Яд ворона (ЛП)

Внезапно кто-то встает у меня за спиной и хлопает меня по плечу. Я оборачиваюсь, чтобы встретиться с ним взглядом.
Лин смотрит на меня грустными глазами, что совсем не соответствует ее пестрому наряду.
— Аби, я хотела извиниться за Джейкоба. Он не такой… — Она пожимает плечами, будто не может объяснить его поведение.
— Я понимаю. Он сделал это ради Джереми. Это затруднительное положение ни при каких обстоятельствах не могло закончиться хорошо. Просто я считаю, что это невероятно несправедливо по отношению к Корвусу.
Я не знаю, куда девать гнев. Лин не заслужила этого, как и Джейкоб. А вот Элизабет действительно заслужила!
— Почему вы так долго? Мы думали, с тобой что-то случилось. — Лин обхватывает себя обеими руками, как будто ей холодно.
— Были осложнения. Полагаю, это дело рук Элизабет. Как обычно. — Я тяжело вздыхаю. — Что здесь произошло, пока нас не было? Она напала на тебя?
Лин беспокойно переминается с ноги на ногу.
— Ну, не совсем. Когда ты не появилась, мы пошли искать тебя. На вилле вас нигде не было. На следующее утро входная дверь внезапно открылась, и вошла Элизабет. Как будто она знала, что тебя нет.
На самом деле я уверена, что она точно знала об этом. Однако сказала:
— Понятно. Она хитра.
Я должна понять, как она это проделывает!
— В любом случае, она ничего нам не сделала. Она просто схватила Джули и ввела в нее яд. Потом она сказала нам, чтобы мы передали тебе, чтобы ты веселилась и решала. — Она прикусывает нижнюю губу и беспокойно разминает руки. Значит, Элизабет знала о лекарстве? Откуда она знала? Или она имела в виду что-то другое?
— И это все? Значит, она снова вот так просто ушла?
Нехарактерно для Элизабет, но я уверена, что за этим кроется нечто большее.
— Просто так, да. В университете начали ходить слухи. Кто-то просто смеется над тем, что «фрики» постепенно красят свои волосы в черный цвет. Но некоторые подозревают, что что-то не так, потому вы с Джереми слишком много пропускаете.
Должно быть, Джули очень расстроилась: теперь она тоже официально стала одной из «фриков». И, черт возьми, я уже пропустила столько лекций. Надеюсь, я сдам хоть половину экзаменов.
— Это не последняя выходка Элизабет. Пожалуйста, будьте осторожны, хорошо? И остальные тоже. Вы должны знать, что в особняке вы тоже не в полной безопасности, даже если мы с Эмили сделаем все возможное, чтобы обеспечить защиту.
Лин кивает в знак понимания, и я заключаю ее в объятия. Обычно я так не поступаю, но в подобной ситуации это более чем уместно.
— Вилла уже стала для нас вторым домом, — смеется она и снова оглядывается по сторонам, как будто впервые здесь.
— Только обстоятельства, к сожалению, не самые радужные. Сейчас я пойду спать. Когда увидишь остальных, скажи им, чтобы тоже немного отдохнули. Мы поговорим обо всем завтра.
Лин кивает и бежит по коридору к лестнице. Когда она уходит, я снова заглядываю в гримерку. Они все еще сидят там, застыв, и тихо разговаривают. Я не хочу их беспокоить; как сестра Корвуса, Эмили, вероятно, лучше его успокоит.
— Спокойной вам ночи. И Корвус… Мне очень жаль. Если бы я знала, чем все закончится, я бы отдала тебе свое лекарство.
Теперь он наконец-то снова смотрит на меня и ухмыляется.
— Думаешь, я бы позволил тебе это сделать, Аби? — Он подмигивает мне, а я закатываю глаза и иду в сторону своей комнаты. Итак, все вернулось на круги своя. Мы вернулись к исходной точке.
Статус-кво. Неужели мы действительно ничего не добились? Я познакомилась с мамой и узнала больше о ее прошлом. Но какой смысл во всех этих знаниях, если мы продолжаем ходить по кругу? Наверняка, у Элизабет есть больное место. В прошлом, настоящем или будущем. Надеюсь, мы найдем его вовремя, чтобы покончить с ней раз и навсегда.
Я закрываю за собой дверь и ложусь в постель. Пусть мои сны будут более спокойными, чем остаток дня. Проходит совсем немного времени, и я засыпаю.
