Пробудившая пламя (СИ)

– Да между ними даже воздух искрит! Видишь? – шепотом спросил император у лари Лайны.
– Вижу, девочку нужно спасать! – ответила она тем же шепотом, и уже обращаясь ко мне, предложила. – Ираидала, может не стоит никуда ходить? Воспользуйся для отдыха подготовленными для тебя комнатами. Они конечно явно не так красивы, как комнаты Геликарнакского дворца, в котором ты живёшь, но удобны и уютны.
– А я, оказывается, во дворце живу. – Возможно, не узнай я об обмане Файрида сейчас, я бы так не ответила, но вот именно в эти минуты сдержаться для меня было невозможным. – А могу я узнать, а где именно находится этот легендарный дворец?
– Дворец конечно красивый, но ничего такого там не происходило. – Искренне удивилась лари Лайна. – Почему ты называешь его легендарным?
– Да потому что существует он, только в легендах! – не выдержала я. – Геликарнакского дворца не существует в природе уже больше пятнадцати лет! Он рухнул и ушёл под воду. От всего Геликарнакского дворцового комплекса осталась одна разрушенная надвратная башня у моста и собственно обломки этого самого моста! Когда я и дети приехали в Карнак, жители там ютились в лачугах, которые были чуть лучше домов шатающегося квартала! Не было ни одного дома, где можно было бы безопасно остаться жить. С момента приезда, до наступления первых заморозков, мы, я и дети, несколько месяцев жили в полевом лагере!
– Этого не может быть! Эта провинция всегда считалась богатейшей! А ты описываешь... – неверяще смотрел на меня оман.
– Всё правда. Это лари Ираидала ещё опускает кучу подробностей. – Прервал его Файрид.
– Когда ты последний раз был в Карнаке? – спросил император у омана.
– Я там не был. – Коротко ответил он.
– Зато там наверняка был надёжный управляющий, да? – не смогла не напомнить ему я о его же словах.
– Ираидала, это какое-то дикое недоразумение! Сейчас мы вернёмся во дворец, и я выясню...
– Довольно. – Встала со своего места лари Лайна. – Лари Ираидала уже не раз ответила отказом на предложение вернуться в твой дворец. И, по крайней мере, сегодня, она останется здесь, что бы спокойно отдохнуть! И не на голой земле при этом! Потому что я так решила! В конце концов, это я её купила на деньги и с разрешения своего господина, и я её тебе не передавала. Ираидала, пойдём, я провожу тебя в твои комнаты.
Выходя из комнаты, я услышала окрик императора.
– Файрид, Берс! Сели. Сейчас у нас будет разговор!
– Не обращай внимания, тебя его злость не касается. – С усилием улыбнулась лари Лайна.
– По дороге сюда я видела казнь. – Лари Лайна остановилась и глубоко вдохнула.
– Никогда не смогу этого нормально воспринимать! – вдруг призналась она. – А ты, увидев это, решила, что император кровожадный безумец, любящий истязать людей даже перед смертью? Эти люди были теми предателями, что пропустили вражеский флот.
– Я знаю, оман мне сказал, когда я увидела. – Ответила ей, задумываясь. Именно благодаря тем казнённым на нас напали внезапно, и по их вине к нам не пришла бы помощь. А это сильно меняло отношение. Но! – Я понимаю, почему такое решение. Но неужели обязательно было именно так? Как оказалось, я сама приговорила человека к подобному! Но я не знала, что это за наказание, представляя совсем другое! Но император...
– Инар мне объяснял, что наказание за такие дела, должно быть ужасным настолько, чтобы отпугивать. – Опустила голову лари Лайна.
Грохот дверей прервал нашу беседу.
  
Глава 26.
 
– Это что? – обернулась я на этот грохот.
– Лари Лайна, император с обоими сыновьями направился в тренировочный зал. Что прикажете делать? – склонился перед Лайной ещё один слуга.
И вот странное дело, в этом поклоне не было какого-то раболепства и заискивания, как в поведении слуг при появлении майриме. Чувствовалось, что во дворце императора, лари Лайна пользуется уважением.
– А ничего! Сегодня все и всё заслужили! – нахмурилась она. – Хотя... Подожди, Аркин. Попроси, пожалуйста, целителя Ригана приготовить мазь от синяков и ушибов. А для императора успокоительный отвар. Ему сегодня точно понадобится!
 
