Олегархат им. тов. Сталина (СИ)
Ну а то, что в районе любые непродовольственные товары только по картам и продавались, не давало возможности тратить «нетрудовые доходы» для приобретения любых «предметов роскоши» — и этот момент очень понравился руководству ОБХСС, так что там, разве что не припрыгивая, были готовы всеми силами помогать в том, чтобы карточную систему немедленно по всей стране вводить — но пока это было невозможно. И из-за багов в самой системе, и из-за того, что просто карт достаточное количество сделать не получалось. Сейчас сами карты изготавливались на небольшом заводике, открытом в соседнем райцентре, в поселке Ухолово (с ударением на первую букву у него название читать следовало). Но заводик (как и сам поселок) был небольшим, да и персонал пока опыта в работе не набрался, так что эксперимент экспериментом по крайней мере до конца года так и останется.
Однако лично для меня интерес представляла не «новая» платежная система как таковая, а создаваемая для ее внедрения (ударными темпами создаваемая) система цифровой связи. И особо интересной она для меня становилась в том числе и потому, что в ее создании стали очень заинтересованы и ОБХСС, и железнодорожники, и «советские банкиры», всеми силами (и, «по возможности», финансами) помогающие эти системы максимально быстро строить и внедрять. И не жалеющие собственных усилий по ее строительству: в Московском метро, например, мало что по всем тоннелям уже в начале лета бросились «оптику» прокладывать, так еще и разработчикам в Зеленограде руководство метро стало изрядные премии подкидывать за установку на каждой станции «узла связи на базе ЭВМ». То есть там ставились самые современные маршрутизаторы сети, и эту работу полностью «пас» метрополитен — а мне даже отвлекаться на наблюдение за успехами зеленоградцев не требовалось. И я больше внимания уделяла наблюдению за тем, что было нужно уже мне, а в частности — внимательно наблюдала за разработкой, которую вел институт моего любимого мужа. Настолько внимательно, что Сережа даже выкатил мне претензию:
— Свет, ну зачем тебе вся эта совершенно бюрократическая система документооборота? У меня и без нее задач выше крыши, а приходится чуть ли не сотню специалистов держать на задачах, которые любой бюрократ и без вычислительных машин прекрасно делает.
— Ты, Сереженька, просто не понимаешь всей мощи науки бюрократии, а она, между прочим, в состоянии защитить седалище он ненужных пинков и существенно сократить необходимось в напряжении голосовых связок.
— Это ты что имеешь в виду?
— Меньше мне приходится орать и раздавать пинки, в том числе на тебя и тебе. Вот сам смотри: сейчас ты, как крупнейший специалист по матлингвистике, должен за год разработать систему автоматического перевода с корейского на русский и наоборот.
— И на кой черт нам эта система нужна?
— Я тебе это чуть позже объясню, рассмотрим сначала саму задачу. Ты отдел под нее создал?
— Да.
— А сколько там людей будет работать, ты помнишь?
— Нет, конечно, я этого и не знал, ведь отдел-то только формируется, даже штатное расписание для него не составлено.
— Но начальник создаваемого отдела уже это прикинул и внес в систему данные о том, что в отдел нужно будет набрать десяток программистов и минимум шесть корейцев-переводчиков. Ну и наших лингвистов человек семь. Итого, с учетом вспомогательного персонала — про который, кстати, твой новый начальник отдела еще даже думать не начал — тебе потребуется минимум тридцать семь человек дополнительно на работу взять. Потому что наука бюрократия уже знает, сколько потребуется техников, обслуги для новых компьютеров, секретарей-машинисток и курьеров — и тебе нужно будет где-то поселить восемнадцать примерно новых сотрудников, потому что остальные, как науке известно, жильем уже будут обеспечены. Но это мелочь, тебе потребуется для новых сотрудников еще двадцать две малых вычислительных машины, минимум два мощных сервера, столы, стулья, какое-то оборудование дополнительное в столовую — ведь им потребуется уже больше народу-то кормить. Дополнительные места в пионерском лагере нужны будут, в детских садах и яслях — и все это нужно будет тебе обеспечить до того, как набор новых работников начнется.
