Король Умбры (ЛП)

Он бешено замахнулся, но она пригнулась и нанесла жестокий удар правой, который откинул его голову назад, за которым последовал удар левой в горло. Схватив его за здоровую руку, она перекинула его через плечо, оседлала и начала бить его по виску, глазу, щеке, рту и всему, до чего могла дотянуться. Он предал ее, и он причинил боль, Беллине.
Дверцу книжной полки сорвало с петель, и комнату заполнили тени, но она не остановилась. Сильные руки оторвали ее от земли, и она боролась с их хваткой.
— Это был он! — закричала она, пытаясь вернуться к Талленту, чтобы наказать его за то, что он сделал.
Тени отступили, и руки Кая крепко держали ее, пока она боролась.
— Посмотри на него, Рори, — сказал Кая ей. — Посмотри на него.
Она остановилась и посмотрела на окровавленную кучу на полу. Череп Таллента был частично проломлен, а глаза остекленели. Ее грудь вздымалась, когда она смотрела.
— Он причинил боль Беллине, — прохрипела она. — Он напал на меня.
Она приходила в себя после истерики, и ледяное спокойствие Мясника взяло верх. Осуждать виновных было привычно; это был дом.
— Отпусти меня, — приказала она, и Кай подчинился, заметив произошедшую в ней перемену.
Она присела на корточки рядом с Таллентом.
— Если бы у меня были мои крючки, я бы выставила тебя на всеобщее обозрение.
Встав, она встала и повернулась к Кайусу.
— Найди Нину. Она заплатит за то, что сделала.
Осмотрев костяшки пальцев на правой руке, она вздохнула. Понадобятся зелья, чтобы залечить ее сломанные кости.
Кай не задавал ей вопросов.
— Мы найдем ее вместе, как только разберемся с этим беспорядком. Даю тебе слово.
Она коротко кивнула и ушла в душ.
— Уберите баррикаду на нашей главной двери, или я сделаю это сама.
Губы Кая дрогнули.
— Да, ваша светлость.
Глава 39
Нина сидела перед своим туалетным столиком, расчесывая волосы немного жестче, чем необходимо. Что было не так с этими мужчинами? Ни один из них не мог справиться с работой, которую она им поручала. Она вздохнула и выдвинула ящик, чтобы проверить свой запас зелий.
Когда она была в Эрдикоа, она часто помогала своей матери готовить незаконные зелья для продажи на подпольном рынке. Их специальностью было приготовление сомнительных зелий из обычных, повседневных.
Она и ее мать часами проводили в мастерской ее матери, смешивая разные вещи и пробуя их на случайных добровольцах. Это была удача, что Нина тоже родилась алхимиком, и она следовала за своей матерью с тех пор, как стала достаточно взрослой, чтобы ходить. К счастью, зелья в аптеке были уже приготовлены, и для их смешивания не требовалось магии. Заклинания слились сами по себе.
Немногие алхимики были такими талантливыми миксологами, как Нина и ее мать. Даже если бы они разоблачили ее, она знала, что Кай не отправил бы ее в ад. Он любил ее, что бы ни говорила эта маленькая сучка — мясница.
Для воздействия на более сильных мужчин требовалось более сильное зелье. Ее нынешнее зелье, сводящее с ума, не было мощным и действовало только на слабых. Она находила мужчин, которые смотрели на нее с вожделением, разговаривала с ними, чтобы увидеть, насколько они доверчивы, и когда находила идеальных кандидатов, она слизывала зелье со своего пальца, целовала их, а затем немедленно облизывала другой палец, содержащий противоядие.
При регулярных дозах они были как замазка в ее руках, ничего так не желая, как выполнять ее приказы. Ей предназначалось стать королевой, и до появления Авроры она была на верном пути.
Однажды она попробовала зелье на Каиусе, но оно не сработало. Он был слишком силен. Найти способ сделать свое зелье сильнее будет ее следующим курсом действий.
Как раз в этот момент она услышала, как дверь в ее квартиру распахнулась, и, прежде чем она смогла встать, чтобы разобраться, Лорен, внушительный член легиона, вошла в ее спальню с убийством в глазах.
