История пишется победителями (СИ)

Сандро пожал плечами — действительно, Британская империя потеряла не только Кипр и Египет, экспедиционный германо-турецкий отряд продвигался вверх по Нилу в Судан, и участь этой колонии была уже предопределена. За британцами осталась пока Мальта, блокированный со всех сторон остров, да Гибралтарская скала, участь которой фактически предопределена. В Африке дела обстояли не хуже — объявлено о создании Бурской Федерации из восстановленных республик Оранжевой, Трансвааля и восстановленного Наталя. Буры продвигались по Бечуаленду, вторглись в Родезию, уже угрожали занятием всей Капской колонии, где проживало достаточно много их одноплеменников, потомков голландских и немецких переселенцев. И хотя туда подходила сильная британская эскадра из двух дредноутов и пары линейных крейсеров, сыграть своей роли она уже не сможет — «дер таг» внес свои коррективы в войну на море, на которую, как выяснилось, даже могущественной Британской империи банально не хватает кораблей. Особенно, когда в рейхе начали строить сотни подводных лодок и готовить для них экипажи — тут уже прямая угроза торговому мореплаванию на всех океанах, кроме Северного Ледовитого — на последнем судоходство ограничено льдами и нейтралитетом Российской империи.
— Франция заплатит за все разбитые горшки на европейской кухне — на таких условиях, мы так предполагаем, Лондон пойдет на заключение мира, отнюдь не перемирия. Продолжение общемировой войны станет для британцев делом крайне затратным, ведь и мы начнем боевые действия, а от Персии и Туркестана не так далеко до Индии, этой «жемчужины» Британской короны. Так что «туманному Альбиону» есть что терять. К тому же их бывшие колонисты в Америке не заинтересованы воевать за метрополию, наоборот, у них есть свои интересы, совершенно противоположные. Как мы знаем, они желают сами доминировать в мире…
— Сейчас мы должны объединить усилия, чтобы такового не случилось — мы оба прекрасно знаем, что произойдет в будущем. Хотя да, тут ты прав — в ответ на нашу консолидацию они создадут свой альянс. Терять господства англосаксы не пожелают, но для сохранения готовы им поделиться со своими бывшими подданными — тут общие, «родственные» интересы.
— Ники завтра выступит с речью в Думе — тут мы должны первыми предъявить миру наши совместные требования… Корабли кайзерлихмарине после ютландского сражения, в котором им крепко досталось…
 Глава 65 
— Не раз предлагал «копенгагировать» Германию, начав с кайзерлихмарине, но к моим настоятельным требованиям не прислушались, а король однажды даже сказал, что я сошел с ума. Теперь мы пожинаем плоды той поразительной недальновидности, которую мы все проявили — и правительство, и парламент с Адмиралтейством. Но я не могу обвинить ни себя, ни вас. Мой молодой друг — мы сделали все, что было в наших силах, но не в достаточной степени, чтобы наша страна могла отпраздновать победу.
Лицо старого адмирала исказила гримаса лютой ненависти, и «Джекки», наклонившись в кресле, напористо заговорил:
— Глупцы, мы могли победить Германию легко, просто заперев ее флот в прибрежных гаванях на Северном море и на Балтике. И все — броненосцы резерва обеспечили бы полное господство нашего флота в любой точке мира. Блокирование мы проделали бы и с австрийцами на Адриатике, установить там барраж еще проще, и с турками, загнав их корабли в Босфор — и пусть они вредят русским на Черном море как хотят. И все — сидели бы тихо в закрытых будках на цепи и не гавкали бы!