– Заслужили все? – спросила я чуть попозже. – Что вы имели в виду? Если по поводу того, что Геликарнак был не обустроен, то уж вины Дирафа, то есть наследника Файрида, в этом точно нет.
– Можешь не поправляться, мы уже давно привыкли, что у нашего сына два имени. Дираф появился, когда он загорелся идеей доказать, что он не просто удачно родился у высокородного отца, а и сам из себя что-то представляет. Кому он это доказывал? Не пойму. – Пожала она плечами. – Мастера бессмертных не воспринимали его всерьёз, потом начали специально давать ему такие задания и так его нагружать, что его рвало от переутомления, и кровь носом шла. Отец приказывал прекратить, я просила, мастера делали всё, чтобы он отказался от этой затеи, даже Берс не остался в стороне. Но я видно сначала родила его упрямство, а потом его самого! И он виноват не меньше Берса! Если не больше!
– Ваш сын никакого отношения к моей ссылке не имеет. – Не согласилась с ней я.
– К ссылке не имеет. А ко всему остальному да! – резко развернулась ко мне лари, заставив отшатнутся от нее, настолько она изменилась. – Твои комнаты чуть дальше, а это мои. Проходи. Договорим без свидетелей!
Стоило служанкам, встретивших свою лари, взглянуть в её лицо, как обе женщины просто испарились, едва лари кивнула им на дверь.
– Присаживайся. Я как ты выплеснуть всё, что накипело, не оглядываясь на то, с кем веду беседу и слышит ли её ещё кто-нибудь, не осмелюсь. Хотя кто знает, на что я буду способна, проживи я год в тех же условиях, что и ты! – вопреки собственному предложению, сама лари переплела пальцы в замок и ходила взад-вперёд перед диваном. – Когда сюда дошли вести о решении Берса, выслать лари, совершенно потерявшую любое представление о допустимых границах дозволенного, вместе с детьми, я просила Инара отменить решение сына и поселить тебя и детей здесь. Я была уверена, что здесь ты быстро придёшь в чувство, творить все, что душе угодно и запускать руку в казну, точно никто не позволит. Извини, но ничего хорошего о тебе мы за эти годы не слышали! Я ума не могла приложить, как я так обманулась, пожалев тебя тогда, на невольничьем рынке. Это я проглядела или это то, что привили тебе в гареме омана? И кое-что из тех разговоров, как я только что сейчас увидела, действительно правда. Ты своенравна и своевольна, не терпишь ограничений, дерзка без меры. Возможно, это лишь защита от всего того, что ты пережила. А мы уже наслышаны про твою беременность! Но... Такое поведение недопустимо для женщины. Ираидала, на тебя смотрят твои сыновья! Для них ты образец того, как должна вести себя женщина. А Малис? Она же растёт сущим сорванцом! Её участие в битве у меня до сих пор в голове не укладывается! Нет, я признаю, что у нее, безусловно, пробудился военный талант. Но она же девочка! Маленькая, хрупкая куколка! По крайней мере была такой, когда я видела её в последний раз, полтора года назад. Но чего от неё ожидать, если её мать ведёт себя, словно дикая хищница, защищающая нору с детёнышами? Совсем недавно Берс узнал о том, что тебя оговаривали, подробности покушения и про то, как на самом деле проходила твоя беременность. И я уверена, что только чувство вины перед тобой избавило тебя от наказания за подобное поведение, да ещё и в присутствии свидетелей. Тем более, императора и отца! Ираидала, я понимаю, что ты оскорблена поведением и отношением Берса, что он во многом виноват, что возможно ты больше не желаешь принадлежать ему. И понимаю, как, наверное, никто другой не сможет понять! К сожалению, я на своей собственной шкуре испытала, каково это, когда ты вынуждена принять мужчину, которого не можешь простить... Я не читаю тебе нотаций и не пытаюсь влезть в душу... Но ты же мать, у тебя трое детей! Что будет с ними? Как они переживут момент, когда узнают, что тебя наказали? Каким это наказание будет? Грязные и тяжёлые работы, это ерунда. А ремни или плети? Что почувствуют они? И в случае необходимости, как ты повлияешь на решения их отца, касающиеся их судьбы, если будешь продолжать и дальше себя вести?