Ледяное сердце. Проклятие Драконов (СИ)

Такая сильная защита? Какую цену заплатил Киану? Что означает рисунок на его запястье? Что мы теперь каким-то образом связаны? И что на это скажет его будущая супруга? Почему-то мысли о скорой свадьбе Дракона не давали мне покоя, резали острым ножом по беззащитному сердцу, причиняя невыносимую боль.
— Спасибо, — выдохнула я, потому что других слов просто не нашлось. — За все.
И за эту чудесную ночь тоже. Я буду помнить ее до самой своей смерти.
Перевернув мою руку, Дракон пальцем погладил шрам, оставленный его когтем.
— Почему ты не сказала… — начал он едва слышно, но внезапно запнулся. — Я бы мог быть осторожнее.
Поняв, что он имеет в виду, я улыбнулась, но отвечать не стала. Что он хочет от меня услышать? Оправдания? Боясь не угадать с ответом, я смущенно отвернулась. Есть вещи, о которых не принято говорить, особенно если ты боевой маг, и твое совершеннолетие давно минуло. Дракон, наверное, и предположить не мог, что я могу все еще быть невинной. В моей мимолетной боли точно нет его вины.
Спрашивать больше ни о чем не хотелось. Проклятие снято, и это чудесно, но у радости почему-то горький привкус. Повернувшись к Дракону, я увидела, что он нахмурился, а глаза, начавшие возвращаться к привычному изумрудному цвету, снова потемнели.
— Идем, — одним гибким движением встав с кровати, Киану подхватил меня на руки и понес в ванную. Положив голову ему на грудь, я с удовольствием вдохнула в себя его чудесный, ни с чем не сравнимый запах и зажмурилась, даже и не думая сопротивляться. Хорошо бы продлить эту ночь как можно дольше. И если мой Дракон хочет купаться, то я всеми руками "за". Усадив меня на скамеечку неподалеку от небольшого бассейна, Дракон открутил вентили, пуская воду, и через некоторое время помещение наполнилось паром. Вернувшись ко мне, Киану снова взял меня на руки и осторожно спустился по короткой лесенке на дно бассейна. Вода едва доставала ему до лодыжек, но мужчину это, кажется, не смущало. Поставив меня на ноги, он взял с полочки мочалку и, намочив ее, полил густым мылом из ближайшего флакона. Я стояла, вцепившись рукой в его предплечье, и мои пальцы невольно скользили по гладкой коже, запоминая ее упругость, цвет, запах, сводящие с ума ощущения от того, как его плоть снова стала каменно твердой. Ванна постепенно наполнялась, и когда вода достигла моих коленей, Киану сел на гладкое каменное дно и, потянув меня за собой, усадил на свои бедра. Одной рукой придерживая меня за талию, вторую, с зажатой в ней мочалкой, он просунул мне между ног.
— Боль скоро пройдет, — прошептал он мне в ухо, и я кивнула, слишком счастливая и разомлевшая, чтобы что-то говорить. Ванная наполнялась горячей водой и паром, но жар мужского тела подо мной ощущался как нечто совершенно невероятное. Очень явно чувствуя его возбуждение, я шире раздвинула ноги, предоставляя ему полный доступ. Получив мое молчаливое согласие, Дракон прерывисто вздохнул, и его рука с талии переместилась мне на грудь, обхватив мягкое полушарие, идеально помещающееся в его ладони. Зажав между пальцами сосок, он чуть наклонился и прикусил кожу мне на шее, отчего я протяжно застонала, не в силах сдержаться. Слишком он близко. Слишком остро я его чувствую. Слишком сильно его люблю. Все слишком.
И если он хотел о чем-то еще поговорить, то момент был безнадежно упущен, потому что я положила голову ему на плечо, и Киану начал покрывать мою шею горячими, жадными поцелуями, быстрыми и порывистыми, как будто хотел получить как можно больше за отведенное нам время. Отбросив в сторону мочалку, он двумя руками ласкал мое тело, заставляя выгибаться и извиваться на нем в отчаянном желании почувствовать его сильнее, острее и глубже. Мне мало было того, что он навсегда занял большую часть моего сердца, не достаточно, что он раскаленной лавой тек по моим венам, проникая в каждую клеточку моего тела, переполняя ее своей обжигающей, но такой мучительно неторопливой лаской. Я хотела проникнуть ему под кожу, заклеймить своими поцелуями, вскружить голову так же, как это сделал со мной он, и стать той, кто навеки останется в его памяти. Поэтому, развернувшись, я оседлала его бедра и, прижавшись грудью к его груди, стала с исступлением покрывать поцелуями его затуманенные от страсти глаза, его высокие скулы, чуть припухшие, такие сладкие и манящие губы и спустилась к шее, вырвав из него не стон, а тихое, раскатистое рычание. Вода начала переливаться через края бассейна, растекаясь по полу ванной комнаты, и я потянулась к вентилям, но Дракон перехватил мою руку.
