Человек из Кемерово (СИ)

Заметив краем глаза движение сбоку, повернул голову. Судя по всему, вчерашнюю парочку сменили и на стражу заступили новенькие. Рожи бритые, прически короткие, выправка военная. Гражданская одежда на них обычно под ремень собрана, изображая китель без погон. Или топорщится, словно с утра из мешка достали и напялили. Кстати, вполне может быть.
Перестав удивленно пучиться в мою сторону, молодой мужчина в сером костюме бочком сдвинулся в тень и зашуршал травой, возвращаясь к открытой калитке. Интересно, какую чушь напишет в рапорте? «Наблюдаемый издавал странные звуки и пытался совершать неизвестные ритуалы»? Плевать. У меня сегодня обширная программа намечена и я собираюсь ее выполнить без лишних глаз. Но сначала — помыться после зарядки. Затем заглянуть в гости к Хадже. А вот потом уже можно «нечаянно» сбрасывать хвост и совершать визиты. Обвинения мне не предъявлены. Под домашний арест не посадили. Соглядатая официально рядом не приставили. Значит — я абсолютно свободный человек с очень разнообразным кругом знакомств. Надеетесь, что я приведу хвост в какое-нибудь интересное место? Мечтайте дальше…
И раз-два. Выпрямился, прислушался к потрохам и удовлетворенно кивнул. В мои пятьдесят шесть без магических микстур многие место на кладбище присматривают. Потому как богатых и успешных в Государстве Российском не так много. А вот обывателей, проспиртованных зачастую до синевы — тысячи и тысячи. Алкоголизм — извечный бич мелких городков и районов, стыдливо называемых «анклавы смешанного этнического проживания».
Все. Настрой изображать из себя жителя Хоухань с их дыхательной гимнастикой пропал, можно приступать к водным процедурам и завтраку.
Хорошо, что вчера прихватил с собой в блинной на вынос. Нет, для ужина это уже лишнее. А вот утром перекусить — отлично подходит. Блинчики с говяжим фаршем. В холодильник сунул на полку, утром на сквородку с булькающим маслом бросил, еще разок бока подрумянил — и за стол. Чаем запил, червячка заморил. Можно выдвигаться.
На Металлистов шел по нашим закоулкам. Не стал напрямую мимо дамбы гулять — там по утрам дорога подмокает, легковушка может застрять. Помогать потом топтунам, выталкивать. Так что — где-то по асфальту, где-то по щебенке. Полчаса очень неспешным шагом, ловя ароматы чужих завтраков, смакуя горькие привкусы дыма из натопленных печей, кислые ароматы выгребных ям и почти сбивающую с ног вонь влажных портянок. Явно кто-то недавно со смены вернулся.
Да, электричество в каждом доме. Вот только если мелкую скотину кормить, не всякая плитка справится с поставленными поверх ведрами. И за попытку скрутить показания счетчика карают наижесточайшим образом. Поэтому больше часть райна не отказывается от наследства предков и жжет закупленные дрова без зазрения совести. Благо — лесов вокруг много, везут в частный сектор грузовиками без перерыва. Раньше власти даже пытались заседать и обсуждать проблему задымления Нахаловки. Но потом соседи из Юрги накопившиеся долги по мелким контрактам скопом закрыли, расставив по окраинам города столбы с магическими набалдашниками. Теперь над Кемерово где-то наверху зона небольшого воздушного разрежения, куда тащит всю дрянь, словно пылесосом. На высоте в три километра собранную гадость выгребают преобладающие в этот день ветра и уносят куда подальше. Все довольны, кроме пилотов дирижаблей. Говорят — трясет их, если в эпицентр попасть. Самолетам плевать — проскакивают быстро. А пузатые тихоходные транспортники теперь просто крюк небольшой делают. Благо, в ясную погоду мутную блямбу над городом хорошо видно.
У Хаджи дверь под вывеской «HLEB» распахнута. Мало того — чтобы ее закрыть, надо будет очень постараться. Потому что когда дорогу ремонтировали, дверь была открыта. И теперь кусок нового асфальта плавно переходит в порожек магазина. Но хозяин относится к этому пофигистично. У него все равно круглосуточное обслуживание. А надо будет — дверь с петель снимет, перевернет и присобачит как хочется. Хорошо быть большим и сильным. Очень многие вещи в жизни сразу перестают доставлять неприятности.
