"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Гай откинулся на топчане и довольно улыбнулся:
— Мы сделаем с ними то, что они сделали с нами. Как думаешь, сколько таких Разломов на Жмыхе?
— А я не думаю, я знаю, — сказал Дон. — Четыре. Но мумиё добываю только в двух.
— Значит, два Разлома, от которых зависят поставки самого лучшего сырья для медкартриджей?
— Ну… Да.
— То есть от нас зависят поставки половины всего мумиё в освоенном космосе?
Дон глянул на него с всё возрастающим интересом:
— Ты должен понимать, что картриджы делают и на искусственных компонентах тоже…
Гай только отмахнулся:
— Это не имеет никакого значения. Главное — это подсадить эльфов на иглу. Точно так же, как они подсадили нас, не оставили нам выбора — мумиё или жизнь. Просто представь себе — мы начинаем добывать в два, три раза больше. В пять! И делаем это три, четыре месяца, полгода… Они привыкают к этому, заключают контракты, подписывают договоры с фармакологическими концернами — а потом…
— И что потом?
— А потом мы останавливаем добычу.
Настало время Дона откидываться на топчане. Он смотрел на крышу навеса, под которым устроил себе штаб и барабанил пальцами по коленке.
— Смысл? — спросил он.
— Когда в последний раз они появлялись здесь, внизу?
— Э-э-э… Никогда?
— Мы заставим их спуститься. Заставим их нас услышать.
— Почему они будут нас слушать? Почему бы им просто не… Просто не убить нас всех — залить тут всё напалмом, или пустить газ?
— Нет такого преступления, на которое не пошел бы капитал при трехстах процентах прибыли! — с довольным видом проговорил Гай. — Ну или как-то так. Это кто-то с древней Терры говорил, может Суатолла, может Карлмарл… Так что, Дон, ты в деле?
— Для начала нужно резать киборгов? В общем-то я не против, но там есть парочка нормальных ребят, понимаешь ли… Не хотелось бы устраивать тотальный геноцид.
— А мы и не будем. У нас на прииске уже двести рабочих — и скоро железячки придут с нами разбираться, это совершенно точно известно. Вот кто придет — тех и накроем. Нам главное знать, что вы в деле.
— Единички в деле, Гай. Можешь на нас рассчитывать. Всё равно мы здесь все сдохнем — почему бы не устроить напоследок что-нибудь эдакое?
* * *Каторжане подходили один за другим — очередь была длинной. Раздачу бонусов регулировали черный и рыжий — всем доставались одинаковые бумажные пакеты с литровой бутылкой воды, питательными батончиками и капсулами с медикаментами. Тем, кто работал лучше — выдавали обезболивающие в одноразовых инъекторах, а еще — конфеты. Обычные карамельные леденцы — но здесь они были на вес золота!
На Жмыхе хорошо выглядеть было в принципе невозможно — но работники с Медвежьего прииска теперь явно чувствовали себя лучше, чем пару недель назад, когда горбатились на киборгов. У дяди Миши всё было очень просто — бригада приносит полный мешок мумиё — и в порядке живой очереди получает доступ к терминалу. Все получают одинаковые пайки, лучшие работники — премии. Всё, что наработано сверх нормы — на личное усмотрение членов бригады. Сколько человек в бригаде и как часто приносить добычу — это оставалось выбором работников.
При этом сами медвежатки тоже вкалывали — в основном следили за работой желобов и отведением воды — они поднаторели в этом вопросе и не желали превращаться в рабовладельцев-надсмотрщиков, пожиная плоды чужого труда. Даже матёрые душегубы из каторжан уважительно цыкали зубами, когда видели, как когти рашенов без всяких пассатижей крутят проволоку, или Гай в одиночку перетаскивает тяжеленные опоры для водостока на собственных плечах.
Потому к ним и бежали — и единственный конвейер Медвежьего прииска порой не мог справиться с объемом сырья, которое поставляли со дна углубившегося и разросшегося карьера.
Подъемник с грузовым лифтом тоже работал круглосуточно, доставляя партии товаров с поверхности Жмыха — чтобы удовлетворить выросший спрос в еде, воде и предметах первой необходимости. Эльфы не отвечали на запросы по поводу деталей для конвейеров — иначе медвежатки прихватили бы себе и остальные сломанные агрегаты — это как пить дать.
