"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Он поделился размышлениями со спутниками. Аэль рассмотрела плиты, поковыряла пальцем стену, покрытую штукатуркой — толщина слоя штукатурки была вполне обычной, около миллиметра, и согласилась. Вайль соображений не имел и высказывать их не стал. Только поджал губы и с явным отвращением оглядел все вокруг. Лаана это удивило — с самого начала Вайль слишком уж был напряжен. Он старался не выказывать робости, но здание-переросток его явно вгоняло в панику. Смотритель не понимал, что такого особенного вокруг. Забавно было, не более. 
Они прошли по коридору вперед шагов на сто. Потолка видно не было — терялся в темноте, по низу стен шли темно-коричневые плинтуса Лаану по колено, в зазоры между плитами он мог бы положить предплечье. Пол был скользким — как-то неестественно скользким. Он был совершенно сухим и не слишком гладким, плиты были порядком исцарапаны, подошва ботинка Лаана совершенно не располагала к тому, чтобы нога проскальзывала на такой поверхности — и все же казалось, что под ногами разлит невидимый гель, мешающий сцеплению подошвы и кафеля. 
Впереди маячила очередная дверь. На высоте подбородка Лаана начиналось стекло. Он присмотрелся и озадачился — выкрашенное белой и уже пожелтевшей от времени краской дерево просто переходило в стекло без видимой четкой границы. А пыльные плашки, которые расчерчивали стекло на квадраты, словно вырастали из него. 
Эта дверь была прикрыта плотно, а ручку Лаан видел, но чтобы дотянуться до нее, ему пришлось бы встать на плечи к Вайлю. Зазор снизу был от силы в ладонь, из-под него дул холодный сквозняк. 
— Почувствуйте себя тараканом, — усмехнулась Аэль. 
— Если бы тараканом... — озадаченно сказал Лаан. — Тогда бы мы под дверью пролезли, не напрягаясь. Нет, что-то здесь не то в пропорциях. Не пойму пока... 
— Открывать будем? 
— Ну, не возвращаться же. Может, за дверью хоть что-то есть. 
Вайль с первой попытки накинул свернутую из веревки петлю на ручку двери. Потом они с Лааном хорошенько потянули, и дверь подалась на метр. Этого было достаточно, чтобы пролезть внутрь. Оказавшись внутри, Лаан и Аэль долго и с интересом пялились на белый предмет высотой с девушку, напоминавший полусферу, водруженную на цилиндр. Сверху над ним висело нечто кубическое, а к полусфере подходила труба диаметром в метр, не меньше. Труба была некогда выкрашена зелено-бурой краской противного казенного цвета, но уже хорошенько облупилась. 
Всего белых предметов в помещении было три, и все они были отделены друг от друга деревянными перегородками, грязными и щербатыми. Смутно подозревая, что все это значит, Аэль обернулась, и вскрикнула, дергая Лаана за рукав. 
На них ползло существо исключительно причудливого вида. Из светло-зеленого тела спереди торчали грязно-белые упругие отростки, которые угрожающе топорщились. Хвост, венчающийся кольцевидным расширением, создание волочило по земле. Ни лап, ни глаз, ничего, кроме цилиндрического тела и белых отростков, неведомая тварь не имела. Зато издавала грозное шипение. И размер у нее был впечатляющий — с крупного льва. 
— Оба-на, — вымолвил Лаан, выхватывая из кобуры револьвер. 
Он прицелился в существо, планируя попасть туда, где заканчивалась белая «грива». Краем глаза он увидел, что Вайль сползает по стенке и садится на пол, закрывая руками лицо. Это разозлило — в своем приобретении он видел крупного сильного мужика, а не слабонервную барышню, которой позволительно терять контроль над ситуацией при виде чего-то непонятного. Аэль тоже достала игломет — то единственное оружие своей родины, которое ей удалось воссоздать в Городе. Игломет стрелял широким пучком тонких и прочных игл, каждая из которых была смазана контактным ядом, оказывавшим мгновенное воздействие на большинство биологических объектов. Но нападавшее на них существо таковым не казалось — оно производило впечатление сделанного из пластмассы. 
В паре метров от Лаана и Аэль оно остановилось. Смотритель прислушался к своим ощущениям — нет, откачивать энергию, как оглоед, существо не умело. Вообще оно не обладало каким-то внятным биополем, и больше походило на взбесившуюся вещь. 
