"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Теперь, товарищ Северов, — продолжил Берия, — вы на полном основании сможете командовать вашей супругой.
Вот попала, мелькнуло в голове. И ведь ожидала чего-то подобного, когда вчера Трофимов меня представлял. Ну да ладно. Поздно пить боржоми, когда почки отвалились. А кто из нас в семье будет командовать, не наркому решать. Хотя на людях придется подчиняться, чтобы мужа не подводить.
— Теперь идите, товарищи. Сегодня вечером вы выезжаете домой. Там для вас появились некоторые срочные дела. Желаю удачи. Да, товарищ Северова. За вами остался еще один вопрос. К нему мы вернемся при вашем следующем приезде в Москву.
Мы вышли из кабинета, и оба в некотором обалдении пошли к выходу. Я не удержалась от соблазна и охраннику на выходе вместе с квиточком, отмеченным у секретаря, предъявила свое новенькое удостоверение. Тот не моргнув глазом взял квиток, потом внимательно просмотрел удостоверение и козырнул на прощание.
Так как у нас еще оставалось время до отхода поезда, я вызвонила Трофимова, и мы посетили сначала гримеров НКГБ, а потом специалистов по созданию спецэффектов на Мосфильме. И тех и других я немножко ограбила. Правда, Трофимов заплатил за все, изъятое моими загребущими ручками, но у меня создалось впечатление, что деньги не сделали мосфильмовцев счастливее. Теперь им снова придется бегать по знакомым, собирая необходимый реквизит. Ничего, перетопчутся. Им фильмы снимать, а нам жизнью рисковать. Как говорится, почувствуйте разницу.
Потом я спохватилась, что никому из знакомых не купила подарков. Пришлось Трофимову провести для меня экскурсию по магазинам. Марфе Ивановне купила скатерть и платок на голову, другой платок купила для медсестры Танечки. Доктору был приобретен замечательный футляр для очков. И наконец, для майора купила пару шахматных книг типа «для продвинутых любителей».
Затем я пригласила Трофимова присоединиться к нам с Васей по поводу обмывания наших новых званий. Он с видимым удовольствием согласился, и мы загудели в «Национале». Часа через два почти трезвый (как ему это удалось — пил-то наравне) Трофимов завез нас за вещами на квартиру и доставил на Белорусский вокзал.
Как только мы зашли в купе, Вася наклонился ко мне и негромко сказал:
— Товарищ младший лейтенант. Приказываю вам немедленно приступить к выполнению супружеских обязанностей.
— Слушаюсь, товарищ старший лейтенант, — также негромко ответила я, быстро разделась и нырнула под покрывало. Так как мы никуда не торопились, то приказ выполнялся достаточно долго.
В Барановичах нас встречала машина НКГБ. Шофер подошел к нам, молча взял наши чемоданы и донес их до машины. Только когда мы сели в машину, перед тем как тронуться, шофер повернулся к нам, улыбнулся и сказал:
— С прибытием, товарищи командиры.
Понятно. Мы в штатском, и совсем незачем рапортовать всему вокзалу о прибытии двух командиров НКГБ. Ясно также, что мое звание тоже уже известно. Впрочем, было бы удивительно, если бы майор Григорьев этого не знал. У меня начало складываться впечатление, что Григорьев не просто майор НКГБ, но и прямое доверенное лицо Лаврентия Павловича. Надо будет как-нибудь задать ему вопрос. Только не ответит ведь, хитрый змей.
Машина довезла нас до дома, шофер вынес наши чемоданы, попросив не выходить из машины. Он занес чемоданы в дом, после чего сразу же сел за руль и мы поехали в отдел.
При входе мне уже не потребовалось заказывать пропуск. Я гордо предъявила свою книжечку и прошла с Васей внутрь. Разумеется, майор был на месте и уже нас ждал.
— Здравия желаем, товарищ майор, — доложили мы с Васей в один голос.
— Здравствуйте, товарищи командиры. Жду вас не дождусь. Тут работы невпроворот, а они по столице бегают, в ресторанах гуляют!
Ну, жук! Интересно, это он о конкретной нашей вечеринке перед отъездом или просто по наитию? Не исключено, что точно знает.
