Тот самый сантехник. Трилогия (СИ)

«Вот что значит, тренировка в дартс гаражная. Не прошли даром уроки», - заметил внутренний голос.
Четверо переглянулись, затем молча зааплодировали.
– Бля, ну базара нет. Мир и расход. Судья победил, – подтвердил Князь, первым руку примирения протянув. – Шац, ты мощного пацана привёл… Слышь, братан, может к нам пойдёшь?
– Не могу, – усмехнулся Боря и добавил. –Побаловались и хватит… работать надо. У кого-то сейчас хаты кипятком заливает, а других краны капающие бесят. А ко мне обращайтесь, когда исчерпаны все возможности для решения проблемы. Добро?
– Дело говоришь, – ответил Шац и предложил. – Выбирай приз.
– Да какой ещё приз? – отмахнулся Боря и тут же о проблеме вспомнил. – Мужики, до гаража подбросьте, а? На том и сочтёмся.
  
Глава 17 - Ближе к обеду
 
«Подбросить к гаражу» – означало высадить примерно около автобусной остановки в глубине хорошо знакомого района. То есть на пригорке в метрах семистах от гаража, если по прямой. А если по дороге петляющей, то целый километр от гаража наберётся. И всё по снегу, что как минимум по колено. Это только в колее. Шаг в сторону – по пояс окунёшься. А то и по грудь. Намело временами немало. Когда теперь разгребут?
Облака ушли, солнце трудится во всю, временами капель с крыш прогретых бежит, стучит, брынчит, отмотать все назад торопится. Верхний снег коркой покрылся. Но лишь на палец.
Проехать дальше нельзя и на внедорожнике. Дороги до ниже расположенных от остановки гаражей замело так, что иначе как на танке не проедешь.
– Боря, братан, не совался бы ты туда без лыж, – на прощание обронил Шац. – Я бы подвёз, сам понимаешь, но даже в такси Равшану вездеходы не завели. А снегоболотоходы все на полгода вперёд выкупили с такой погодой. Сам понимаешь.
– А что мне делать? – вздохнул Боря. – Как без автомобиля работать? Откапываться буду. Своими силами.
– Грейдера хоть подожди. Почистят через пару-тройку дней, легче откапываться будет.
– Через пару дней меня уже уволят. Да и кто-то по уши в говне будет плавать или в кипятке обварится, пока отсиживаться буду.
– Да кто тебя уволит? – округлил глаза Шац и руками в свитере развёл, чтобы всю округу разом зацепить для полноты картины. – Форс-мажор же ж! Природа шутить не любит.
И ведь не поспоришь, но когда сантехник только махнул рукой, водитель понимающе улыбнулся. Сам настырный. Пробивной. Твердолобый даже.
Не отступит и молодой, это понятно.
– Хер с тобой, бери лопату, – выгрузил следом за пассажиром и часть груза Шац, вручив оный практичный пластиково-складной экземпляр. – На память!
Рад бы и пистолет следом отдать именной. Всё-таки в кои то веки без перестрелки обошлось, но патроны с пацанами давно все перестреляли. И не гоже это – ствол дарить с тёмным прошлым. А сколько на нём висяков, забыл давно. Пока на кобуре подмышкой висит и документы на охранку в порядке, не придерутся. А если придерутся… Что ж, одним висяком больше будет. Бизнес «по-сибирски» никто не отменял. Сибирь большая. Законов не всех не хватает. А право силы ещё помнят. Второе право после причуд погоды же.
– Я верну при подобающих климатических, так сказать, – тут же пообещал заёмщик, поправляя новую сумку на плече, где гремел пакетом обед. Шац как знал, вручил по работе. Удобнее на плече таскать, чем в руках пакет нелепый.
– Не, это подарок, – усмехнулся Шац. – Бери так. Без возврата. С этой я ещё никого не закапывал. Так что… чистая. Не ссы.
Боря хмыкнул, но лопату взял. Чего не взять, когда дают?
«Другое дело, когда пизды дают», – тут же заметил внутренний голос: «Тогда возмущаться надо и сдачу давать в ответ. А от подарков халявных кто откажется? Бери, бери, Боря, в хозяйстве всё пригодится».
Дорога или направление? Если спуститься к россыпям ГСК ещё можно было по общей дороге, где уже пробивали себе дорогу КАМАЗы в высокие гаражи, то дорога вниз мягко говоря, не важная выходила. Близкая к эталону бездорожья.
Это на пригорке, среди грузовиков накатали колею, там даже фур хватало на ремонте. Мастерская что надо стоит, широкая, с большой площадкой для разворота и пятачком асфальтированным. На её просторах не менее широкие строения с покатыми крышами стоят. Снег с них сам скатывается и аккуратной стопочкой за ворота складывается. Почти у самого пригорка те новострои начинаются.
 
