Три сестры. Диана (СИ)

— М-да, недолго вы у нас здесь продирекствуете, — первой отмерла Филиппа.
— С такой-то привычкой задницей кверху вертеть? Само собой недолго. Вот как пить дать, ждите этого лорда, который законный муж. Если уже где поблизости не околачивается, вот чую! — вторила ей Мальта.
— Вот ещё, ему некогда. К нему любовницы на дом толпами бегают, — фыркнула я, решив, что раз уж прокололась, то выставлю всё этакой блажью обиженной леди. — А вот эти поддоны нужно перенести на чистое. Сверху застелем матрасами и получим отличные кровати. Найдём мы здесь, в этих руинах, нужное количество сухих и чистых матрасов?
— Найти-то найдём, — протянула Мальта. — А как же строгое воспитание и простота жизни в содержании воспитанниц?
— Ну, я не вижу противоречий между строгим воспитанием и наличием матрасов. Одно другого никак не исключает, а вот на счёт простоты жизни, согласна. Расшитые золотом и драгоценными камнями матрасы не несите, обойдëмся чем попроще, — хмыкнула я.
— Слушай, а твоя леди вот всегда вот такая и вот это всё? — тихо спросила покрутив в воздухе руками Филиппа, чуть приблизившись к Герде.
— Да как из столицы сбежали, так и человеком стала. В столице так нельзя, там правила, манеры и прочее воспитание, — тем же тоном ответила Герда.
— Я вообще-то всё слышу, — обернулась к ним я.
— И что же? Криков и визга по поводу, как я посмела ваш филей по простому задницей назвать, не будет? — подтверждала слова сестры Филиппа.
— Не думаю, что вы пытались меня оскорбить, сорра Филиппа, — улыбнулась я. — Поэтому нет, не будет.
— Вот ты подумай! — усмехнулась она. — Что же у вас там в столице происходит, что в каждом чихе оскорбление ищете? А задница и грудь всегда были, есть и будут главным украшением любой бабы!
— А ум, образование, манеры? — перечислила я.
— У нас здесь такой заразы отродясь не было, так что не переживайте, не заразитесь! — засмеялась Филиппа. — Эх, надо будет капканов вокруг замка наставить.
— Зачем? — удивилась я, не увидев связи.
— Как зачем? Чтоб вы, значит, здесь на подольше задержались. А пока лорд из капкана выберется, пока раны залечит, там глядишь и зима, и дни Мёртвых. А там, может и обживëтесь. — Просто объяснила Филиппа.
— Да вы что! А если сильно что-то повредит? А заражение или потеря крови? — возмутилась я.
— И что? Вы вообще-то леди, — напомнила мне Мальта. — А у вас вроде как развод, если сплетням верить. И к чему это знатной леди такое пятно на репутации? Вдовой-то всяко лучше.
 Глава 51 
Долго подшучивать над новой леди-директрисой возможности у сестёр не было. Мальта, как более строгая, отправилась следить за тем, как девочки моются. Филиппа, как лучше знающая, где и что припрятано, отправилась за будущими постелями. Я и Герда расставляли поддоны. В каждом углублении получалось по две большие кровати на пять или шесть человек. И две сбоку.
— И за девками присмотр, и чтоб не шастали по ночам. Строгость наше всё. — Объяснила их необходимость Филиппа.
— Ну и мы тогда заночуем со всеми, а то ещё и свою комнату в порядок приводить, сегодня уже ни сил, ни времени, — решила я.
— Так там всё в порядке, — сообщила мне Филиппа. — Ждали же давно уже.
— Мне нужно лично в этом удостовериться, даже если знаю, что ждали и готовились, — улыбнулась я в ответ.
Привезённые из гостиницы продукты оказались очень кстати. На кухне пансиона был приготовлен рис, что меня порадовало. И я нашла два больших пучка свежего зелёного лука. Оказалось, что он здесь растёт диким образом. Отварные яйца я порезала и смешала с рисом и зелёным луком. Как нельзя кстати оказался и небольшой горшочек со сметаной. Сметану здесь подавали к творогу на завтрак управлению пансиона. Я решила, что сметане самое место в смеси яиц, лука и риса. К получившемуся то ли гарниру, то ли салату Филиппа добавляла по кусочку курицы.
Большая железная кружка с горячим отваром шиповника, черноплодной рябины, сухих яблок и добавлением мёда завершала наш первый ужин. Ягоды и яблоки собирала и сушила сама Филиппа. А мёд добывал из почти уже одичавших ульев сорр Пьер.
