Король Умбры (ЛП)

Легкая улыбка тронула ее губы.
— Спасибо.
Они говорили обо всем, о чем могли подумать, пока не зашло солнце Эрдикоа, и той ночью, когда они лежали в постели, окутанные посткоитальным блаженством, Кай влюбился в Аврору Рейвен.
Глава 38
Несколько дней спустя Сэм вошел в кабинет Кая с сумкой зелий и мрачным выражением лица.
— С возвращением, — сказала Рори в знак приветствия, с подозрением относясь к его поведению.
Он казался отстраненным, и ужас проник в ее кости.
— Ты смог найти зелья?
— Смог, — неопределенно ответил он, ставя сумку на стол Кая.
— Тогда почему ты выглядишь так, словно тебе подрезали крылья? — осторожно спросил Кай.
Взгляд Сэма метнулся к Рори, и его и без того мрачное лицо потемнело.
— Это твоя мать.
Рори вцепилась в подлокотники своего кресла.
— Что с ней не так? С ней все в порядке?
Кай молчал, и его глаза были прикованы к ней, когда Сэм прочистил горло.
— Ее вспышки гнева стали еще хуже. Она постоянно зовет тебя и становится опасной для самой себя.
Он колебался.
— Если твои друзья не смогут в ближайшее время взять ее под контроль, она либо попадет в тюрьму, либо они будут вынуждены поместить ее в заведение для Сивилл, санкционированное Короной.
Царство Рори рухнуло, и слеза скатилась по ее щеке.
— Нет. Нет, они не могут.
Она растерянно огляделась.
— Это моя вина. Она ищет меня, и я… я сделала это с ней.
Никто не потрудился сказать ей обратное, потому что это была правда.
— Все еще есть шанс, что она успокоится, когда поймет, что ты не вернешься, — попытался успокоить ее Кай.
Рори покачала головой.
— Она упряма, даже когда в ее голове царит сумятица. Она никогда не перестанет искать меня.
Она прижала кулак ко рту, чтобы взять себя в руки.
— Что с моим отцом?
— Он уволился с работы и нашел ночную работу, чтобы оставаться с ней днем, а твои друзья по очереди остаются с ней ночью, — ответил Сэм.
— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы не допустить ее в лечебницу, но придет время, когда это будет не в моей власти. Мне жаль, Рори.
Обхватив голову руками, она плакала сильнее, чем когда — либо прежде. Смерть Коры не была ее виной, но вспышки гнева ее матери были. Рори подняло в воздух, когда Кай подхватил ее на руки и отнес в их комнату.
На следующий день стук в дверь пробудил Рори ото сна, и когда Кай открыл ее, Таллент стоял с другой стороны. Он выглядел удивленным, увидев короля.
— Я пришел повидать Рори и спросить о Беллине, — сердечно сказал он.
Кай кивком похлопал Таллента по плечу и впустил его.
— Ты останешься с ней, пока я проверю, как там Беллина? Сегодня утром она должна была принять несколько зелий, а мы должны были встретиться через полчаса.
— Да, ваша светлость, — ответил Таллент, прежде чем повернуться к Рори.
— Если вы не возражаете?
Она слабо кивнула, и Кай подошел, чтобы поцеловать ее на прощание.
— Я вернусь, как только смогу. Дай Талленту знать, если тебе что — нибудь понадобится, и не выходи из этой комнаты одна.
Еще один кивок — это все, что она смогла выдавить. Ее горло саднило от слез, а глаза распухли до неузнаваемости. Когда Кайус ушел, Таллент кивнул в сторону ванной и, извинившись, вышел, а когда вернулся, сел на край кровати. Между ними повисло молчание, прежде чем он протянул руку и похлопал ее по ноге в знак молчаливой поддержки. Что тут было сказать?
В конце концов, его голос прорвался сквозь тишину.
— Мы скучаем по тебе, малыш.
Он слегка сжал ее голень и убрал руку.
— Девочки спрашивали о тебе, и поскольку у меня был выходной, я вызвался прийти проведать тебя.
Она заставила себя сесть и схватила стакан воды с кровати, чтобы промочить горло.
— Спасибо, — сказала она, сделав глоток.
— Беллина потрясена, но физически она в порядке. Я имею в виду, за исключением дыры в ее памяти.