Сталкиваться с сотней киборгов — себе дороже! Но это работало, когда их было всего пятеро — четыре звероватых рашена и один Гай против всего Разлома. Теперь, когда за тройками стояли почти двести обычных работяг — чертверок и пять десятков модификантов — можно было и пободаться.
Работяги-каторжане — из тех, что еще не харкал кровью, не хромал на обе ноги и не расчесывал волдыри до мяса — были готовы постоять за себя. В меру своих физических и моральных сил, конечно. При этом, регулярно огребая от киборгов в течение нескольких месяцев местные сохраняли подспудный страх перед своими мучителями — и вполне могли покориться снова, если их вожаки показали бы слабину.
А пока, завидев, что от старых штолен двигается плотная группа киборгов в оранжевых комбезах с трафаретными двойками на спинах, каторжане подняли тревогу и сгрудились у края карьера, сжимая в руках лопаты, кирки и ломы.
— Они идут, дядя Миша! — Фредди был тут как тут, клацая по камням металлическими когтями.
Реактор на его спине полыхал красным. Гай всё никак не удосуживался спросить — что именно служит топливом для энергоустановки? Дядя Миша обернулся и глянул на парня:
— Дон не обманет?
— Обещал быть, — развел руками Кормак. — В любом случае — нам отступать некуда.
— Pozadi Moskva! — оскалился дядя Миша и зашагал вперед, своими широкими плечами раздвигая каторжан.
Медвежатки пристроились в фарватере, Гай держался несколько особняком.
— Доброго и приятного дня, мистер Скруп! — помахал лапищей дядя Миша. — Какими судьбами занесло в наши края? И друзей с собой, смотрю, привели…
Мистер Скруп — тщедушный киборг с непомерно длинными кибернетическими руками и ногами был в этой группе явно за главного. Его аугметированные глаза поблескивали красными огоньками, а пальцы на руках постоянно были в движении, как будто что-то перебирали. Говорили — он был зачинщиком одного из мятежей киборгов на Либерти, и эльфы выкупили Скрупа чтобы изучить аномалии его мозга. Но мозга там оказалось совсем мало — сплошные микросхемы. Так что его отправили на Жмых — подыхать. Но он тут здорово вписался в общество, и пробился на самый верх касты киборгов — унижать людей доставляло ему удовольствие.
— Приятного мало, рашен. Я пришел забрать то, что нам причитается. Забрать своё.
— Здесь всё принадлежит корпорантам, мистер Скруп. Или вы забыли, что мы находимся на Жмыхе? Глупо качать права и строить из себя элиту, когда находишься по уши в дерьме — точно так же как и остальные.
— Слова-слова… Мне нужны мои люди. Поставки мумиё падают, конвейеры простаивают — и в этом ваша вина.
— Кха-ха-ха! Глянь — вон там, под навесом — стоит конвейер. Даже пока мы тут с тобой разговариваем — он работает. Того, что мы добыли — хватит еще на пару часов! Где ж тут моя вина, если вы лодыри и не умеете пахать так, как положено мужчинам?
В глазах киборга замелькали искры, а пальцы задвигались еще сильнее:
— Я не собираюсь вести с тобой дискуссию. Я собираюсь забрать своих людей. Эй, вы, ублюдки! Собрали свои манатки и двинули в штольни — иначе я сдеру с вас кожу живьем!
Каторжане загудели, покрепче сжимая в руках инструмент.
— Вы такие смелые? Кто-то из вас, ублюдков, хочет бросить вызов киборгам? Вы спрятались за спины этих шерстяных монстров из сектора Рашен и думаете, что мы не одолеем вас? Тьфу, — мистер Скруп плюнул, и желтый плевок попал прямо на комбинезон Гая. — Ваша судьба — сдохнуть первыми.
Кормак тряхнул ногой, но плевок крепко засел на ноге.
— Эй, мистер Скруп! — сказал он. — Ты плюнул мне на ногу!
По большому счету парень не особенно отличался от обычных людей — и цифру три на его спине было не видать. Он сильно похудел и осунулся, зарос бородой, а длинные, отросшие волосы свисали до самых бровей грязными сосульками.