 
— Оставь, — прошептал он мне в губы, и, приподняв мои бедра, вновь погрузился в меня, войдя сразу на всю свою длину. Я выгнулась, вцепившись в его плечи, потому что наслаждение, доставленное этим действием, вышло за все границы разумного, остались одни лишь инстинкты. Поняв, что просто сидеть на нем недостаточно, я начала двигаться, постепенно ускоряя темп. Дракон облокотился о бортик бассейна и придерживал меня за бедра, не давая скользить слишком быстро, но даже несмотря на это внутри меня постепенно нарастало напряжение, готовое вот-вот обернуться яркой вспышкой. Вода плескала через край в такт моим движениям, но все это было не важно, кроме Киану, запрокинувшего голову и закрывшего глаза. Его губы были плотно сжаты, как будто он изо всех сил сдерживался, а ноздри трепетали от яростного, рваного дыхания. Не удержавшись, я практически легла на него и прижалась губами к артерии на его шее, то прикусывая чувствительную кожу, то отчаянно вылизывая ее, выцеловывая на его совершенном теле замысловатые узоры. Видимо, от изменения угла проникновения ощущения стали еще ярче. Захлебываясь дыханием с каждым движением, приближающим меня к ослепительному финалу, я обвила руками шею любимого Дракона и уткнулась лбом ему в грудь, ловя языком стекающие по ней капли воды. Закрыв глаза, я полностью растворилась в ощущениях, теперь абсолютно хорошо понимая тех магов, кто избрал для себя такой способ не только инициации, но и сброса излишков энергии. Когда удовольствие достигло своей вершины, и я протяжно застонала Киану в ключицу, не в силах сдержаться, он с силой прижал меня к себе и несколькими яростными движениями достиг собственной разрядки. Тяжело дыша, мы уставились друг на друга одинаково шальными взглядами. После чего, не сговариваясь, потянулись друг к другу губами и слились в таком жарком и умопомрачительном поцелуе, что я почувствовала, как он снова твердеет внутри меня.
— Кая, — оторвавшись от моих губ, хрипло выдохнул Дракон. — Ты меня с ума сводишь.
— Ага, — только и смогла выдохнуть я, чувствуя себя абсолютно счастливой. Это не признание в любви, но и не полное равнодушие, и уж точно не ненависть,  полыхавшая в его взгляде при первой встрече. Прогресс.
Оглядевшись, пришедший, наконец, в себя Киану тихо ругнулся и поспешно закрутил вентили. За пределами бассейна вода по щиколотки заливала всю ванную комнату.
— Надо выбираться отсюда, — усмехнулся мужчина, и, придерживая за талию, помог мне с него слезть. Ноги не держали, и я бы снова села в бассейн, позволив горячей воде расслабить напряженные мышцы, смыть усталость, успокоить, но Дракон прав, пора выбираться. Держась за него, я вылезла из бассейна и, прихватив пару сухих полотенец, вышла в спальню. К счастью, уровень пола в ванной комнате был ниже, чем в остальных помещениях, и вода больше никуда не попала. Завернувшись в полотенце, я подошла к кровати. Ворс ковра приятно щекотал босые, влажные ноги, пролезая между пальцами. От приоткрытого окна веяло холодом, колыхая тонкую прозрачную занавеску, но я почувствовала лишь слабое дуновение. Мое тело все еще горело и плавилось, не отойдя от неистовых ласк, а сердце пылало от безграничного, переполняющего меня счастья, поэтому даже если бы вся комната покрылась льдом, я бы, наверное, не замерзла. Луна скрылась за тучами, но остался свет, льющийся из ванной, и в этом полумраке глаза Дракона мягко мерцали. Удерживая меня своим взглядом, он медленно улыбнулся и стянул с бедер полотенце, которым уже успел обернуться, демонстрируя свою полную готовность. Я ответила ему такой же улыбкой, потому что единственное, чего мне сейчас хотелось — это снова и снова принадлежать ему, упиваясь его ласками, отдаваясь полностью и получая взамен гораздо больше. Поймав край моего полотенца, Киану потянул его на себя, и я не стала удерживать, позволив ткани мягко сползти к моим ногам. Некоторое время мужчина не двигался, разглядывая меня внимательным, изучающим взглядом, и я буквально кожей чувствовала это жадное прикосновение, скользящее по груди, по бедрам, по моим ключицам.