Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

– Ты не любишь динозавров?
– А за что любить этих мерзких созданий? Кроме того, почти каждые семь-восемь дней кто-то из рабов погибает мученической смертью. Можно сказать – издержки, отходы.
Никита вспомнил, как за помощью уехала или ускакала – не знаешь, как правильно сказать – женщина именно на аллозавре. Стало быть, не почудилось.
– И много у вас динозавров в войске?
– Не знаю, надо у воинского начальника спросить.
– Увы, это невозможно. Он бросился на Фима – ты его знаешь – с мечом, и был убит.
– Жалко. Его в городе знали и уважали.
– Сделанного не изменишь. Ты лучше расскажи, какие страны или племена вас окружают, соседствуют, чего от них ждать?
– На полуденную сторону десять дней пути – страна зырян. Они смуглы, упрямы и воинственны. Это единственный наш враг, и хорошо, что он далеко. Племя многочисленно, но передвигаются они пешком. На восход от нас мизгири, до них семь дней пути. Их город называется Парват. Племя мирное, занимаются ремеслами, ткут великолепные ткани – наши торговцы часто там бывают. На полуночную сторону горы и лес, там никаких племен нет. А на закатную, у реки – племя рыбоедов – так они себя называют. У них нет крупных селений, деревушки по три-четыре дома. У них очень вкусная копченая и сушеная рыба. В дни, когда полная луна, они приплывают на лодках и меняют рыбу на товары. Мы с ними никогда не враждовали. У них вождь – женщина, и в семьях главнее тоже женщины.
– Матриархат, – вспомнил словечко Никита.
– Не слыхал такого. Это что?
– Когда женщины правят.
Они говорили долго, весь день с перерывом на обед. Никиту интересовало все: есть ли горы, где протекают реки, растут ли в лесах ядовитые плоды, какому богу поклоняются и много чего еще. Ему хотелось знать все, поскольку племя для него было новым. А старик был просто кладезем знаний.
Конечно, после ознакомления, хотя бы периодического, надо было проехать по селениям самому, познакомиться с жителями, узнать обстановку. Но пока дел было полно и в Беддахе.
Не было у Никиты опыта управления крупным населенным пунктом, множеством людей. Аюб дал приблизительную численность жителей города – три тысячи человек. По сравнению с двумя сотнями племени азуру, где он каждого знал в лицо и по именам, разница существенная. Да и ехать было не на чем. Коней в стране караимов не было, а ехать на аллозавре он побаивался. Кто знает, что при виде его зашевелится в тупой башке кровожадного хищника?
Однако дела пришлось прервать уже ночью. К Никите пришел Фим и с ходу заявил, что прибежал гонец. Он взволнованно что-то говорит, но Фим не знает языка.
– Иди за Аюбом.
Черт! Плохо без знания языка, а учить нет времени. Он ведь вождь объединенного племени всего неделю, за это время ни один полиглот не сумеет освоить незнакомый язык.
Через полчаса явился Фим. Аюба он просто принес – для быстроты. Вместе с ним впустили и гонца. Он едва держался на ногах, был пропылен, глаза ввалились, видно – прошел или пробежал изрядную дистанцию.
– Аюб! Прости, что не дали отдохнуть. Спроси у гонца, что случилось?
Старик стал разговаривать. Гонец говорил сбивчиво, Аюб несколько раз переспрашивал, а затем повернулся к Никите:
– Беда! С полуденной стороны идет большое войско!
– Зыряне?
– Нет, он смог бы отличить. С его слов, зыряне потерпели в битве поражение, а незнакомцы идут в нашу сторону, они уже на нашей земле. Гонец плыл на долбленой лодке, потом бежал. Он очень устал.
– Сколько чужеземцев?
– Я спрашивал, он не знает. Говорит – много, несколько сотен.
– Спасибо. Накорми его, Аюб, и дай приют.
Аюб с гонцом ушли, а Никита с Идой и Фимом устроили совет.
– Что делать будем? К городу чужеземцев подпускать нельзя. Город почти не защищен, а воинов у нас мало.
– Надо задействовать этих зомби на птеродактилях. Для них расстояние невелико, – сказал Фим.
– Ты хочешь их возглавить? – усмехнулась Ида.
