Кровь черного мага 5 (СИ)

Я нагнал своих спутников и со словами «Для поднятия настроения» вручил им по рождественскому угощению. Финбарр взял — и тут же издал странный всхлипывающий звук, а потом, не сдержавшись, захохотал.
— Харди, ты читал, что там написано?
— Нет, конечно. Мне просто показалось, что заяц тебе подойдет.
— Да-да, надпись карамелью «Моему шустрому зайчику», очень подходит, — кузен недобро прищурил глаза, пытаясь выглядеть сердитым. — А у вас что, Карлфрид? И хватит вам уже усмехаться!
Маг хмыкнул и показал ему свой пряник.
— Чуть получше: «Моему храброму рыцарю». Что вам досталось, Маделиф?
Волшебница, казалось, смутилась.
— Да ладно вам, все знают, что на таких пряниках пишут всякие банальности на грани пошлости, этим никого не удивишь, да, Ваша Светлость? — заметил Карлфрид.
— Вообще, этот пряник достался госпоже Халевейн лишь потому, что на нем есть цветок, похожий на маргаритку, как в ее подписи.
— Готов поспорить, что это на самом деле эдельвейс, Ваша Светлость, — Карлфрид хохотнул. — Попали вы.
— Что? — я с недоумением на него поглядел. — Я прекрасно знаю как выглядит эдельвейс и если художник, точнее кондитер, не умеет рисовать…
Я смолк, потому что Маделиф все-таки показала нам подпись.
— Ооо! — только и сказали дружно Карлфрид с Финбарром и первый добавил: — Это точно был эдельвейс.
«Моей любимой супруге, растопившей мое ледяное сердце» — прочел я и убийственно глянул на ухмыляющихся Карлфрида с Финбарром.
— Так, я понял, что шнапс был лишним, — процедил я сквозь зубы и сдержанно добавил: — Простите, госпожа Халевейн, но я действительно не читал, что там написано и не хотел вас смущать.
Волшебница кивнула и мы направились дальше.
— Ты пропал, Харди, — прошептал мне Финбарр.
— Барри, может уже хватит? — я все еще сердился, с другой стороны понимая, что после шнапса и кузен и Карлфрид действительно расслабились и пришли в себя после всего, что они пережили в министерстве.
Финбарр бросил на меня какой-то странный взгляд и, покачав головой, ничего не ответил.
Мы сели в оставленный у входа в министерство «Бронко». Я бросил папку с некромагическими устройствами в бардачок. Ноткер, который все это время ждал в машине, вопросительно посмотрел на нас, но я молча завел мотор и повел внедорожник прочь из города, выбираясь на северо-восточное шоссе. Маделиф задумчиво распаковала свой пряник. В зеркале заднего вида я увидел, как округлились глаза у кобольда, увидевшего надпись, выведенную золотой глазурью на тесте под белым глазированным цветком.
— Эээ, — только и сказал кобольд.
— Его Светлость, решил нас приободрить, купив сладкое, — заметил Карлфрид. — Но про тебя, похоже, забыл.
Маделиф отломила кусочек пряника и протянула Ноткеру.
— Спасибо, госпожа Халевейн, — поблагодарил он. — Но я не в обиде на Его Светлость.
— Тебе, скорее повезло, Ноткер, — хохотнул Финбарр. — Харди купил пряники, не глядя на подписи. Кто знает, что досталось бы тебе?
Он показал кобольду пряничного зайца.
— Ооо, — только и сказал Ноткер.
— Барри, не начинай снова, — я покосился с неодобрением на кузена.
Кобольд поглядел на Карлфрида и тот показал свой пряник в форме рыцаря.
— Хм, мне теперь даже обидно, — заметил кобольд. — Хотя я догадываюсь, по какому принципу вы их выбирали, Ваша Светлость.
— Да? Ну так переместить на ярмарку, купи себе пряник, который бы по твоему мнению я мог бы тебе купить. Угадаешь — дам золотой.
— Я мигом!
Ноткер исчез и через пару минут снова оказался на своем месте между Маделиф и Карлфридом. Закрыв ладонью подпись на прянике, он показал мне глазированный рисунок.
— Готов поклясться, что вы купили бы мне это.
Я посмотрел на рисунок, на котором было что-то вроде пучка лаванды с примесью каких-то на мой взгляд лекарских трав.
— Угадал? — продолжил Ноткер, изучив выражение моего лица. — Потому что первое, о чем бы вы подумали, увидев это, что я увлекаюсь ботаникой и садоводством и разбираюсь в полезных травах. Не так ли?
