"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
— А много у нас таких овчарок?
Тут Игорь задумался, а потом не очень уверенно сказал:
— Не думаю, что очень много. Их содержание стоит денег, да и к каждой нужен хороший проводник. У пограничников их и то не хватает.
— Вот именно. Тем более что нам не каждый день такая собака нужна. А кормить ведь нужно каждый день.
— Ну, предположим, уговорила. А как ты будешь этого спаниеля использовать?
— Для начала предложу его хозяину обучить пса нескольким новым трюкам. Например, поиску оружия и взрывчатых веществ. Нам не нужно, чтобы этот пес кого-то задерживал. Пусть только унюхает и даст нам сигнал. А дальше мы уже сами.
— Ладно, речистая. Иди поговори с этим типом. Если уговоришь, то отпустим его с миром. Участкового в этом случае я беру на себя.
Мы вошли в дом, я попросила всех выйти и осталась один на один с мужиком, который уже оклемался и сел на лавку.
— Как тебя зовут?
— Трофим.
— Вляпался ты, Трофим, хуже некуда. Почему ружье не зарегистрировал?
— Так его бы у меня сразу отобрали, а меня бы все равно посадили. А так хоть некоторое время, но поохотился.
— С псом охотился?
— Конечно. Бес у меня очень толковый. И на утку, и на кабана — все умеет. А чего не умеет, так я его быстро обучаю.
— А сколько лет Бесу?
Трофим призадумался, а потом сказал:
— Думаю, года четыре. Его барин совсем щенком взял.
Тут он понял, что проговорился, и совсем пригорюнился.
— Да, я так и подумала, что и ружье, и пес тебе достались от прежнего барина. А куда сам барин делся?
— Так он, когда ваши пришли, в момент собрался и утек к немцам. Он хоть жил здесь, в Польше, но по родне был немцем.
— А ты, значит, успел прихватить его ружье и его собаку? И не боишься, что барин вернется и с тебя спросит?
— Ой, хватит уже с меня того злыдня. Да и не вернется он. Его же здесь сразу к стенке прислонят.
— С этим понятно. Скажи-ка, Трофим, ты хочешь, чтобы ружье у тебя осталось?
— Конечно, товарищу лейтенант, хочу. А как это сделать?
— Слушай внимательно. Ты научишь своего пса нескольким новым трюкам. Каким именно — мы тебе скажем. А потом, когда будет нужно, тебя вместе с псом будут вызывать на работу. Иногда бывает нужно что-то найти, а без собаки это сделать трудно. Такая работа может занять час или два, но может и пару дней. Зато тебя уже никто не тронет. Согласен?
— Согласен, согласен.
Еще бы, все остается при нем, да еще покровительство от власти обещают. Понятно, что согласен.
— Учти. О нашей беседе никому.
— Понятно, товарищу лейтенант. Буду нем, як могила.
Я вышла и передала наш разговор Пряхину. Он почесал в затылке, а потом сказал:
— Хорошо, сделаем так, как ты ему обещала. Только все очень подробно опиши в отчете. В конце концов, никуда этот Трофим от нас не денется. А про барина я тоже догадался. Здесь ни у кого нет таких денег на подобное ружье. Да и пес, который живет не на цепи, а в доме, — тоже для местных нехарактерно. Только вот что, Аня. Послушай мой совет. Когда будешь писать отчет, не описывай ружье подробно, чтобы кому-нибудь из начальства оно не приглянулось. Просто напиши, что нашли охотничью двустволку в хорошем состоянии.
— Понятно. Так и сделаю. Стоп, подожди, кажется, у меня появилась еще одна идея.
Глава 42
С этими словами я ринулась назад в дом. Трофим с женой в это время там наводили порядок. Я сделала знак Трофиму и вытащила его в сени:
— А скажи-ка, друг Трофим, куда ты бумаги барина дел, которые прихватил вместе с ружьем?
Я брала его на чистый понт. Просто решила, что этот жук, прихвативший в суматохе редкое и, по-видимому, дорогое ружье и хорошего пса, вполне мог заныкать кое-что еще. Трофим почти с суеверным страхом посмотрел на меня и заговорил:
— Да там бумаг было всего ничего. Небольшой мешок. Сейчас вынесу.
Понятное дело. Утянул что-то типа сундучка с деньгами и бумагами. Деньги припрятал в одном месте, а бумаги в другом. Сейчас, наверное, радуется, что про деньги не спросила. Тем временем он вынес нечто объемное, завернутое в тряпку:
— Вот все, что было.
