Тот самый сантехник. Трилогия (СИ)

– Тут скорее дворника надо нанимать, чем охранника, – забурчал рядом дед с санками. – Но тогда ему будку ставить надо. Замёрзнет к херам в первую же ночь. А кто виноваты будут? Мы! Кто же ещё? Крайнего найдут. А я сидеть не намерен. Мне ещё внука на пенсию отправить надо.
– Не, ну можно и теплушку поставить, – не сдавался Лёня, который сам, конечно, сдавать ни на что не собирался. Но главное идею подать. А инициативные потом спросят последним. – Кунг, там. Печку. Лопаты. Бытовку, а? Мужики, давайте думать. Не дело это по полдня откапываться.
– А может ему ещё и гараж в аренду сдать «под будку» охранника? – забурчал снова дед, спалив первую зажигалку с ходу на обогреве и взяв вторую, казённую. Её включал уже с перерывами.
Своего автомобиля у него давно не было. Но жена послала в гараж за соленьями. Возвращаться обратно пустым он не собирался. Всю плешь проедят. Из того, что осталось.
«Ему этот шлагбаум по боку, так, за компанию постоять вздумал», – заметил внутренний голос тем временем на последних метрах.
Боря подошёл, поздоровался и без дальнейших «бла-бла-бла» молча принялся откапывать шлагбаум по периметру лопатой. Шея быстро взмокла. Пришлось скинуть куртку.
Рядом даже тоже работать начали, кто лопатой, кто ногами, кто руками в перчатках подгребая. Сдался, наконец, и растаявший замок под напором деда.
– Переварить его «с ушами» наверх надо, – обронил тот. – Солнце греть будет первым. А когда вниз идёт, на нём капель вся собирается и тает, потом замерзает сосульками. Ну вода внутрь и попадает, застывает.
Боря, который варил шлагбаум несколько лет назад в тот рас «с упором на скрытность», которую опять тот же дед советовал делать, только кивнул. Делал, чтобы с внешней стороны замок в глаза не бросался, и никак не рассчитывал, что снега в рост человека выпадет за пару суток. А тут – на тебе.
Но старому виднее. Пожил своё.
– Переварю.
Ворота освободили. Тут же разговор и рассыпался. Дед пошёл к своему гаражу в первое ответвление. Мужики во второе, Юра в четвертое с патриотом разбираться, а Лёня с Борей в третий заворот пошли.
Ну как пошли? Попытались!
Между ними давно никаких диалогов не случалось. «Привет-привет», да и хватит. Но снег сближает. Вот и в этот раз молодой и здоровый прокладывал путь, а толстоватый и дряхлеющий сзади плёлся, вступая след в след.
– Боря, не спеши. Один хрен, откапываться ещё не один час. Куда этот снег только девать? На крышу – без толку кидать. На центр – не разъедемся.
А Глобальный уже не собирался откапываться полностью. Гараж бы открыть, печку завести, да ноги просушить, носки выжав. Не танк же внутри стоит, а только джип. А джипы те без гусениц делают. Потому стыдливо патриот на английском пишут. На первом же гусеничном – точно кириллицей будет!
За мыслью этой Боря к своему гаражу пошёл, снег сминая и переваливаясь. Дышалось уже тяжело. Непривычно человеку как цапля ходить. Ладно бы ещё в болотниках. Так нет, штанины задрались, подштанники промокли, а сверху снег мокрый уже. Перчатки промокли, рукава, куртка. И самого всего хоть выжимай.
– Раскидаем как-нибудь, – буркнул Боря и тут с недоумением глаза скосил на соседний гараж.
Не тот, что Лёнин, справа, а тот, что несколько лет бесхозным стоял. А теперь словно поселился так кто-то – открыт и на два пальца щель. Не распахнут, но внутри уже наверное, намело с метр.
– Леонид, а кто-то гараж тут купил или что?
Лёня заинтересованно приблизился и заявил со своим экспертным мнением:
– Да кому он нахрен нужен? Там и света то никогда не было. Отрубили ещё в «девяностых». А ворота проржавели все уже насквозь. А что в подвале, кроме гнили может быть?
Оба ещё на пару шагов приблизились. И тут из дырки донеслось хриплое, дохнув перегаром и блевонтином:
– Мужики-и-и!
Лёня так просто как стоял, так на зад и присел в снег, а Боря лопату покрепче перехватил и перед собой выставил:
– Кто там? Выходи!