У Таллента перехватило горло.
— Хорошо.
Его глаза проследили за выражением ее лица.
— Есть ли другая причина, по которой ты плакала? Ты выглядишь так, словно прошла еще один круг с лестницей.
  
Его губы изогнулись в дразнящей улыбке, и у нее вырвался тихий смешок.
— Я получила плохие новости о моей матери.
Ее глаза горели, и она боролась со слезами.
— Когда Беллина почувствует себя лучше, мы должны приготовить ужин и напитки.
Таллент снова вздохнул.
— Это было бы здорово, но, к сожалению, ты не сможешь этого сделать.
Кай стоял в изножье кровати Беллины, ожидая, подействует ли зелье памяти.
Он прибыл рано с тех пор, как Таллент пришел навестить Рори, и после того, как первое зелье не подействовало, Беллина попробовала второе.
— Мы дадим этому еще несколько минут, прежде чем попробовать третье, — сказал им доктор, и Беллина кивнула.
Она немного поколебалась и схватилась за голову, закрыв глаза.
— Я… я думаю, это работает.
Руки Кая опустились по бокам.
— Не торопись.
Она сморщила лицо, и ее голова дернулась.
— Я помню, как столкнулась с Таллентом в коридоре.
Она покачала головой.
— Он сказал, что ему нужно поговорить со мной о Рори, и спросил, можем ли мы поговорить в моей комнате.
У Кая зазвенело в ушах.
— Что еще?
Беллина ахнула, и ее полные слез глаза распахнулись.
— Это был Таллент.
Ее рот открывался и закрывался, когда ее тело сотрясалось.
— Он… он прижал меня к земле и влил зелье мне в горло, и он..
Она подавилась рыданием.
— Он сделал это.
Кай не остался, чтобы услышать остальное, и рыдания Беллины преследовали его, когда он мчался обратно к Рори.
— Что? — растерянно спросила Рори.
Таллент встал и упер руки в бедра, опустив голову.
— Ты не могла оставить Нину одну, не так ли?
Она не могла уловить смысл того, что он говорил.
— Ты знаешь, она хотела только счастья, а ты отняла это у нее. Ты унизила ее.
Его презрительный смех резал ей слух. Что — то в нем изменилось.
— Она была раздавлена, когда услышала ложь, которую ты распространяла о том, что ты супруга короля.
Лицо Таллента окаменело от ненависти.
— Как будто король будет женат на ком — то вроде тебя.
Она вздрогнула, и ее пульс ускорился, когда она сползла с кровати.
— Почему ты это делаешь? Нина была ужасна со мной с самого начала.
Он двинулся, и она отступила назад, проклиная Кая за то, что тот забаррикадировал главный вход в их комнату.
— Ты должен был быть моим другом. Как ты можешь принимать ее сторону?
Она ахнула от ужаса.
— Ты причинил боль Беллине?
— Это должен был быть я, — просто сказал он.
— Нина — произведение искусства, и ты знаешь, как сильно я люблю искусство.
Его улыбка была безумной, и она встала на ноги, готовая сражаться.
— Я всегда восхищался ее красотой, а когда она начала работать в магазине хобби, я понял, как ошибался в ней. И в тебе.
Рори отчаянно покачала головой.
— Нет, Таллент, она манипулировала тобой. Это то, что она делает. Ты не хочешь этого делать.
Его голова склонилась набок.
— Да, я хочу.
Он бросился на нее, и она отпрыгнула в сторону, чтобы побежать к книжной полке, проклиная глупую штуковину за то, что у нее кнопка вместо ручки. Таллент схватил ее за волосы и рванул назад, из — за чего крик вырвался из ее горла. Она хотела подстричься как можно скорее.
Она развернулась на каблуках, ткнув ладонью в его локоть, чрезмерно разгибая его, и он взвыл от боли, отпуская ее волосы. Борьба была ее единственным вариантом, и она молилась, чтобы у Таллента не было подготовки.
Не дожидаясь, пока он нападет, она бросилась на него и ударила ногой в колено, заставив его согнуться пополам. Он выпрямился, и выражение его лица заставило ее ахнуть. Он был совершенно безумен, и ее сердце разбилось из — за друга, который, как она думала, у нее был.