— Ладно, так и быть, про деньги я тебя спрашивать не буду, — тут Трофим передернулся, — а это заберу.
С этими словами я, можно сказать, торжественно вытащила сверток на улицу и вручила остолбеневшему Пряхину.
— Это что еще такое?
— Это, товарищ лейтенант, бумаги, которые уносящий ноги барин забыл в своем поместье. А запасливый Трофим эти бумаги сохранил. Теперь у нас на досуге будет чем заняться.
— Да, с тобой, Анна Петровна, точно не соскучишься.
— А то! — с гордостью заявила я. — Теперь все.
Мы поехали назад в горотдел, а я по дороге думала, что сумела не то чтобы завербовать, но, скажем так, склонить к сотрудничеству человека, который может оказаться полезным и после начала войны. Вряд ли этот Трофим захочет встретиться с барином — тот ему все припомнит. Так что дорога Трофиму мной определена точно.
В отделе я сразу рванула к Васе и начала клянчить:
— Товарищ старший лейтенант, сейчас уже полвосьмого. Можно я отчет напишу завтра утром, а то не успею к ксендзу.
— Ладно, сегодня я с Пряхиным пообщаюсь, а завтра, чтобы с самого утра за отчет. Точнее, за два: по сегодняшней работе и по игре с ксендзом.
— Слушаюсь, товарищ старший лейтенант. Разрешите, я возьму мотоцикл, так как мне еще шахматы с собой тащить?
— Бери. Он вообще-то за тобой закреплен. Мне по рангу теперь положен автомобиль.
Я пулей выскочила из Васиного кабинета, ухватила в красном уголке шахматы, завернула их в газету и ринулась вниз. Запихала сверток в коляску и поехала играть. Опаздывать командиру НКГБ не положено.
К костелу я лихо подкатила без двух минут восемь, или, выражаясь строго по-военному, в 19.58. Так. Вот она я, а где торжественная встреча с цветами и музыкой? Никого. Двери в костел открыты, но не заметно никакого движения. Где же мой партнер? В костеле или в доме? Решила начать с костела и не ошиблась. Как раз когда я входила в костел, ксендз с епископом выходили оттуда. Я остановилась и помахала им рукой. Ксендз улыбнулся и пошел мне навстречу.
— Здравствуйте, панна Северова. Рад вас видеть в добром здравии.
— Здравствуйте, пан Каневский, здравствуйте, господин епископ. Пан Каневский, я тут выяснила, что ко мне надо обращаться не панна Северова, а пани Северова.
— Так вы замужем? Извините, пани Северова, я этого не знал. И как ваш супруг относится к тому, что его жена работает в государственной безопасности?
— Нормально относится, хотя иногда и вздыхает. Но это для него единственный шанс хоть немного мной командовать.
— Пан Северов тоже работает в НКГБ?
— Да, он мой непосредственный начальник.
— Первый раз встречаю семью, в которой муж и жена — военные.
— Все, пан Каневский, когда-нибудь встречается в первый раз. Так, где мы будем играть?
— Вижу, что вы решительно настроены на игру. Идемте к дому. Сегодня хороший теплый вечер, и мы сможем играть на воздухе. Сейчас Балтазар вынесет нам стол и стулья, и мы начнем игру.
Мы подошли к дому. Там служка сначала вынес стул для епископа, который, к моему удивлению, видимо, решил наблюдать за нашей игрой и сразу с удовлетворением уселся. Потом появились стол и два стула для нас. Я развернула доску и высыпала фигурки на стол. Выбрала белую и черную пешки, потрясла их за спиной и протянула ксендзу два кулака.
— Выбирайте, пан Каневский.
Ксендз коснулся моей левой руки.
— Ваши белые, пан Каневский.
— Пани Северова, если желаете, то можете взять белые себе, — проявил галантность ксендз.
— Нет, нет. Жребий есть жребий. Мои черные.
С этими словами я уселась за стол и стала быстро расставлять свои фигурки. Ксендз, больше не мешкая, также оперативно расставил свои. При этом я заметила, что делал это он практически так же быстро, как и я. Вообще-то мне было известно, что о силе игрока в некоторой степени можно судить и по тому, как он расставляет фигуры на доске. Один мой знакомый КМС, большой любитель блица, мог небрежно как бы кинуть на доску, например, слона, и тот сразу попадал в нужную клеточку. Так что расстановка фигур уже позволяла делать некоторые, пусть и предварительные, выводы. Кинув на меня короткий испытующий взгляд, ксендз сделал ход королевской пешкой е2—е4. Наверное, знает, что этот ход ему ничем не грозит. [46]