 
Он с женой жил в небольшом домике за замком и был здесь на все руки. И дворник, и садовник, и кочегар. Жена его была за прачку и старшую горничную, командовала девочками во время уборок. Ещё были две наставницы.
— Вроде чему-то учат девчёнок, — махнула рукой Мальта.
— Даже интересно, чему это? — удивилась я.
Одна была сейчас в близлежащем городке у родственников, вторая лежала больная. Деззи, заведовавшую содержанием и финансами я выгнала, а извозчик исчез вместе с экипажем и прежней директрисой. Вот и вся обслуга пансиона. Сейчас ещё добавились я и Герда. Не густо помощников, ещё и неизвестно, захотят ли помогать. Но это узнаем в ближайшие дни, после знакомства.
— Иди в другое место! — отвлёк меня от мыслей громкий выкрик Лики. — Ты совсем мелочь, ещё нассышь ночью!
— Лика, — строго произнесла я. — Напомни мне, можешь ли ты повышать голос? И кричать на такую же ученицу пансиона, как и ты, право у тебя нет. Я права, Лика?
— Да, леди! — почти процедила девушка, опустив голову.
Но я прекрасно видела, каких усилий ей стоило сдержаться. И злой взгляд в сторону и так забившейся в угол, словно испуганный зверёк, Микаэль.
— Микаэль, будь добра, подойди ко мне, — позвала я.
Малышка с готовностью откликнулась и уже спустила ноги с кровати. Но пробежаться босиком по каменному полу ей не дала Герда, подхватив девчушку и перенеся ко мне. Высохшие волосы вились кудряшками, а карие глаза смотрели с внимательным интересом. Микаэль совершенно не была похожа на леди Диану. От матери ей не досталось ничего, кроме ярко вспыхнувшего дара, наследства той самой младшей жены деда леди Дианы. Малышка была точной копией отца, и в ней легко угадывалось семейное сходство с Пембруками. И лорду Карлу, и Генриху хватило бы одного взгляда, чтобы понять, что это за девочка. Как и любому, кто знал хоть одного лорда Пембрука.
Даже Герда внимательно разглядев девочку, посмотрела на меня, и только хмыкнула.
— Думаю, что мы с тобой достаточно изящного телосложения, чтобы спокойно спать рядом, не мешая друг другу. Правда? — улыбнулась я девочке.
Та согласно закивала, стараясь смотреть на меня. Но я безнадёжно проигрывала в борьбе за внимание ребёнка растянувшемуся на подушке за моей спиной коту.
— Это Баюн, мой спутник. — Представила я приподнявшего с подушки голову кота.
— Он вырастет большим-большим, да? — загорелись глаза Микаэль. — Я видела на картинках о далёких странах.
Она общалась со мной так, словно была абсолютно уверена, что я не причиню ей зла.
— Да, Баюн ещё ребёнок, как и ты. Но на самом деле это очень опасный, сильный и хищный зверь. — Улыбалась я, гладя подошедшего к нам кота по голове.
— А можно… Можно я тоже тебя поглажу? — отчего-то шёпотом спросила малышка у кота.
И тот, сделав два шага вперёд, ткнулся головой в детскую ладошку. Баюн, с величественной грацией, что доступна только кошкам, вытянулся рядом с Микаэль, позволив ей себя гладить и громко заурчал.
— Опасен, что сил нет! Эй, хищник, иди сюда, я тебе сметанки припасла, — позвала Баюна Филиппа.
Под весёлый смех Микаэль, черная молния метнулась к подставленной на краешек кровати миске.
— Сливками бы разбавить, — вздохнула Герда.
— Да где б их взять, — ответила ей Мальта.
— Леди, — спросила меня одна из девочек. — А если он такой опасный, то почему он не в ошейнике?
— Баюн один из диких бердирианских котов. Это крайне редкие в наших краях звери, их привозят издалека. — Начала объяснять я. — И бердирианы либо принимают тебя как друга и защищают всеми силами, либо сопротивляются до конца. А ещё Баюн очень умный и воспитанный зверь. Поэтому я полностью ему доверяю. И давайте уже спать.
Нестройный хор пожеланий доброй ночи прекратился сразу после того, как Мальта погасила светильники. Микаэль легла рядом со мной и Баюном, с краю, ближе к проходу легла Герда. На соседней кровати расположились Филиппа и Мальта.