— Вы абсолютно правы, сэр, так я и предполагал ход войны, — Уинстон Черчилль пыхнул сигарой, пытаясь сохранить невозмутимость, хотя сделать было неимоверно трудно. Общественное мнение в стране словно взбесилось, в разгромном поражении в Ютландском сражении обвинили Адмиралтейство, и в чем-то критики были правы. Всю войну имелась особая «40-я комната», где дешифровывали перехваченные германские радиограммы, не все, конечно, но где-то с половину. И последние «расшифровки» дали возможность навязать германскому флоту генеральное сражение, жаль, что ни Джелико, ни Битти не воспользовались этой возможностью. Как и другие адмиралы прежде — Милн, Стерди, Мур и прочие. Кайзерлихмарине воевал совсем не так, как от него ожидали — дерзко и с выдумкой, агрессивно, и захватом угольных станций установил свое господство в западной части Индийского океана. Широчайшее применение подводных лодок и минных постановок несколько парализовало ответные действия Королевского Флота, а то, что с первых часов война пойдет в восточном Средиземноморье, вдоль всего южного побережья Африки было совершенно неожиданно. Ведь немцы задействовали с первых же дней свои броненосцы и крейсера, не считаясь с потерями, нанесли невосполнимый ущерб британскому судоходству на протяженных коммуникация. Захват Суэцкого канала стал чуть ли не смертельным ударом — стоимость перевозок через всю Атлантику с юга на север возросла втрое, а время перехода увеличилось вдвое.
  
— Немцы целенаправленно готовились к войне четыре года, начиная с весны десятого, — почти спокойно произнес адмирал Фишер, медленно раскуривая сигару, что было для него необычно.
— Да-да, именно так, и центр усилий флота переместили в Средиземное море и Индийский океан, на остальных театрах лишь демонстрируя активность. Завозили заранее припасы, мины и снаряды, возвели и подготовили береговые батареи, подготовили плавучие доки и даже верфи. Под видом переселенцев завезли отборных солдат, обеспечив им годичный запас всего необходимого. И главное — все свои устаревшие корабли разбросали по укрепленным стоянкам в самый последний момент, когда мы ничего не успевали сделать, а начинать войну не решились политики. Но все начали намного раньше, когда помогли, да что там — сами разбили итальянцев, переведя свои вроде бы слабые броненосцы в средиземное моря, «продав» их османам. Мы слишком легкомысленно отнеслись к этой победе, полагая, что турки начнут воевать с русскими, учитывая их трех вековое противостояние и давнюю взаимную неприязнь с религиозной рознью. И главное — упустили момент, когда не смогли заставить царя и его министров начать войну с кайзером.
— Именно так и есть, сэр, но, к сожалению, я тогда легкомысленно посчитал, что они никуда не денутся, ведь займы нужно отрабатывать. Но русский самодержец и его сановники проявили дьявольское коварство. Впрочем, еще Бонапарт отмечал, что они настоящие византийцы по своей природе. К тому не стоит преуменьшать немецкое влияние.
— Просто осознали, насколько удушающими могут быть наши объятия, — хрипло рассмеялся старик, но тут же стал серьезным:
— Мы давние враги, а русские не забыли Крымскую войну, и ту нашу помощь, что мы оказывали японцам во время их войны. Про французов я говорить не буду — они никогда не были союзниками русских, и лишь четверть века тому назад сообразили, что новую войну с немцами один на один просто не вынесут, ведь Германия значительно усилилась. Но и русские проявили коварство — деньги охотно брали, вот только отдавать их не станут. Не смотрите на меня так удивленно, неужели вы не понимаете простой момент?
— Сопряженный с преждевременной кончиной кредитора, не имеющего при этом законных наследников⁈
Черчилль рассмеялся, не вполне искренне, впрочем. О подобном варианте развития событий, весьма возможном, начал догадываться после «марокканского кризиса», когда русские министры с царем сделали ряд заявлений. За три месяца до начала войны повеяло нехорошим — Петербург начал показывать, что воевать за французские и британские интересы не собирается, будет блюсти нейтралитет. Это заставило Лондон и Париж удвоить собственные усилия, совершенно не надеясь на русских. Такой поворот событий не удивил — что Российская империя откровенно слаба, стало ясно еще в четвертом году, Цусима с Мукденом это наглядно показали, что потом подтвердил позорный 'Портсмутский мир, и начавшаяся в империи революция…