 
— Ну, — поинтересовался у штуковины Лаан. — Чего делать будем, нападать или так? 
Лаан никогда не стремился уничтожать все, что видел, только потому, что оно показалось ему опасным. На прыжок Зеленая Штука способна была едва ли, хотя Лаан не стал бы ручаться, что она не прыгнет, как-нибудь исхитрившись поднять в воздух свое тело. Ей и ползать-то не было положено, судя по конструкции. Тело было жестким, размягчалось только к хвосту, который волочился по земле. А основная часть парила в воздухе — неизвестно как. 
— Антиграв, догадался Штирлиц, — хмыкнул Лаан, все еще разглядывая нечто через прицел. 
Зеленая Штука не шевелилась, то ли прислушиваясь, то ли обдумывая дальнейшие действия — если ей вообще было чем думать. Развитый мозг требовал наличия рецепторов, а из таковых у Штуки могли быть только тактильные, реагирующие на вибрацию, изменение температуры и прочее. Хотя, конечно, у нее могли быть и уши — в хвосте. И глаза. Где-нибудь под гривой. Лаан не стал бы ручаться, что их нет. 
Он топнул ногой. Штука слегка повернулась, оказываясь прямо перед ним, и поползла вперед — медленно и неуверенно, рывками. Свободной рукой Лаан показал Аэль, чтобы она отошла за перегородку, но девушка не послушалась — она начала тормошить Вайля, который никак не хотел оторвать руки от лица и что-то бормотал себе под нос. Что именно он там бормотал, Лаану не было слышно, и с этим можно было разобраться потом. Сначала нужно было понять, опасна ли для них Зеленая Штука. 
Штука не стала заставлять Лаана мучиться в догадках. Она слегка приподнялась на хвосте и выпустила свои отростки в воздух. Лаан начал стрелять, но через пару выстрелов перестал — белые прутья толщиной в карандаш были тупыми и даже не оцарапали ему лицо, хотя он упустил момент и не отпрыгнул. Прутья сложились вокруг него кучкой, а наполовину полысевшая Штука возмущенно зашипела и принялась раскачиваться на хвосте, как обиженная беззубая кобра. Лаан убрал револьвер, обошел вокруг Зеленой Штуки, взял ее за хвост и дернул. Она оказалась действительно пластмассовой, легкой и слегка скользкой. Гнулось тело плохо, так что второй залп прутьев пропал даром. Окончательно облысевшая Штука уронила головной конец на пол и Лаан понял, что держит в руках двухметровую пластиковую палку безо всяких признаков жизни. 
Первое приключение в загадочном туманном мире оказалось на удивление безобидным. 
— Это же туалетный «ежик», — сказала вдруг Аэль. — Ежик-переросток. Как раз, чтобы чистить эти унитазы. 
Лаан посмотрел туда, куда девушка показывала рукой, и осознал, что находится именно в туалете. И загадочные белые конструкции были ничем иным, как именно унитазами. От бачков даже спускались металлические цепи, на которые он сначала не обратил внимания. 
— Точно. А это — ночные горшки, — показал Лаан на ряд белых эмалированных емкостей высотой ему по колено. Бока емкостей были украшены цветочками, а на одной из них маячило нечто более удивительное. Смотритель подошел поближе и увидел, что на горшке нарисован плюшевый медведь. Только вот глаза у него были красные и злые, и зубы он щерил, как заправский вурдалак. Казалось, что он с ненавистью наблюдает за Лааном, лелея мечту вцепиться ему в горло. В общем, недетская была картинка. 
— Однако, мы зашли в сортир, — констатировал он. — Причем — детский. Забавно. 
Определившись с обстановкой, Смотритель переключил внимание на Вайля. Тот сидел на полу, и даже с нескольких шагов было ясно, что его трясет мелкой дрожью. Это уже явно было чересчур. Происшествие-то было забавным и безобидным. Лаан подошел к нему, тряхнул за плечи, ощущая, как стынут ладони от чужой боли — даже не страха, именно боли, словно Вайль каким-то чудом ухитрился сломать ногу в паре мест. 
— Ты что, парень? — опешил он, а оторвав-таки руки Вайля от лица, опешил вдвойне — здоровенный детина плакал. При виде туалетного ежика, хоть и переростка. — Вайль, да в чем дело?!