— А ты откуда все это… посчитала?
— Откуда-откуда… мне нужна работающая система документооборота для того, чтобы я этого вообще никогда не знала, так что приходится за этим следить. Вот когда все заработает, мне на все это будет плевать, система сама составит и разошлет нужные документы нужным людям и мне не придется писать товарищу Киму письмо с просьбой срочно изыскать корейцев-переводчиков. И он, кстати, о таком запросе тоже знать ничего не будет, потому что документы пойдут непосредственно тем людям, которые за эти вопросы отвечают. То есть если ему будет очень интересно, то узнать о таком запросе он, конечно, сможет — но что-то мне подсказывает, что ему не до того, чтобы каждой писулькой интересоваться.
— Но такая система, про которую ты говоришь, она же очень сложная и там потребуются такие каналы связи…
— Да. Поэтому сейчас я, а не система, которую я жду, как манну небесную, отправляю в Томск на завод ЭВМ запрос на изготовление полусотни маршрутизаторов для обеспечение всех линий связи от Москвы до Пхеньяна…
— Я одного не пойму: что ты там, в Корее, такого важного нашла, что мы столько сил тратим на то, чтобы у них стало… все автоматизировано? Ведь ты им, по сути, просто бюрократию на ЭВМ переводишь. Я понимаю, что в Корее бюрократов… то есть живых людей-бюрократов меньше потребуется, но ведь и нам…
— Нам нужна мощная вычислительная техника, причем ее нужно очень много. А чтобы эту технику делать не за безумные деньги и в достаточных количествах, нам придется выстроить в Корее как минимум один мощнейший завод по выпуску полупроводниковых приборов. У нас и так почти половина продукции делается из корейского галлия с корейским же индием, а по мелочам если смотреть, то корейцы — если не будут массово на бюрократию отвлекаться — смогут нам помочь вчетверо выпуск вычислительной техники нарастить. Но у них людей просто очень мало… пока, так что каждый кореец, способный работать на заводе, нам очень дорог. В перспективе очень-очень дорог: мне же не нужно тебе объяснять, сколько рабочих рук экономит нам каждый, допустим, станок с ЧПУ?
— Так ты коммунизм решила в СССР досрочно построить? В Иваново через месяц, говорят, поставят на испытания новый станок, который с твоей подачи назвали «обрабатывающим центром», он один сможет пару цехов опытных рабочих-станочников заменить…
— Сереж, я слово «коммунизм» рассматриваю исключительно как неприличную шутку. То есть в узком мужском кругу так пошутить иногда и можно, но в присутствии женщин и детей это слово все же вслух произносить неприлично. А новый обрабатывающий центр — это замечательно, однако программы к нему ведь люди должны будут писать, и эти люди должны будут иметь и образование соответствующее. Практика показывает, что такой центр позволяет одному рабочему-станочнику средней квалификации выполнять работу, которую без него должны будут делать минимум полсотни очень опытных рабочих, но количество работников на заводе сократится не так кардинально: потребуются инженеры-наладчики, инженеры-программисты, другие высококвалифицированные специалисты. То есть потребуется существенно поднять уровень подготовки персонала — а для этого и преподавательские кадры нужны будут. Да, людям физически работать нужно будет меньше, но вот головой придется им думать в целом больше — а за это им и платить нужно будет соответственно. Именно платить, деньгами — а это значит, что никакого коммунизма можно не ожидать. Зато можно и нужно ожидать социализм, тот социализм, про который товарищ Сталин писал в своих работах — и вот когда он будет построен, и все остальные будут коммунизм воспринимать в качестве пошлого анекдота.
— Пока ты свой социализм построишь, тебя десять раз убьют, — очень грустно и с реальной тревогой в голосе ответил Сережа.