Осторожно! Некромант! (СИ)

— То есть ты расстроилась не потому, что фикус вышел из-под контроля? А из-за того, что об этом узнают?
— Да, — призналась она, прикусив нижнюю губу. — Только результат должен был быть немного… другой.
— Эта книга у тебя? — поинтересовался я.
— У меня. Да, — кивнула Лиза. — Боюсь её дома оставлять. Ещё слуги найдут. А то они у нас… любопытные слишком бывают. Такую книгу узнает даже самый безграмотный.
— Покажи, — протянул я руку.
Лиза достала из своей сумки массивную книженцию и протянула мне.
— Вот это древность, — хмыкнул я, перелистывая страницы древнего трактата. — Кому пришло в голову написать книгу о воскрешении растений? Ничего скучнее не придумаешь.
— Фикус бы с тобой не согласился, — усмехнулась Лиза.
После того как она выговорилась, настроение её начало постепенно улучшаться.
— Почему эта магия считается запретной? — задал я ещё один вопрос.
— Ты некромант и не знаешь? — удивилась она.
— Да. Я вырос в глухой деревне в семье священника, — засмеялся я. — Там не принято говорить о таких вещах.
— Запретная магия — потому что таит в себе опасность, — пояснила Лиза. — Есть огромный список заклинаний, запрещённых к использованию. И большинство из них по некромантии… Не понимаю, как ты можешь использовать заклятья и не знать, что они запрещены!
— Мои не запрещены, — усмехнулся я.
Конечно, ведь я принёс их из другого мира. Но об этой подробности Лизе знать необязательно. К тому же, листая этот трактат, я увидел совершенно другую технику магии. Значит, пока о моей никто не в курсе, она не запрещена.
— В общем, я не знаю, что делать, — всплеснула руками Лиза. — Через два дня донос рассмотрят, и инквизиция придёт к нам домой.
— Хочешь, чтобы я их выпроводил? — хищно улыбнулся я. — У меня особый талант в общении с инквизицией.
— Нет. Это может наложить тень на весь наш род. Будет серьёзное разбирательство.
— Твой отец может подкупить инквизитора, — предположил я самое банальное решение проблемы. — Я уже встречался с ним. За версту таких чую, лапы у них такие мохнатые, что хоть косички заплетай.
Лиза улыбнулась, но затем вновь помрачнела:
— Не факт, что это спасёт меня от костра. В самом лучшем случае сошлют в институт благородных девиц. А ты даже не представляешь, что там. Приходится ходить в корсетах и говорить одно и то же. Девушки после такой ссылки ведут себя, как послушные куклы.
— Как зомби? — привёл я пример.
— Точно, — она снова захныкала. — А я не хочу быть зомби!
Я задумался, а затем аж подскочил от идеи, которая пришла ко мне в голову:
— Мне кажется, я знаю, что делать.
Лиза тоже вскочила со стула и крепко обняла меня.
После этого разговора мы выпили по кружечке ароматного чая, который нам заварил Пук, пообщались немного на общие темы.
А затем я проводил Лизу домой. Мне удалось внушить ей, чтобы она не сильно переживала из-за случившегося.
Утром я пошёл на рынок под предвкушением очередной встречи с инквизитором. Разве что ладоши не потирал.
Торговля продолжала идти бойко. Пук уже окончательно освоился в роли маркетолога и придумал новые сленги:
«Мечтай на стульчаках от Акакия»
«Стульчаки от Акакия. И пусть весь мир подождёт!»
«Стульчаки от Акакия. Просто сделай это»
«Стульчаки от Акакия. Попробовав раз сижу и сейчас»
Он тестировал их на нашей целевой аудитории. И в итоге выбрали второй вариант.
На него клиентов будто магнитом притягивало к нашему прилавку.
Ну а в полдень, как раз в пик продаж, снова пришёл пухлый инквизитор со своей братией.
Когда народ рассеялся, от греха подальше, я с умертвиями вышел вперёд и взглянул на остановившихся метрах в двадцати толпу. Это все те, кто вписывается в мой гениальный план, придуманный накануне.
— Ну что, некромант, — услышал я знакомый голос. — Вот мы снова увиделись! Но теперь эта встреча тебе точно не понравится!
— Ты меня заинтриговал, толстячок! — крикнул я в ответ. — Давай, не томи, раскрывай карты.
