владик вновь получил кайф. И сейчас покачивался из стороны в сторону.
— Будто сегодня у меня день рожденья, — воскликнул он пьяным голосом.
— На здоровье, Владик… — ответил я, но затем пробормотал. — Ой, что я говорю — вампиру, и на здоровье.
— Что вы со мной сделали? — осипшим голосом спросил «шнобель», кое-как поднялся на ноги.
— Предупредили! Ты где эту дрянь взял? — я был просто вне себя от гнева. — Признавайся, козюлечных дел мастер.
— Сам намешал, — простонал он и схватился за голову. — Я не знал, что это дрянь.
— Ещё раз увижу, что продаёшь что-то подобное — убью на месте. Понял? — серьёзно посмотрел я на трясущегося лавочника. — Или Петрович! А потом воскрешу тебя и сделаю своим слугой!
— Не… не надо. я больше так не буду. — «шнобель» так запричитал, что его голос перешёл на хрип. — Уеду из города, обещаю!
Страх прибавил ему сил. Ибо он быстрым шагом, слегка покачиваясь, скрылся в ближайшем проулке. Даже тележку свою забыл.
Перед уходом я «просканировал» её своим некромантским взглядом, нашёл дефектные зелья и дал ответственное задание своим умертвиям — разбить каждый из этих сволочных пузырьков. Которых оказалось больше половины от всего количества. Слыша, как задорно лопаются под ногами моих слуг последние оставшиеся в живых зелья, обещающие «убийственное здоровье», я довольно улыбнулся.
И пробормотав под нос:
— Всё, носатик, вот теперь ты не педераст.