"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Наконец упрямый прибор был пойман и принужден к молчанию. Теперь предстоял обратный путь через россыпи деталей, разложенных на листах «Коммерческого бюллетеня» с алым обрезом — ни на что другое основная газета Концерна Тринадцати все равно мне не годилась.
Совсем уже решив аккуратно просочиться по стеночке в обход этих развалов, я вдруг заметил, что флайбот обретается совершенно не там, где ему полагалось быть. Более того, с каждым порывом сквозняка воздушная лодка ощутимо сдвигалась с места в направлении открытого проема основных ворот! Швартов то ли перетерся, то ли просто соскользнул с кнехта, но теперь ветер уносил прочь пустую неуправляемую скорлупу. До того, чтобы птичкой выпорхнуть наружу, летающей лодке оставалось не больше собственной длины.
Отчаянно демонясь, я вприпрыжку ломанулся прямо по маготехнические залежам на полу. Пару раз под каблуком что-то хрустнуло, но тут уже было не до сожалений. Новые детали всегда можно заказать телепосылом, а если я сейчас замешкаюсь, мне это барахло по-любому будет без нужды.
Подхваченный крепнущим ветром флайбот удалось настигнуть лишь в неполной дюжине футов от проема. Ухватившись обеими руками за кнехт на корме, я принялся тянуть непокорное суденышко на себя, надеясь остановить и вернуть его на место. Однако не тут-то было! Заклятие нейтрализовало вес, но никак не массу и не инерцию флайбота. Да и парусность его тоже никуда не делась, поэтому, несмотря на все мои усилия, он продолжал двигаться в прежнем направлении. А я, скользя на каблуках, волочился следом за ним, словно хисахский ездок на прибойной доске за воздушным змеем.
Для того, чтобы остановить строптивую посудину, требовалось за что-нибудь зацепиться, а еще лучше затянуть пару-тройку оборотов каната на подходящем упоре. Продолжая тащиться по полу, я отчаянно завертел головой в поисках такого упора, а заодно и троса. Но если первое и искать не надо было — на полу каждые полдюжины ярдов выступали головки скрытых причальных битенгов, которые выскакивали от нажатия с проворотом, — то с вторым дело обстояло совсем плохо. Все наличные канаты, шнуры и тросы, аккуратно смотанные в бухты, висели на крючьях, вбитых в самую дальнюю стену. Пока я добегу дотуда, пока вернусь, флайбот с концами уплывет наружу по воздушным волнам, и прощай восемнадцать тысяч золотых унций, любимое развлечение и недурной транспорт. А также единственный повод оказаться подальше от светлоэльфийского звона крыльями…
Внезапно искомый швартов обнаружился куда ближе — на баке самой воздушной лодки! Отсюда его было толком не видно из-за рубки, но ошибка исключена.
Перебирая руками по борту, я ринулся вперед, силясь обогнать неостановимо влекомую к выходу посудину. У самого края, уже за косыми полосами предупредительной разметки, мне это удалось. Однако проклятый трос оказался накрепко смотан и перехвачен шнурком потоньше, так что сходу не удавалось ни снять, ни распутать его.
Пытаясь совладать с этим шедевром аккуратности, я упустил момент, когда под моим ногами кончился настил. Форштевень флайбота чуть не спихнул меня в тысячефутовую пропасть внизу — едва-едва удалось вскочить на борт. Заклятие лишения веса тут же распространилось и на меня, более не давая тормозить своей тяжестью. Наконец все узлы и узелки сдались карманному складному ножу, и я со всех ног кинулся на ют.
К сожалению, когда я добрался дотуда, между кормой и краем настила уже было фута три. Самое время прыгать… но прыгать я не собирался. Не для того потрачено столько сил, чтобы в последний момент все потерять. Быстро соорудив самозатягивающиеся петли на обоих концах швартова, одну я накинул на кормовой кнехт, а вторую раскрутил над головой, намереваясь набросить на любой подходящий выступ декора. Не зря же тут понатыканы все эти демонетки, когти, рога и прочие тентакли!!!
Увы, этому самоочевидному плану не суждено было сбыться. На изукрашенные края проема, корму воздушной лодки и мои руки лег мгновенный отблеск близкой молнии, и вослед раскату грома налетел вихрь втрое сильнее прежнего. Замок словно выдохнул мне в лицо теплым домашним воздухом, изнутри донеслись хлопки незапертых дверей, бьющихся о стены и косяки. Флайбот закрутило так бешено, что я чуть не вывалился за борт, и разом отнесло от ворот на две дюжины ярдов. Длины веревки не хватило бы даже на половину этого расстояния.
