Не оглядывайся (СИ)

— Образа? Ты думаешь, я притворяюсь, что мне хреново? — у меня нет даже сил возмутиться, настолько я растеряна от ее слов.
— Вера…, - Валя качает головой, — давай не будем ссориться…
— Мы не ссоримся. Давай же уже, выскажись, я вижу, как тебе хочется, — я откидываюсь на короткую спинку барного стула.
— Ладно, — Валя разворачивается ко мне и смотрит прямо, — Я думаю, что тебе хреново. Но не так сильно, как ты пытаешься всем показать. Прошло куча времени, у тебя есть работа, друзья, семья. Пора все отпустить! В страданиях есть свои плюсы, но будь честна перед собой: ты пьешь эту текилу не потому, что страдаешь по Илье, а потому что просто хочешь выпить! И, блин, если тебе понравился другой мужчина, в этом нет ничего страшного! Ты никому не изменяешь, ты можешь начать встречаться с ним или переспать и больше никогда не видеться — никто не осудит тебя! Ты можешь мне все рассказать. Только, пожалуйста, перестань прикрываться своей болью.
— Которая вовсе и не боль, как мы выяснили. Бутафория. Ширма, которой очень удобно прикрывать обычный алкоголизм.
— Про текилу я сказала для примера.
Валя смотрит так честно и так прямо, ловит мой взгляд. Она думает, что помогает мне, но это не так.
Я отворачиваюсь от нее, утыкаюсь взглядом в стол. Мне нечего ответить. Я привыкла, что родные могут сказать что-то резкое, потому что «им же виднее со стороны», и вообще, мы же не чужие люди, черт возьми. Но от Вали, единственного человека, в котором я могла найти безусловную поддержку, это был словно удар в спину.
— Вам повторить, девушки? — Веселый бармен подходит к нашему краю с бутылкой текилы.
— Нет, спас… — начинает Валя, но я киваю парню и выставляю вперед свою рюмку.
— Ээ, ладно, — Валя делает тоже самое.
Бармен забирает наши пустые стопки и выставляет новые. Я залпом выпиваю, забив на соль, лимон и свое обещание больше не пить текилу.
Чувствую осторожный взгляд Вали, но не поворачиваюсь к ней. Не могу заставить себя посмотреть или сказать хоть слово. Чувствую, как ей неловко, она открывает рот, собираясь что-то сказать, но неожиданно прямо за нашими спинами раздается голос:
— Валя?
Валя резко разворачивается, и я вижу краем глаза как она расплывается в улыбке:
— Мальчики, привет! А мы вас тут заждались.
Я тихо фыркаю и закатываю глаза, решив не поворачиваться до последнего.
— А это моя подруга, Вера, — жизнерадостный голос подруги звучит натянуто.
Повисает неловкая пауза и, как бы мне не хотелось сейчас быть грубой и безразличной, хорошее воспитание берет вверх, и я медленно поворачиваюсь. Готовлюсь встречать новых мимолетных знакомых с кислой миной, но брови удивленно взлетают вверх, когда я вижу Тимофея из автосервиса.
- Привет? — почему-то с вопросительной интонацией говорит он.
Я, неожиданно для себя, расплываюсь в улыбке:
— Привет.
— Ээ, вы знакомы? — Валя даже встает с барного стула.
— Да, встречались пару раз, — я продолжаю улыбаться и по-прежнему не смотрю на Валю.
— Что ж, отлично, момент притирки почти пройден, — Валя берет сумочку со стула, — тогда познакомься с Максом, если, конечно, его ты тоже не знаешь.
Я перевожу взгляд на Макса, и он кивает мне, уверенно улыбаясь. Высокий, даже выше, чем Тим, с широкими плечами, темноволосый и опасный. Понятно, на кого клюнула Валя при знакомстве.
— Привет, — я киваю парню и наконец смотрю на подругу, которая резко засуетилась и начала надевать куртку.
— Ты уходишь?
— Нет, Вера, мы уходим, — поясняет Валя, — давай, шевели булками, подруга.
— Куда? — я перевожу взгляд на парней.
Тим неловко пожимает плечами и вообще выглядит довольно растерянно. Макс нахально улыбается и говорит неожиданно низким голосом:
— Тебе понравится.
Я скептически смотрю на наглую улыбку парня и замечаю взгляд Вали, которая восторженно глазеет на парня, практически задрав голову.
Тяжело вздыхаю, спрыгиваю с высокого стула и, накинув любимую кожаную куртку, первой выхожу из теплого бара. На улице приятная свежесть и довольно тепло, хотя возможно это меня греет текила. Оборачиваюсь на ребят:
 
