Водный Феникс. Книга третья (СИ)

Все же он нашел в себе силы, чтобы улыбнуться Кате и поддержать ее желание. Они нормально живут сейчас, справятся и в дальнейшем… Вот только сама девочка уже далеко не была уверена в том, что хочет поступить как эгоистка, когда запросто могла бы помочь своей семье…
Оставался только брат. Я ожидал, что он взорвется. На вид парню было лет шестнадцать — тот самый возраст, когда хочется бросить вызов хоть всему миру, отстаивая свое мнение, а гормоны бушуют сверх всякой меры. И если в самом начале он больше глазел на меня из-за весьма привлекательного вида Ани, которая к тому же выглядела его ровесницей, то сейчас парень сжимал вилку с такой силой, что она уже приобрела форму дуги, а на его скулах то и дело проявлялись желваки. Все признаки говорили о том, что он вот-вот сорвется на младшую сестру.
Но я сильно недооценил парня. Когда он вскочил из-за стола, то вместо криков, истерик и обзывания Кати эгоисткой, он произнес только: «Оставайся лучше в Баевской…» После чего вышел на улицу. Очевидно, что он немало успел нафантазировать о том, что будет делать, если долг семьи вдруг испарится… Как сам он отправится в город и станет подмастерьем. Но даже в такой ситуации парень не стал кидаться на сестренку с обидами. Кате здорово повезло с семьей…
Если задуматься, то становится понятно, почему у нее нет младших братьев и сестер… Еще когда девочка была совсем маленькой, родители уже понимали, как сложно им всем придется, ежели они все же отправят ее постигать искусство магии. И я бы совсем не удивился, если бы на нее затаили обиду старшие… Но этого не было.
Пришла пора и мне вмешаться, напомнив и девочке, и ее родственникам о том, почему они сами отправили ее именно в академию Баева, и о том, какой огромный у нее потенциал. Ее таланты уже сейчас заметили и признали, а подобные предложения лишь подтверждают то, что она двигается в правильном направлении.
Пятнадцать минут я без остановки нахваливал свою ученицу, и при этом говорил чистую правду или, по крайней мере, сам верил в собственные слова. И потихоньку общее настроение за столом менялось. Катин брат вернулся обратно, сама девочка воспряла духом, а ее родные начинали склоняться к единогласному решению.
И тут свою лепту внес Хвостов. Он не только присоединился к моим похвалам, выделив Катю как потрясающе упорную и вместе с тем одаренную студентку, но и смог удивить всех, включая меня. Куратор сообщил о том, что на недавнем собрании преподавателей его коллега поднимала вопрос о том, чтобы предложить девочке место ассистента преподавателя по нестихийной магии… Она приводила в пример то, что несмотря на юный возраст, Катя уже обучает старших товарищей на тренировках клуба, при этом потрясающе быстро усваивает программу, опережая свою группу уже не меньше, чем на полтора года, умудряясь за одно занятие разучивать по пять-шесть новых заклинаний.
Вопрос еще не решен окончательно, потому девочку заранее не обнадеживали, но это послужило отличным примером того, что продолжая совершенствоваться, Катя вполне может получить свою первую оплачиваемую работу уже в столь юном возрасте. И после таких слов преподавателя каждый из семьи Драгуновых вновь взглянул на раскрасневшуюся девочку с гордостью.
Дальнейшие обсуждения лишь сильнее проявляли минусы перехода в Школу Ремесленников. Особенно пункт о том, что Катя будет обязана отработать в ней пять лет сразу же после выпуска.
К тому времени, как нам пора было возвращаться обратно в академию, ситуация полностью прояснилась: Катя останется в академии Баева! Как минимум, пока не появится предложение значительно более выгодное, чтобы переход имел под собой больше смысла.
Обратный путь оказался значительно быстрее. Каждый погрузился в собственные мысли, а девочка все еще находилась под впечатлением от разговора и недавних теплых прощаний. Ей стало намного легче, но все равно оставалось некоторое чувство вины. И каждые двадцать минут она принималась снова благодарить меня и Хвостова.