— Товарищ майор! — заговорил Вася. — Как только узнали, что тут много работы, сразу же рванули на поезд, и вот мы здесь.
— Так если знали, то почему поездом, а не самолетом?
 
— Потому что самолетом быстрее, только когда погода летная, — встряла я. — А поезд хоть и немного медленнее, зато надежнее. И завтрак внутри остается. — Это я уже пробормотала на полтона ниже, но майор расслышал и захохотал.
— Да, Анюта, ты никогда за словом в карман не лезешь. Даже когда у наркома сидишь.
Точно, Берия ему рассказал.
— Хорошо, приветствия закончены, садитесь и слушайте внимательно.
Выдержки из стенограммы.
За достоверность изложения приведенного ниже фрагмента стенограммы поручиться не могу. На толстую папку с рядом интересных стенограмм много лет спустя после описываемых событий случайно наткнулся мой старший сын, просматривавший архивы Лаврентия Берии [35]. Он быстро сообразил (молодец — моя школа!), кого в этих стенограммах называют Машей, но, несмотря на свои большие звезды, не рискнул делать копии, а понадеялся только на память. Поэтому в тексте есть пробелы. Я рискнула привести фрагмент первой из стенограмм именно в данном месте моего повествования, поскольку это точно соответствует хронологии событий. Стенограмма датирована 19 мая 1941 года.
<…>
— А теперь, Лаврентий, скажи, что ты думаешь о Маше. Наша она или не наша?
— Если вопрос вы ставите так, Иосиф Виссарионович, то наша.
— И как ты пришел к такому выводу?
— С самого начала, как только поступила первая информация, рассматривались три гипотезы: шпионка одной из европейских стран, заброшенная с целью вовлечь нас в войну с Германией; шпионка одной из стран будущего, заброшенная в прошлое с совершенно непонятным заданием; и просто человек, попавший в прошлое из-за неизвестных природных явлений. Первые две гипотезы к настоящему времени практически отпали: зачем шпионке иметь при себе столько изобличающих материалов? Неизвестные ткани, неизвестные лекарства и совершенно непонятные документы. Это не говоря о ее поведении, которое ни в какие логические рамки не укладывается. Она как будто сама все время говорит: «Смотрите, я из будущего». Поэтому сейчас, как основной, мы рассматриваем вариант — неизвестное природное явление. Ученые пока разводят руками. Мы установили всех, кто ехал в том автобусе. Со всеми провели негласные беседы, не раскрывая сути вопроса. Три человека уверенно заявили, что видели, как девушка с рюкзаком головой, если так можно сказать, открыла дверь после аварии. Но никто из пассажиров не смог вспомнить, как она оказалась в автобусе. При этом все уверены, что в Барановичах она в автобус не садилась.
— Хорошо, предположим, что с этими рассуждениями я согласен. Но почему ты считаешь, что она все-таки наша?
— Исключительно по поведению. Сначала задерживает одного из бандитов. Это можно приписать случайности. Потом, когда становится ясно, что о ее происхождении известно, начинает говорить о будущей войне и о необходимости подготовки к ней. И сама начинает готовиться. Даже если ее данные о дате начала неверны, то все равно, как нам известно, эта война неизбежна.
— Вот это ты правильно говоришь. То, что Гитлер на нас нападет, сомнений не вызывает. Вопрос именно в дате. Нам очень нужен еще хотя бы год, чтобы докончить переформирование армии и наладить выпуск новой техники. Продолжай.
— Далее эпизод с захватом трех бандитов. Тут она снова проявляет себя лучшим образом, причем не только в задержании, но и в последующем допросе. Я, между прочим, дал своим людям указание внимательно изучить ее действия: нестандартный подход к ведению допроса, давший хорошие результаты. Такой же нестандартный подход, заметно облегчивший арест ксендза, который уже начал говорить. Замужество — тоже важный аргумент. Я сам видел, как она относится к своему мужу. Есть такое выражение: «Влюблена, как кошка». К ней это очень подходит. Мужа бросить не захочет ни при каких обстоятельствах. И наконец, она отказалась остаться в Москве и заняться научной работой. Видно, что мысленно она уже настроилась на боевые действия.