– Кто…кто… – раздалось обречённое в щель. – Макс… я… Максим Витальевич!
Боря с Лёней переглянулись. Голос вроде тот, но не тот совсем. Лёня поднялся, отряхнулся и первым спросил:
 
– А хрена ты там забыл?
– Тебя, блядь, не спросил! – раздалось раздосадованное.
Лёня сразу кивнул. Он, мол. Нужно копать.
Конечно, сам Лёня копать не стал. И пусть у него не лапки, но и лопаты нет. А вот Боре снова пришлось скинуть куртку и включить ручной экскаватор. А чтобы открыть хотя бы одну воротину, пришлось поработать двадцать минут к ряду. Благо, в воротине той двери не наблюдалось. Стандартная гаражная комплектация, без добавлений.
А пока Боря работал, тут то они «с напарником» и узнали, что бывший председатель был пойман с поличным женой на любовнице в горизонтальном положении, в следствие чего был лишён многих привилегий. А именно, квартиры и автомобиля. С детьми больше повезло. Гараж сын у него тоже отмёл ещё раньше и уже успел продать. А прочих наследников не было и видимо, больше не предвидится. На работе, конечно, тут же вошли в положение и уволили задним числом. Всё-таки работать на отца жены – не лучшая затея по жизни.
Конечно, Максим Витальевич не нашёл ничего лучше, как набрать водяры полный пакет и пойти жаловаться в гараж к мужикам. А по пути даже придумал план как со всеми помириться после той ситуации с гаражом Бори. Но звон посуды в пакете почему-то никто не оценил по достоинству. Напротив, кооператив опустел, а запуржило так, что обратно до остановки идти оказалось труднее, чем от неё. Тут-то он и вспомнил про старый заброшенный гараж. В конце концов, у него и ключ от него по старой памяти оказался.
Как следует накатив для храбрости, он даже притащил со свалки старый палас, одеяло и пропитавшись той храбростью под завязку, уснул под свет телефона в уголке. А когда проснулся на следующий день, ворота оказались надёжно подперты с той стороны непогодой. А телефон разрядился. Только и удалось, что на пару пальцев пространства у ворот отвоевать.
– И тут я понял, что изнутри пальцем не откопаться, - закончил бывший председатель. – Позвонить не смог. Ну думаю, пиздец мне. Но водка то не кончилась. И закуски с собой было немало. Вот я сутки и сидел потом, пил, похмелялся, закусывал, спал, порой ссал на стену. А потом решил, что как человек я – говно. И так мне и надо.
С последней фразой Максим Витальевич умылся снегом, раздвинул руки и застыл по направлению к солнцу. Как будто был солнцеедом и сейчас спешно заряжал батарейки. Да от солнцееда у него разве что щетина в полсантиметра на лице была. Что и не борода вовсе. А прутики оборванные, от проводов тех, что к солнцу так и не привели. Как и к солнечным панелям.
– Я же всё проебал. Сам. А теперь хочу сдохнуть. Так же самостоятельно, – добавил он тише, но без трагизма, а с улыбкой на лице. Да только глаза открывать не спешил и смотреть на кого-то – тем более.
Боря с Лёней снова переглянулись.
– У-у-у, – протянул более опытный по жизни сосед. – Кукуха то у нас и поехала. Боря, звони санитарам.
Глобальный дёрнулся к телефону, но вспомнил, что дело это бесперспективное. Да и куда они приедут? На остановку? А это его ещё туда вести или тащить.
Не у деда же санки просить в самом деле.
И тут Боре другая интересная идея в голову пришла.
– Слушай, а что если его… охранником?
Лёнина челюсть даже немного отвисла.
– Ты что, следом к санитарам собрался?
– Не, ну а чё? Деваться ему всё равно некуда. А сюда в гараж свет кинуть не долго. Печку какую-никакую поставим, мебель сообразим поинтереснее. А дрова и еду всегда поднести успеем. И пусть пашет. Трудится. Здесь на одной расчистке снега можно ползимы трудиться.
Лёня тыковку почесал, хмыкнул.
– Не, ну идея то хорошая. Если не платить, а так, едой и дровами, то может и дело будет, но… он вообще хоть раз в жизни-то работал?
Боря кивнул:
– Сейчас и проверим.
И свистнул:
– Э, солнцеед. В общем, тема такая. Вот лопата. Если будешь работать, голодным не останешься. Нет – лучше сразу в овраг прыгай. Сам.