— Куда идем? Вызывать такси?
Валя виновато сводит брови домиком и округляет глаза. Я узнаю этот взгляд из тысячи. Точной такой же взгляд у нее был, когда мы опоздали на единственный автобус, который должен был нас довести до закрытой вечеринки на частном пляже, когда мы отдыхали на море. Тогда мы тряслись в прокуренной девятке пятнадцать километров, слушали шансон и молились, чтобы водитель, весь покрытый тату, довез нас до места назначения. И когда я прыгнула с тарзанки с моста, потому что «друзей не бросают». А еще, когда, поддавшись этому взгляду, пошла с Валей на ночь аниме в кинотеатр и смотрела три фильма подряд на языке оригинала с субтитрами, периодически впадая, в почти обморочный сон. Шея болела еще неделю.
Я перевожу взгляд на парней и только сейчас замечаю, что на них высокие ботинки, облагающие штаны и байкерские куртки. Оборачиваюсь на парковку перед баром и вижу два черных блестящих мотоцикла.
— Ну нет, ребята, это без меня, — говорю я голосом, не терпящим возражений.
— Перестань, Вера, — Валя начинает канючить, подходя ко мне ближе и доверительно кладя руку на плечо, — пожалуйста, давай сегодня расслабимся и отдохнем.
— Мы и так нормально отдыхаем, — говорю я, не собираясь сдаваться.
— Но расслабиться тебе не помешает, детка, — насмешливо произносит Макс, и мы с Валей бросаем на него возмущенный взгляд. По разным причинам.
— Вера, — Валя кладет вторую руку мне на плечо, отгораживая нас от ребят и приближая лицо ко мне, — пожалуйста, давай на сегодня отбросим все недопонимания. Я знаю, я обидела тебя, но я не могу за это извиняться, потому что сказала то, что думаю. Но я всегда, всегда тебя поддерживала и буду поддерживать. Поддержи и ты меня сейчас. Он мне очень нравится.
Последнюю фразу она добавляет почти шепотом, улыбаясь не своей улыбкой. Я смотрю в глаза подруге, она так близко приблизилась ко мне, что наше дыхание смешалось, создавая тепло, которое неприятно липло к лицу. Я впервые подумала, что, возможно, не знаю этого человека. Что я так долго погружалась в себя, что пропустила момент, когда вместо родной и знакомой Вали, появилась девушка, которая до дрожи жаждет внимания двух симпатичных байкеров. Которая свою правду ставит выше моей. Которая почти до боли сдавливает мои плечи, не желая даже слушать меня.
Я отстраняюсь от Вали и глотая свежий воздух, отворачиваюсь от нее. Медленно подхожу к байкам и провожу рукой по холодному баку. Может, Валя права. Я слишком зациклена на себе. Сначала мама и сестра, теперь Валя. Даже Илья сказал, что я перегибаю с обидами. Я резко чувствую усталость и опустошение внутри. Сил сопротивляться больше нет.
— Весной аварий с участием мотоциклов в два раза больше, чем летом, — я говорю тихо, как будто для себя.
— Да мой байк надежнее чем самолет, — голос Макса звучит за моей спиной, и я поворачиваюсь к приблизившимся ребятам.
— Я бы поговорила с тобой о статистике, но сомневаюсь, что ты знаешь значение слова "статистика", — фиксирую лицо Макса, которое застывает сначала в усмешке, потом в гримасе непонимания. Он открывает рот и застывает, думая над ответом.
Я перевожу взгляд на Тима, который все время подозрительно молчит и кажется, вовсе не горит желанием, чтобы я с ними ехала.
— Еще холодно.
— Ну ты и зануда, Вера, — Валя театрально вздыхает, — сейчас десять градусов тепла.
Валя смеется, но теперь я смотрю только на Тима. Его растрепанные волосы развиваются от легкого ветерка. Губы трогает мягкая, почти детская улыбка и он произносит:
 
— А завтра семнадцать. Кстати, через полтора часа апрель.
  
ГЛАВА 13
 
Мне показалось, что мы ехали бесконечно. Я вцепилась в куртку Тима, шлем мешал и давил, а холодный воздух забирался даже в самые закрытые места. Нет того, уже забытого, чувства свободы и вседозволенности.