— Хм, да, пожалуй.
— А теперь, барабанная дробь.
  
Ноткер убрал ладонь, открывая подпись, продемонстрировал всем пассажирам.
— «За то, что создаешь в доме уют, мое сладкое сокровище»! — пробасил Финбарр и захохотал так, что у него на глаза навернулись слезы.
Карлфрид засмеялся следом. Даже измученная Маделиф улыбнулась.
— Если опустить слово «сладкое», подпись вполне подходит Ноткеру, — заметила она.
— Держи сокровище, «мое сокровище», — произнес я и бросил кобольду золотой.
— Спасибо, Ваша Светлость, — Ноткер, довольный, поймал монету и спрятал в карман, распаковал пряник и отдал свою половинку Маделиф. — У меня с другой начинкой, госпожа Халевейн, не отказывайтесь. Чаю?
— Нет, спасибо, — Маделиф задумчиво смотрела на половину своего пряника с надписью.
— Ваш пряник что-то вас расстраивает, — заметил кобольд. — Хотите, принесу вам еще, с более веселой надписью?
— Все в порядке, Ноткер. Просто после посещения министерства, полного мертвецов, я словно получила весточку с того света, — тихо заметила она.
Я глянул на нее, поняв, что подпись оказалось в разы более неуместной, чем я думал ранее.
— Простите еще раз.
— Не ваша вина, что это вызвало воспоминания о моем погибшем супруге.
Я несколько секунд молчал, глядя на ночное шоссе и вспоминая наш последний разговор с Алойзиусом.
— Скажите, вы точно не ошиблись насчет того черного мага, что был на посвящении в герцоги? — спросил я. — Может быть, это всё же тот, у которого к вам счеты и который причастен к гибели вашего супруга и детей?
— У него была другая внешность. Если бы на нем была личина, думаю, вы бы это поняли, Ваша Светлость.
— А если на нем была личина прежде, когда вы с ним сталкивались? — спросил я.
Маделиф чуть удивилась.
— В той старой ситуации это было бы бессмысленно.
— Но возможно?
Я увидел, как волшебница напряглась и как ее тонкие пальцы сжимаются в кулаки.
— Вы думаете, что то черный маг и есть мой старый враг? — едва слышно произнесла.
— Скорее, я этого не исключаю. Простите, что заговорил с вами на болезненную тему. Давайте лучше закончим. И вы поспите, как я вам рекомендовал. Ноткер вам еще шнапса принесет, да, сокровище? — я, прищурив глаза, глянул на кобольда из зеркала заднего вида.
— Ваша Светлость… — в голос кобольда закралась обида.
— Ты сам выбрал тот пряник, так что теперь придется страдать.
— Шнапса больше не надо, от нас и без того, наверное, пахнет алкоголем. Накануне Совета это…
— Да и черт с ним. Ноткер, ты меня слышал? Карлфриду тоже принеси — мне ваше состояние дороже, чем то, что подумают остальные. Финбарру не надо, он уже в норме, — я глянул в сторону смущенного кузена. — Что такое, Барри?
— Да так, припомнил твои методы по снятию стресса… — буркнул он, покосившись в сторону волшебницы.
— Понятно, — ответил я, на миг прищурив глаза и продолжил смотреть на дорогу.
— Черт… — тихо ругнулся кузен и больше уже ничего не сказал.
Ноткер наколдовал для Маделиф и Карфлрида стаканчики со шнапсом.
— Настоян на успокоительных травах, — добавил он. — Так что считаете это лекарством.
Опустошив стаканчик, Маделиф попросила у кобольда плед и дорожную подушку. Ее примеру последовал Карлфрид и оба вскоре заснули.
Финбарр, сидевший рядом, задумчиво смотрел на ночную дорогу и крутил в руках пряник.
— Подарю Ленели, — заметил он.
— О да, ей подходит. Шустрая, не то слово. — я хмыкнул. — Можешь тоже поспать, Барри, если хочешь.
— Да нет, обойдусь. Составлю тебе компанию в бодрствовании.
Я чуть улыбнулся и вдавил педаль газа. Мотор заработал чуть громче, но это нисколько не беспокоило спящих магов. Внедорожник плавно ускорился, летя по практически пустому шоссе. Финбарр всё же задремал через полчаса однообразной езды. А я смотрел вперед, во тьму, рассекаемую яркими фарами, и размышлял о том, что же все-таки задумал этот проклятый черный маг-некромант.