А вот ниже по дороге тысячи раз разбитой и столько же подсыпанной – плохо дело. Начиная от ворот кооператива лёгкого транспорта, можно хоть купаться в бескрайнем снежном море, подгребая себе той самой лопатой как веслом. Никто у виска крутить не будет. Каждый сам себе на уме там.
Боря отшагал с полкилометра, высоко поднимая ноги из снега, все носки мокрые насквозь, и холод на голенях уже не ощущается. А выше что – жарко. Вспотел на солнце без ветра.
Но это – победы. Он вдруг понял, что даже сам шлагбаум на воротах замело, как будто и не было. А это сразу метр глубины от уровня земли, считай. А сверху ещё половина как минимум. И как из этого полутораметрового слоя снега выезжать – вопрос всех вопросов.
В самом кооперативе за высоким забором в клеточку была центральная улица-магистраль и четыре переулка. Борин гараж находился в третьем переулке, что почти в самой низине притаился. Ниже только четвёртое ответвление у оврага, где снега того намело, пожалуй, больше двух метров, и никто из мужиков давным-давно мусор не выносил иначе, как в овраг тот.
Двоякая ситуация по расположению выходила. Машину угнать сложнее всего. Из оврага крутого ворьё если и полезет, то канистру бензина чисто за смелость можно кручить. А всё, что тяжелее – скорее в дребезги разобьётся, чем будет уворовано. Но если откапываться или из потопа весеннего погреб спасать, то Боря один из первых в списке пострадавших всегда.
Однако, судьба на этот раз оказалась благосклонна. И остался он не один на один с бедой, а с группой лиц.
У ворот кооператива уже ругался Лёня и кучковались другие мужики-владельцы своих двадцати метров в блоках из бетона и стали, с погребками и ямами в придачу. Кто с лопатой в руке, кто с санками, кто с сумками, все хотели попасть внутрь, дёргая металлический шлагбаум и согревая зажигалками заклинивший, заледеневший замок.
– Ну заебись, мужики. Может охранника уже наймём для такого случая? – бурчал Лёня, дёргая шлагбаум и подкапывая со всеми для порядка раз за разом.
Мужики что-то отвечали ему, но не так эмоционально. Сразу не расслышать.
– Как председателя нахуй послали, так и дела у нас тут творятся, – добавил он. – А так бы хоть дежурство организовали. А теперь что, грейдера ждать? Не думал я, что все в эту ночь забьют и ночевать дома останутся. А то и две из дома носа в гараж не покажут.
– А что тебе охранник сделает с таким снегопадом? Лопатой всю ночь дорогу будет чистить? – донеслось до слуха Бори от мужика на Патриоте, которого Юрием звали.
Мало того, что название марки автомобиля писалось на иностранном, так владелец того образца-внедорожника от греха подальше свой экземпляр на всю зиму в гараж ставил. И посещал раз в неделю чисто из практического смысла – отогреть печкой с дровами и аккумулятор подзарядить. А ездить на нём в зиму не спешил и на зимней резине, чего бы там жена с тещей не говорили.
«Видимо ждёт особой модели «для зимы». И чтобы обязательно тоже на иностранном писали. «Winter edition» как минимум», – добавил внутренний голос Борису.
Пока Глобальный об этом думал, прошагал ещё метров сто по колено в снегу. Но чем ближе к общему потоку подходил, тем легче брелось. Натоптали уже с разных сторон. Не только от остановки, но и от домов панельных за виадуком, и от железнодорожных путей.
Вот она – сила коллектива.
«Пути почему-то железнодорожники в чистоте держат и сугробы не допускают», – снова пробурчал внутренний голос: «На кого ещё нам зимой надеяться, как не на железную дорогу? Должно же быть хоть что-то стабильно-практичное в стране».