Глава 8: Колесо фортуны
И вдруг я вернулась. В лимб. Нет! Этого не может быть. Мысль о том, что я попала в ловушку, сводит меня с ума. Я хочу выбраться отсюда! Я хочу быть свободной! Должно быть, это сон.
  
— Осознанные сны, да? Тебя нелегко обмануть, Абигейл Уиллоуз, даже во сне. Темный голос звучит знакомо. Я сразу же вспомнила: Призрак!
— Что тебе снова от меня нужно? Почему я здесь? — Я бешено кручусь на месте, но его нигде не видно. Вместо него я вижу огромное колесо с длинными цепями, скользящими по нему. Это не может быть реальностью; в Лимбе ничего нет.
— Ты задаешь неправильные вопросы. — Он смеется, и смех эхом разносится по пустоте. Что это за глупая игра?
— Что я должна спрашивать? Что это за колесо?
— Колесо судьбы. Оно вращается неумолимо, все дальше и дальше. — Звук цепей становится громче. — Как совершенная машина. Но даже цепь может дрогнуть. Может заржаветь. Если не принять свою судьбу.
И вдруг я оказываюсь на огромном колесе. Я бегу, чтобы не быть раздавленной огромной цепью, которая медленно опускается на меня. Я спотыкаюсь, поднимаюсь и бегу дальше.
— Остановитесь! Остановитесь! — кричу я, и мой голос эхом разносится в пустоте.
— Колесо не остановится, Аби. Никогда не остановится. Сколько бы раз ты ни пыталась его остановить. — Голос призрака игривый, как будто он объясняет что-то маленькому ребенку. — На какое-то мгновение, может быть, на миллисекунду, цепь застревает. Но, в конце концов, она раздавит тебя и продолжит работать в обычном режиме.
Что это за больной сон? Что эта метафора должна мне сказать? Не слишком ли много мы вмешиваемся? Слишком сильно изменили прошлое?
— Я все поняла! Я перестану вмешиваться и позволю судьбе позаботиться обо мне. Счастливы? — кричу я, но вдруг понимаю, что у меня под ногами снова твердая почва. Колесо судьбы стучит где-то сбоку.
Я слышу за спиной шаги, фантом приближается ко мне, и я оборачиваюсь.
— Я не твой враг, Абигейл. Я пытаюсь тебе кое-что сказать. Вспомни свои сны. Они сбываются?
Я задумалась и затаила дыхание. Что он пытается сказать? Да, мне снился большой ад. И да, Сара умерла вскоре после этого… Но это не делает его пророчеством. Не так ли?
— И что же этот сон должен мне сказать? — спрашиваю я его. Это слишком абсурдно, чтобы сказать мне что-то конкретное.
— Этот сон — предупреждение. Следующий — реальность!
Прежде чем я успеваю спросить, что он имеет в виду, сцена расплывается у меня перед глазами, и я оказываюсь в центре Салема. Новый сон?
Это современный Салем. Салем, который я знаю. Но почему посреди площади стоит помост с двумя виселицами? Я пытаюсь подойти ближе, но меня останавливает словно невидимый купол. Мне сразу вспоминается Элизабет. Это реальность? Что это значит?
Я прижимаю руку к невидимой стене, но слышу за спиной шаги. Когда я оборачиваюсь, площадь внезапно заполняется людьми. Это казнь, публичная казнь! Я поворачиваю голову назад к виселице, и там появляются два человека с головами в петлях. Я вижу только их затылки, но знаю, кто они. Мужчина с черными волосами — это Корвус! А черноволосая женщина рядом с ним — это, должно быть, я. Я не хочу умирать! Даже во сне!
— Нет! Не надо! Пожалуйста, остановитесь!
Почему я не могу проснуться? Я не хочу это видеть!
Это не реальность. Это не реальность.
Я бьюсь о невидимый купол, но тщетно.
В следующий момент раздается грохот, и люди на петлях проваливаются в люки. Они безжизненно болтаются в воздухе, а я кричу так громко, как только могу, даже когда оказываюсь снова в своей постели.
Корвус сидит рядом со мной. Мне не хочется рассказывать ему о своих странных снах, а он и не спрашивает. Наверное, в последнее время я часто кричу во сне.
Неважно. Это не было реальностью. Что бы ни пыталось сказать мне мое подсознание, это точно были не видения.
— Прости. Засыпай, — говорю я ему, вытирая липкий пот со лба.