— Щас тебе будут карты, ага! И валет, и король, и даже джокер! — довольным тоном ответил он, будто предвкушал то, что произойдёт далее. А затем обратился к кому-то. — Никодим, не тормози. Отправляй посылку.
 
Я тут же услышал жалобный скрип перегруженной тележки. А затем увидел, что они притащили в этот раз.
Несколько магов хлестали двух ишаков, которые тянули вперёд телегу. А на ней — огромный валун!
Он был действительно огромен. Я даже не понимал, как они погрузили его в телегу и как умудряются её тащить эти животные.
Вот транспорт достиг пункта назначения. Маги удалились и втекли обратно в толпу.
А я подошёл взглянуть, что за подарок мне привезли.
В телеге лежал необычный валун.
На нём по периметру были выбиты руны. А в центре расплелось лучами солнце. То есть лучи были волнистые.
Но это ещё не всё.
С обратной стороны камня слева виднелись три смеющиеся рожицы, справа — три печальные. По центру чёрный силуэт, который был перечёркнут крест-накрест. Это, видимо, я.
Посыл понятен. Но где же тут опасность?
Я походил вокруг телеги, задумчиво почёсывая подбородок. Посмотрел и так и эдак.
Но булыжник булыжником. Хотя креативно вроде. Можно в гостиной поставить.
— Никодим, твою мать, почему не работает? — услышал я голос инквизитора.
— Я не… не знаю, — забормотал, видимо, Никодим. — Как мне сказали, это реликвия, которая всегда была столпом защиты мира от нечисти. Символ победы добра над злом.
— В том то и дело, что была, тупица, — проворчал инквизитор, и мои враги собрались уходить.
Настала пора включать актёра. Ведь первый пункт моего хитроумного плана — попасть в темницу инквизиции.
Своих умертвий я отправил на фиг домой. Ещё раскроют меня своими тупыми действиями.
— Ой-ё-ёй, что-то плохо мне, — схватился я за поясницу. — Где мои умертвия? Неужели они уничтожены? Как же так⁈
Толпа остановилась. Прислушалась. И через несколько секунд уже окружала меня.
— Ага-а-а, — ходил влево-вправо передо мной инквизитор, тряся на виражах своим пузом. — А я тебе говорил, попадёшься⁈ Что молчишь, сволочь, а⁈ Гадёныш! Паскудник!
Глаза его пьяно поблёскивали от внезапно нахлынувшей победы, торжества справедливости. Его главный гештальт закрыт. И теперь он вновь хозяин положения!
— Плохо мне, — печально скуксился я, а Пук на моём плече в это время скукожился и громко кашлял. А кашлять он умел — будь здоров!
— Терпи, гнида! Это тебе за всё… за всё приходит. Бумеранг Очищения — это тебе не шутки, — толстяк тряс передо мной своим жирным указательным пальцем и злобно улыбался.
Наверное, так называли этот булыжник на тележке. Но вообще не понял креативной жилки Единого или как там его — где булыжник, а где бумеранг?
— Тебе за всё воздастся. Скоро. Ахах, — да он чёртов фанатик… или маньяк. Вон как глазами сверкает. Кто ещё более опасен из нас для общества. Большой вопрос.
— Братцы, пакуйте его. И белку его тоже, — махнул своим магам инквизитор.
— Ссска, — услышал я тихий голос Пука. — Зря он про белку сказал. Хана ему, хрр.
Да, уж что-что, а на это у Пука память хорошая.
Молодцы, конечно. Вон какие кандалы блестящие нацепили. А решётки прям добротные в камере — при одном взгляде подавляют, и мысль о побеге улетучивается. Ага. Тут же. Мощные, стальные прутья будто говорят: «А вот хрен тебе! Сиди тихо, жди очереди своей в пыточную и не вякай. Скажи спасибо, что сразу на костре не сожгли!»
Да и двери массивные, обитые новёхоньким металлом.
Рукомойник и тот с финтифлюхами какими-то сияющими на бачке.
Вон куда уходят деньги налогоплательщиков!
В общем, досчитал я до десяти, когда дверь закрылась за мной. Затем погладил Пука, который всё ещё кашлял. По инерции, видимо.
Затем достал челюсти из пространственного кармана. И положил их перед собой.