Помощница на заказ (СИ)

Он наконец-то оставил в покое мою шею, но вместо этого развернул к себе лицом и впился поцелуем в губы, страстным, самоуверенным, как будто пытался что-то мне доказать, отвоевать что-то. Я ответила, обвила его шею руками, даже прижалась к парню всем телом, чувствуя, как холодные руки поднимаются вверх по моей спине, сминают и задирают футболку.
— Холодно, — шепнула я в его приоткрытые губы, хотя на самом деле было ещё достаточно тепло, и летний вечер обещал быть одним из самых приятных.
Кирилл мягко, ласково рассмеялся, будто одобряя мои слова, и отступил на шаг от края, увлекая за собой. Это мало чем могло помочь от холода, но я не спорила, следуя за ним.
Воронцов застыл на мгновение, всматриваясь в мои глаза. Не знаю, что нового он хотел там увидеть, но, казалось, был доволен тем, что разглядел.
— Ты прекрасна, — прошептал он. — Я никогда не встречал таких девушек, как ты.
— И скольким девушкам ты это говорил? — усмехнувшись, спросила я.
— Нискольким, — мотнул головой Кирилл. — Потому что такие фразы не для всех, Ксю, и ты это прекрасно знаешь…
О да.
Он хотел сказать что-то ещё, но решил, что поцелуй будет более красноречивым ответом, потому вновь сгреб меня в охапку, прильнул к моим губам, как будто надеялся сменить тепло дома собственной страстью.
Я вновь поддалась. У Кирилла были мягкие губы, он отлично целовался, а ещё — в самом деле был привлекательным парнем.
Всё происходящее было логичным. Или, по крайней мере, таковым казалось.
— Раньше, — Воронцов потянул меня за волнистую прядь, накрутил её на палец, будто проверяя, насколько крепки мои волосы, — история золушек казалась мне смешной.
— Почему?
— Потому что это так глупо: люди из разного круга, совершенно не сочетающиеся между собой… Как между ними может что-то быть?
— А сейчас?
— А сейчас я думаю, что любовь не знает преград.
— Так ты влюбился? — хмыкнула я.
— Да, — Кирилл казался искренним. — Да, я… Я как будто голову потерял. Ты необыкновенная, Ксю. Я правда никогда не встречал таких девушек…
— Не повторяйся.
— Почему?
— Слова в чувствах — необязательный компонент, — прошептала я. — Если любишь, что ж… Действуй.
Он застыл, как будто пытался удостовериться в том, что я не лгу, а только что в самом деле велела ему перейти к делу. А потом, склонившись ко мне, вновь поцеловал. На этот раз настолько пылко, словно был юнцом, желающим раскрыть свои первые чувства всему миру, а самое главное — той, которую посчитал своей избранницей.
Я не противилась. Такая страстность казалась искренней и даже вызывала взаимные чувства. Я обнимала его, наслаждаясь теплом чужого тела — и вскрикнула от неожиданности, когда Кирилл вдруг подхватил меня на руки.
— Что ты делаешь! — взвизгнула я, но он вновь поцеловал меня, не позволяя воспротивиться, и уверенно зашагал куда-то.
  
Глава одиннадцатая
 
Удивительно, но Воронцову даже хватило терпения снести меня на этаж, где располагалась его и моя спальня. Он попытался было открыть дверь, не спуская меня с рук, но вовремя понял, насколько глупа эта затея, поставил на землю и потянулся к ключу, надежно спрятанному в кармане…
А когда отыскал его, внезапно обнаружил, что я уже успела одернуть футболку и уверенно направилась к своей спальне.
— Ксюша? — удивленно переспросил Кирилл.
— Спасибо, что донес, — улыбнулась я, — туфли неудобные, однако, устала. Хорошего вечера.
— Что значит хорошего вечера?! — опешил Воронцов. — А как же… Как же мы?
Я взглянула на него даже с некоторой жалостью. Мы… Этих "мы" не существовало — как минимум потому, что я была уже не той наивной идиоткой, которая способна поверить в весь этот детский лепет на лужайке.
— А ты не можешь сказать это всё кому-нибудь другому? Например, Асеньке или какой-то другой девице? — поинтересовалась я. — Мне показалось, что тебе это нетрудно.
— Что ты…
Я ухмыльнулась.
— А то, Воронцов, что я уже однажды слышала эту сказку про Золушку, первую простушку, которая в самом деле приглянулась прекрасному принцу. Но… К сожалению, так сложилось, что у Золушки хорошая память. Так что, прости, но ночи любви не будет, — я с такой легкостью пожала плечами, что, кажется, ввела Кирилла в ступор. — Но ты можешь воспользоваться Асенькой или даже своей рукой, если пожелаешь.
 
