Complete Maximum (СИ)

Чонгук кончает. Так, как не кончал никогда. Он стонет в голос, выстанывает имя Тэхёна, не выдерживает и зарывается руками в волосы, инстинктивно выгибаясь бёдрами вверх. В голове пусто. Под закрытыми веками взрываются галактики. Сердце заходится в бешеном ритме. Чонгук впервые чувствует такое после секса. Будто бы они не просто переспали. Что-то тут не так. Он чувствует, что ему безумно холодно, тело от макушки до пят сводит судорогой, но при этом каким-то образом бросает в жар, заставляя капельки испарины собираться над верхней губой и прилепляя чёлку ко лбу.
«Умница».
Тэхён чуть-чуть не успевает выпустить член изо рта, когда Чонгук прижимает его голову к себе, выгнувшись. Слегка садануло по горлу, Тэ давится и едва сдерживает рвотный позыв. Но он ещё не закончил с экзекуцией.
Чонгук бьётся в конвульсиях, заходясь стонами, и пытается свести колени. Тэхён снова удерживает его, оставляя их разведёнными в стороны, и вбирает в себя член ещё раз глубоко, а потом быстро движет головой вверх-вниз, буквально скобля все нервные окончания чёртовым пирсингом, очень быстро, очень сильно, заставляя Чонгука кричать.
«Ещё чуть-чуть, малыш».
— Тэ…хён, я всё… давно, — хнычет Чонгук, зовёт его по имени и умоляет остановиться, пытаясь справиться с собственным телом, но Тэ не останавливается.
Болезненно присосавшись к головке и подразнив её пирсингом на языке, Тэхён наконец выпускает член Чонгука окончательно, отметив, что слава Богам, Чонгук любит ультратонкие.
Чонгук мечется в кровати. И стоит Тэ его отпустить, как тот инстинктивно пытается сжаться калачиком. Тэхёна выбрасывает к чертям из собственного тела куда-то в астрал от наблюдения такого оргазма. И это он ему его устроил. Он не даёт Чонгуку свернуться, навалившись сверху. Держит за шею, всматриваясь в обезумевшее от приятной пытки лицо, красные щёки, весь лоб в испарине, Чонгук будто задыхается, чёлка эта дурацкая… «Блять, как красиво».
— Тихо, тихо, малыш, подожди, ты же не хочешь, чтобы резинка испортила всё впечатление, — придерживая колени, которые Чон отчаянно пытается свести, своими коленями, Тэхён освобождает стонущего при малейшем прикосновении Чонгука от презерватива и лишь потом отпускает.
— Переведи дыхание, — целует в дрожащую макушку и уходит в ванную, у него у самого резинка, и она очень мешает жить. Последние минут десять уж точно.
Тэхёна нет около минуты. Вернувшись, он в полоборота усаживается на край кровати, но тут же оказывается утянут под одеяло к разгорячённому и всё ещё подрагивающему телу Чонгука в объятия. Тэхён смеётся, когда Чонгук смазанно целует его в нос.
— Тэ, ты что со мной сделал, я чуть не умер, — уткнувшись в шею, а голос охрипший до невозможности. «Тэ, значит».
— Наказал, не так, как планировал, конечно, но да ладно.
— Я готов тебе каждый день мозг трахать в казино, если ты будешь так наказывать, — что за бормотание такое сиплое? Тэхён ловит себя на мысли, что снова начинает заводиться.
Тэ гладит его по спине, отмечая, что тот дрожит от каждого прикосновения. «Всё тело сейчас — одна большая эрогенная зона».
— Пирсинг, значит, — хриплый сонный голос, Чонгука потихоньку отпускает.
— Сюрприз, — усмехается Тэ, — Чонгук, мне домой надо, мне на работу ехать к восьми вечера, а у меня нет вещей с собой и помыться надо, — сонно тянет Тэхён. Впервые у него действительно нет на это сил.
— Ага, щас, спи. Я отвезу тебя завтра. Вещи мои возьмёшь, ванна, как видишь, тоже имеется, — голос почти сошёл на нет.
— Я не поеду на твоей тачке, она палевная слишком.
— У меня другие есть, выберешь сам, на чём поедем, все тонированные, не бойся, не спалит никто, — Чонгук откровенно зевает, — всё спи, я тебя не выпущу сегодня никуда.
Объятия, и правда, чересчур крепкие, чтоб пытаться из них выпутаться.
Три.
— Чонгук.
— М?
— Никогда никому так слепо не доверяй. А если бы я маньяком оказался?
— Ну не оказался же, мне повезло, — сонно нежится носом о чужую мягкую щёку.
Тэхён выдыхает. Неплохо бы разобраться, что сейчас произошло. Но это всё потом.
 
Тэ находит губы Чонгука своими и увлекает его в глубокий, тягучий поцелуй, сплетая языки, нежно поигрывая пирсингом, выцеловывает каждую губу по отдельности и снова глубоко целует. Чонгук улыбается ему в губы и шепчет:
— Ну наконец-то, — пауза, — завтра скажешь, что это всё по пьяни было? — поднимает на Тэ совершенно осоловелый взгляд.
Тот залипает. Проводит пальцем по нижней губе, слегка оттягивая её.
— Я уже протрезвел сто раз, спи, — чмокает в губы и прижимает к себе горячее тело Чонгука ещё плотнее, наощупь убирая со лба прилипшие прядки.
«Мы едва знакомы, какого хрена».
«О том, что делать завтра, я подумаю завтра».
Комментарий к Part 3. Responsibility
Большое спасибо за отзывы, главы выходят не так часто, как хотелось бы, но это только потому, что я очень боюсь скомкать сюжет. И по 800 тысяч раз всё перечитываю.
Приятного прочтения