 
— Доброе утро, Хаджа. Доброе утро, Гюльза.
У прилавка очередь из трех бабулек. Пришли за свежим хлебом. Лотки с буханками еще разгружают, занося через склад. Но продавщица уже споро считает мелкие монетки, помогая убрать в авоську проданные пахучие «кирпичики». Я слышал, что одно время в мелких деревнях пытались хлебом скот подкармливать. Но потом цену подняли, а на комбикорма и разную сечку сильно опустили. Абаканские умники наладили выпуск одомашненных кузнечиков и выпустили их на поля. Ползает такая саранча длиной в сорок сантиметров, жрет любую тлю, гусениц и прочих мелких тварей. После чего о вредителях посевов забыли. Закупить усатых зеленых «кузь» и контуры управления оказалось намного дешевле, чем оплачивать разные гербициды-пестициды, да еще нанимать рабочих для опрыскивания. Урожаи кормовых культур резко выросли, цены на них просели, крестьяне перестали скупать хлеб мешками. Хотя бабушки в Нахаловке берут по три-четыре буханки по утрам обязательно. Семьи большие, кушают хорошо и много.
— И тебе утро, Найденыч. За плюшками?
— Спасибо, не сегодня. А вот кофе я бы у тебя взял. Настоящий, как ты умеешь.
— Десять минут, да? Я товар приму и сварю.
— Само собой. Помощь нужна?
— Если только вокруг прогуляешься.
Кивнув, выбрался на улицу.
У меня с Хаджой взаимовыгодный союз. Я могу что-то в магазине со скидкой брать или тот же кофе утром, который он делает только для себя и продавцов. В ответ делаю обход и проверяю, чтобы наложенную рунную защиту нигде не перекособочило. Нет, не против воров. С ворами снага-гигант разберется отдельно. А вот мыши, крысы, жуки разные и прочая дрянь — это надо обязательно в Аптекарский приказ зайти, заполнить документы и поставить на учет торговую точку. Магазин будут проверять раз в месяц и за фиксированную плату обновлять чары. Но это для ленивых и жадных. Кто не хочет проблем, обязательно еще найдет, где в районе сидят «брукулезники». Могут в больнице квартировать, в поликлинике или вообще в отдельном здании. Отвечают за любые моровые проблемы, следят за возможными неприятностями на подотчетной территории. Вот им денежку в конверте занести, договориться и уже раз в неделю пробегающий мимо подьячий отвращающую друзу подпитает, мусорки проинспектирует и о возможных проблемах сообщит.
Я же — в качестве бесплатного инспектора. Магичить не умею, зато возможные проблемы в наложенных плетениях подмечаю. Если где-то знак поплыл или дождем намалеванную линию стерло — Хадже скажу и покажу. Он кого-то из работяг пнет, те сбегают и внеочередную заявку оформят. Снага гордится, что его магазин городское руководство другим в пример ставит. Поэтому за порядком следит — как положено.
— Найденыч, кофе готов. Идешь?
— Спасибо огромное, сейчас буду.
Проверив последний угол, кончиком трости потыкал в паука рядом с водостоком. Смахнул пук паутины, пузатое мохнатое чудо следом отправил. Пусть в другом месте развлекается. Ядовитых насекомых у нас почти нет. Просто если пристроится такой умник, то обязательно попробует чужую магическую линию на себя закоротить, протянув нитку. Это мух приманивает и сил сразу лишает, как вляпаются. Пауку радость, а контур сбоить будет. Так что — нефиг.
* * *
Кофе я пил как серьезный человек. Перевернул деревянный ящик из-под фасованного риса. Сверху расстелил большой серый платок, на него пристроил задницу. Палочка сбоку, поверх цилиндр. Солнышко поднимается, но пока еще не так жарко. В левой руке свежайший бублик с маком. В правой большая белая кружка с надписью «PJATYJ POLK». И кофе. Настоящий, только что смолотый. Хаджа не зря столько времени по югам болтался, привык к черному напитку. Я его распробовал не так давно. Раньше не очень нравился. Только когда сошелся поближе с владельцем магазина, уяснил разницу между бурой пылью в банках «завари и пей» и настоящим кофе.