Глава 40
  
Рори стояла рядом с Каем на помосте, по бокам от него Сэм и другие стражи порядка, когда Лорен втащила Нину за руку.
— Что все это значит? — требовательно спросила рыжеволосая.
— Я не сделала ничего плохого!
Ногти Рори впились в ее ладони, когда она боролась с желанием броситься на мерзкую женщину, и как только Нина встала у подножия помоста, глядя на них со всей ненавистью, на которую была способна, Рори улыбнулась.
— Привет, Нина, — проворковала она.
— Не разговаривай со мной, сука — мясница, — выплюнула женщина, явно лишенная чувства самосохранения.
Нина повернулась к Кайусу, изображая девицу в беде.
— Ваша светлость, что бы она ни сказала, это ложь. С тех пор как она прибыла, она ужасно обращалась со мной, распространяя ужасные слухи. Я только пытался защитить себя, потому что боялся за свою жизнь.
Она плакала большими крокодиловыми слезами, и Рори пришлось отдать ей должное — она была хорошей, и если бы Рори не видела ее зла воочию, она, возможно, поверила бы ей.
— Вы обвиняетесь в заговоре против товарища по заключению и будущей королевы Умбры, — прогремел Кай, его голос эхом отозвался в большой комнате.
Нина отшатнулась и перевела взгляд с Рори на короля
. — Нет, я этого не делала. Я только защищала себя, — закричала она.
— Она замышляла убить меня!
— И теперь ты приклонишься своему королю.
Его улыбка была безжалостной.
— Твой приговор — смерть.
Он повернулся к Рори, давая ей добро продолжать, и ее собственные губы скривились в озорной улыбке. Вид лица Нины, когда она спускалась по ступеням помоста, доставил ей огромное удовлетворение.
Нина боролась с хваткой Лорен, и другой член легиона взял ее за другую руку, чтобы поддержать. Когда Рори встала перед женщиной, она заглянула глубоко в ее глаза и протянула ладонь.
Сэм вложил ей в руку черный кинжал, и она отвернулась от Нины, чтобы осмотреть его. Когда она повернулась обратно, Нина забилась, пытаясь высвободить руки.
— Нет! Ты не можешь этого сделать!
Она сопротивлялась сильнее, и Рори схватила ее за волосы, чтобы удержать на месте.
— Передай Оркусу привет от меня, — промурлыкала она, повторяя слова Кая.
Она полоснула кинжалом по шее Нины и наблюдала, как хлынула кровь. Когда бульканье Нины наконец прекратилось, ее тело резко упало вперед.
Повернувшись к Кайусу, Рори подняла кинжал.
— Могу я оставить это себе?
Тень улыбки заиграла на его губах.
— Ты можешь оставить ее голову себе, если хочешь.
Вот почему они были созданы друг для друга. Он понимал ее дикость, даже восхищался ею.
Когда она стояла лицом к королю и слышала, как безжизненное тело Нины волокут по мраморному полу, она знала, что любит его.
Он был неправ.
Она пала первой.
Той ночью Кай стоял в дверях ванной, наблюдая за Рори через стеклянную дверь душа. Видеть ее силу сегодня было волнующе, и это подтвердило, какой великой королевой она была бы, если бы ей дали шанс.
Ее глаза все еще были опухшими, но не от драки. Таллент не нанес удара, потому что она была готова. Однажды они взяли над ней верх, и она не допустит этого снова. Нет, ее лицо распухло от слез из — за новостей о ее матери, и Кай мучился из — за этого весь день.
Он не мог позволить Рори страдать, и она бы это сделала, зная, в каком состоянии была ее мать. Он подал бы прошение Адиле привести Ленору сюда, но допустить невинного в Винкулу было неслыханно.
Если бы Ленора попала в Винкулу, ее способности исчезли бы, поскольку ее сущность была бы перекачана на питание Эрдикоа, облегчая ее безумие. Это могло бы сработать, если бы только его сестра согласилась. Если бы Адиле пришлось улаживать это с Гедеоном, это было бы "нет", но, возможно, она согласилась бы на это, не обращаясь к их брату.