Но Фим отвел глаза. Ему воины не подчинились бы. Тогда придется посылать Иду. Но отпускать ее одну Никита опасался, стало быть, вместе с ней придется ехать самому.
 
– Вроде еще есть воины на аллозаврах, – неуверенно сказал Фим.
– Вроде?
– Их около полусотни, я сам видел; но не считал.
– Тогда так. Мы с утра с Идой идем к летающим воинам. Вылетим вместе с ними, попробуем заставить выступить воинов на аллозаврах. Они уступают в скорости, но будут хорошей поддержкой. Ты, Фим, останешься здесь. Будешь и властью, пока меня нет, и старшим над воинами-азуру. Если враги подойдут, ты должен защищать Беддах, как свой дом. Я на тебя надеюсь.
– Все исполню в точности.
– Старик Аюб будет тебе хорошим советчиком.
– А вы как же без него?
– Ида справится.
Фим ушел.
– Жена моя, сможешь ли ты управлять воинами?
– Ты будешь говорить мне, куда их направлять и что делать, а дальше не твоя забота.
– Уверена?
– Иначе бы не говорила.
– Полагаю, нам придется лететь на этих тварях.
– Да, иного выхода нет. Но я их боюсь.
– Я тоже.
– Ты? Я думала – страх тебе не знаком.
– Я такой же смертный, как и другие. Просто умею держать чувства при себе, не показывать их. Если вождь будет нерешителен, будет бояться – кто из воинов пойдет за таким?
Ночью Никите спалось плохо. Снились незнакомые воины, птеродактили, предстоящий полет на этих тварях. Чистой воды авантюра, просто безумие… И зачем только он влез в эту шкуру? Сидел бы сейчас спокойно со своим, до мелочей знакомым ему племенем, пользовался уважением и почетом. А в Беддахе он вождь пока что только номинально, потому что тиара есть. Если завтра он проиграет битву, его просто изгонят с позором из города. Ладно, позор можно пережить, уйти – но ведь он взял на себя ответственность за жизни и безопасность тысяч людей, надев на себя тиару как знак верховной власти. И отступать уже поздно. Или он победит, или умрет там, хотя бы чести не замарав. Правда, такого слова здесь не знали, но в отношении к некоторым ситуациям оно подразумевалось. Говорили – потерял лицо. С таким человеком никто не побратается, не разделит трапезу, кров. Руки для рукопожатия не подаст, но это здесь и не принято.
Утром он поднялся, как будто не отдыхал, настроение было паршивое. Ида сразу это заметила:
– Садись, ешь. Мы выиграем эту битву, даже если все птеродактили сдохнут, а воины погибнут. У нас нет выбора. – И сама взялась за лепешку.
Как ни странно, но ее слова Никиту успокоили. Да и если верить известной поговорке, аппетит приходит во время еды. И потому, стоило ему съесть пригоршню фиников, как он взялся за лепешку и мясо.
Плотно позавтракав, он поднялся, взял стоящий тут же у стены щит, опоясался мечом.
– Идем, время!
По приказу Фима несколько воинов сопроводили их к воинскому лагерю. Для глаз того, кто здесь никогда не бывал, картина открывалась страшноватая. Сновали воины, визжали, хлопали перепончатыми крыльями и щелкали челюстями птеродактили. На другом конце лагеря ревели аллозавры. Хозяева динозавров безбоязненно подходили к своим хищникам и кормили их с рук кусками мяса.
У Никиты мурашки по коже пробежали. Как им втолковать задачу, как заставить ее выполнить? И в этот момент он услышал голос Иды:
– Никита, пробки!
Никита послушно воткнул пробки в уши, и Ида начала петь. Замолчали все – и люди, и динозавры.
Пела она недолго, но как только закончила, поднялась суматоха. Воины хватали оружие, надевали амуницию. Потом по хвостам ящеров они взбежали им на спины и уселись на основании шеи.
Ида повернулась к Никите, жестом попросив извлечь пробки из ушей.
– Куда им держать путь?
– В полуденную сторону, к землям зырян. Караимов не трогать, а чужаков убивать безжалостно. Пленных не брать. Пусть идут и сражаются, пока не падет мертвым последний враг.
Ида снова запела – и на этот раз недолго.
Аллозавры, повинуясь командам седоков, сорвались с места – Ида с Никитой едва успели отскочить в сторону.