Я добилась-таки того, чего хотела: Воронцов резко покраснел, побагровел даже, и поднял на меня совершенно возмущенный, шокированный взгляд.
— Что ты несешь?!
— Ничего такого, — развела руками я.
— Да я был искренен!
— Как и в первый раз.
Кирилл пораженно взглянул на меня и прошептал:
— Так у нас с тобой что-то было? Но… Кто?..
Я усмехнулась.
— Вот вспомнишь, — проворковала я, — тогда и приходи. А пока что, Воронцов, будь добр, оставь меня в покое. Я твоя личная помощница, а не личная любовница, надеюсь, ты это понимаешь. Приятного вечера, Кирюша.
Подмигнув парню напоследок, я уверенно скрылась за дверью собственной комнаты, ещё и на всякий случай думала подпереть её каким-то стулом, но потом решила, что Воронцов — не самоубийца, не полезет в спальню к девице, прекрасно зная, что девица и послать может, и стукнуть чем-нибудь тяжелым, если вдруг понадобится.
Однако, я ошиблась. Зашла не дальше кровати, не успела даже взять ночную сорочку, чтобы переодеться, как Воронцов без стука распахнул дверь настежь и застыл на пороге моей спальни.
— Что надо? — совершенно неласково поинтересовалась я, окинув его скептическим взглядом. — Зачем пришел? Если продолжить начатое, то вот там в соседней спальне плачет Асенька, поди-ка утешь её, а? А то она уверена, что она тебе не нужна.
— Она мне не нужна! — подтвердил Асенькины опасения Воронцов. — Мне ты нужна! Я к тебе пришел! Разве ты этого не понимаешь?
Я взглянула на него, как на идиота. Ну, понимаю, конечно же, иначе с какой бы это радости я его послала? Но как же, однако, Воронцова это задело! Он сейчас смотрел на меня так, как обычно смотрят отвергнутые мужчины на своих возлюбленных, которых собираются добиваться всеми правдами и неправдами, и кривовато так улыбался, явно недоумевая, с чего б это я вдруг заартачилась.
— Мы с тобой были знакомы? — севшим от волнения голосом поинтересовался у меня Воронцов, ещё и сделал такой страшный взгляд, что, будь я их пугливых, уже прям сейчас спешила бы сознание терять. Одна беда, я как-то не страдала особенной склонностью к остановке сердца, а все эти пылкие взгляды на меня в исполнении Воронцова не действовали ровным счетом никак.
Вот он бы с Алексом, с одним из наших деловых партнеров, познакомился, понял бы, что стреляй глазками, не стреляй, а таких всё равно не перестреляешь! Вот там мужчина-мечта, как посмотрит, так просто сердце в пятки.
Но мечты, они это, часто занятые, а то и вообще женатые, а такое, как Кирилл, можно на каждом углу найти. Возможно, не настолько богатое, но сродни Воронцову по характеру.
— Да, были, — отозвалась я. — А что было непонятного в том, что я только что тебе сказала?
— И у нас с тобой был секс? — с гневом поинтересовался Кирилл.
— Я тебе больше скажу, — расплылась в улыбке я. — У нас с тобой даже отношения были!
Воронцов заморгал. В студенческий период отношения у него были едва ли не каждую неделю, и каждая барышня свято верила, что она станет его единственной. Наивно.
Я тоже верила.
Обожглась, но заставила себя действовать более уверенно, измениться, стать… Стать другой. Такой, что Воронцов уж точно о меня ноги вытереть не смог бы.
— Ты меня даже не помнишь, влюбленный, — ухмыльнулась я. — Так что вали-ка ты отсюда, пока не поздно.
…Мне было девятнадцать, я училась на отлично и была тихоней, которую никто никогда не замечает. Воронцов учился на пару курсов старше, перебрал уже всех девушек из своей группы, но я и понятия не имела, что там у него происходит. Я прилежно училась и не знала, где найти деньги, чтобы удержаться в столице, а ещё лучше — выбраться из грязной, достающей общаги, нормально жить. Повелась, как и все остальные, на цветочки, кафе и одну прогулку под луной. Сдуру даже позволила себясоблазнить.