 
Чувствуя себя последним идиотом, я в бессильной ярости смотрел на плывущие мимо стены замка Стийорр. Противопоставлять могучей силе бури свою скромную магию управления воздухом не имело ни малейшего смысла.
Когда расстояние возросло вчетверо и стало ясно, что ни один из порывов ветра не собирается возвращать свою добычу к причалу, я зашарил по карманам в поисках раковины дальней связи… отлично зная, что там ее нет. Не в привычках у меня таскать с собой лишнее по дому, где на каждом углу тридакны внутренней связи, а то и хрустальные шары управления интерьером.
Не осталось никаких шансов позвать на помощь. Разве что орать во все горло — но кто из обитателей замка, даже ничем не занятый, сможет что-то расслышать сквозь сотни футов камня? Так что я не стал драть глотку попусту.
Штурманский шар из рубки флайбота я не снимал, но вряд ли получится быстро переформатировать его на автономную работу без накачки от ходового котла. Поэтому оставалось лишь ждать, пока ветер, уносящий меня от дома, прибьет воздушную лодку к какой-нибудь возвышенности или прижмет к земле. Если только, не дай боги, не занесет на высоту, на которой и дышать-то нельзя…
Вспышки зарниц становились все чаще, иногда сливаясь в непрерывное мерцание. Грохот, сопутствующий им, то и дело превращался в непрерывный гул, напоминающий аркподготовку перед сезонным наступлением в Мекане. Когда снова стало возможно различить отдельные раскаты, мне почудилось, что сам Брат-Гром Тумм стучит в бубен, отбивая ритм для пляски Сестры-Молнии Тиллы.
Ветер становился все резче и переменчивее, кидая невесомый флайбот то вверх, то вниз. Чтобы не вылететь прочь, пришлось изо всех сил вцепиться в последнюю банку, то и дело колотясь коленями о дно. Пару раз прилетело в челюсть сложенным позади тентом, так что только зубы щелкнули, а искры из глаз посыпались едва ли не ярче тех молний. Это тебе не полет на несущих дисках, которые стабилизируют воздушные суда самим фактом своего вращения.
Светлая линия у горизонта прыгала туда-сюда, перекашиваясь под самыми невозможными углами, покуда вовсе не сгинула в грозовой хмари. Громада замка постепенно скрывалась из виду среди лохмотьев туч и наползающей мглы, пока совсем не затерялась в перевитой зарницами тьме. Оно и к лучшему — налети сейчас флайбот на скалы или строения, от него и щепок не осталось бы.
С каждой секундой свистопляска вокруг моей утлой посудины лишь усиливалась. Казалось, молнии сплелись в клубок прямо над моей головой, а рев ветра успешно соперничал с громом. Лично я сейчас присудил бы победу урагану, и вовсе не в качестве взятки за то, чтобы не быть сорванным с палубы и заброшенным ведьма знает куда — звуковой напор беснующейся стихии попросту забивал все прочие звуки, кроме самых резких.
Понять, сколько уже длится эта болтанка, я был не в состоянии. Давно скрылся без следа замок Стийорр, растворившись тенью среди теней, пропала из виду земля и затерялось последнее пятнышко света. Размашистые броски сменились мелкой тряской, а затем затяжной раскачкой, как на «альтийских горках». Тучи вокруг понеслись еще стремительнее, размазываясь мутными полосами.
Внезапно в них проступили очертания чужеродных, немыслимых в небе предметов. Ладно бы ветки, сорванные ураганом, распотрошенные птичьи гнезда или тонкорунный рогач, унесенный вихрем с высотного пастбища — нет, по ветру летело нечто столь несуразное, что если б не страх оторваться от флайбота, я тут же протер бы глаза.
Объяснение неописуемому зрелищу было единственное — значит, не только наш замок подвергся ураганному мародерству. Иначе откуда бы взяться в воздухе целой стае кружащихся роялей? Не клавесинов каких-нибудь с клавикордами, а именно концертных роялей, которые водятся отнюдь не под каждым кустом. Музыкальные инструменты жалостно хлопали крышками, пытаясь держать строй, но то и дело сталкивались, раня полированные бока, и потихоньку рассыпались на куски. То один, то другой лохматились клубками рваных струн, белые и черные клавиши разлетались во все стороны, словно зубы кулачных бойцов.