Я был доволен тем, что ученица пока останется со мной, пусть сам я надолго в академии и не задержусь. Но также я чувствовал себя не в своей тарелке из-за того, что убедил и девочку, и всю ее семью в решении, которое казалось лучше мне самому. Да, я действительно считал, что так будет лучше для самой Кати, но я не учитывал интересы ее семьи. Теперь же, когда познакомился с ними вживую, судьба этих людей стала иметь для меня больший вес.
 
Мне было очень сложно уйти, не попытавшись хоть чем-то им помочь. Будто я лично обрек их на полуголодное существование и дальше, ради благополучия дочери. Хотя бы мелочь, вроде зачарования инструментов и орудий труда — мне хотелось сделать хоть что-нибудь. Однако я не мог себе этого позволить из-за присутствия куратора. Но вот новость про возможность для Кати стать самым молодым ассистентом преподавателя… Это было действительно интересно. Наталья Николаевна в очередной раз показала не словом, а делом, насколько же она заботится о своих учениках. О многом говорило и то, что именно Катю, а не Соню или Таню, которые не особо нуждались в работе или деньгах, пока были заняты учебой и клубом, Маслова выделила как главную кандидатку в свои ассистенты.
За этими мыслями я и преодолел остаток пути. Мы вернулись в академию очень вовремя — тренировка клуба как раз должна была начаться с минуты на минуту. Может, самую малость опоздали, но это не критично, ведь четверг мы сделали днем «свободных» тренировок.
Мы с Катей поспешили к одноклубникам, попрощавшись с куратором. Но как только добрались до ангара, я отдал контроль над телом подруге, заявившись на тренировку с опозданием, однако уже в собственном обличии.
Аня очень попросила меня сегодня побыть на «ее» месте в качестве того, кто будет раздавать советы студентам внутри ангара. Сама же подруга очень хотела поработать в паре с Диего, подготавливаясь к завтрашнему реваншу с Громовой. Похоже, что друг обещал ей с чем-то помочь.
Впрочем, я был не против. Ведь подобный распорядок в четверг я придумывал именно для себя, и небольшая усталость не отменяла того, что мне хотелось помочь ребятам. К тому же, Катя тут же прилипла ко мне как банный лист. Ей намного больше нравилось мое собственное обличье, и когда мы могли оказаться наедине, без Ани. Поэтому несмотря на то, что поблагодарила меня по меньшей мере уже трижды, она вновь заключила меня в объятия, как только мы оказались в ангаре одни.
А затем потянулись вереницей студенты, которым я старался дать наиболее подходящий и эффективный совет по дальнейшему развитию. И мне это нравилось! Разве что стало немного печально, когда обратилась маленькая Тина. Она совершенно не знала, куда ей теперь податься. Громова забросила клуб и не хотела больше помогать девочке. Аня была занята своими делами, а первокурсница знала лишь о том, что стихия у нее все же есть, но как ее правильно использовать, оставалось мучительной загадкой, которую очень хотелось бы разгадать.
Я оставил ее вместе с Катей внутри, и в перерывах между другими посетителями старался помочь девочке исходя из того, что сам умел в ледяной магии. Однако мой стиль слишком сильно отличался, и задача эта оказалась далеко не простой. Но я принял этот вызов. И победил в нем!
К концу тренировки Тина могла самостоятельно создать крошечный кусочек льда из ничего. Ей больше не требовалось касаться другого объекта, чтобы применить стихию, и это стало огромным триумфом маленькой девочки.
Также за прошедшие полтора часа мы с Катей смогли помочь еще одному четверокурснику открыть стихию, и я сбился со счета, сколько бесплатных советов раздал ребятам. Причем среди бесконечного потока студентов я встретил и весьма удивившего меня Максима Баева… Парень не зазнавался, даже являясь сильнейшим, и решил воспользоваться случаем, чтобы обратиться ко мне с вопросом о том, что же улучшить может лично он. Однако мы с ним оба уже знали ответ на этот вопрос… Пришло время показать Максиму несколько эффективных приемов по борьбе, которые в Альтарии магам были почти незнакомы, а оттого становились еще более действенными.