Академия Militas Dei. 1-й курс (СИ)
— Иван Романович, — на лице Воронцовой, появилась нервная улыбка, — Скажите, что у меня получится сдать итоговый экзамен.
— Ты сдашь итоговый экзамен. — спокойно сказал Капшуков, — Ниночка, иначе и быть не может!
— Вы так уверено это сказали. Вы же даже не знаете, где я учусь.
— Зато я знаю тебя. — Иван заботливо провёл рукой по плечу девушки, — Такую девушку с большим упорством как у тебя ещё поискать надо.
Воронцова поблагодарила за поддержку, после чего ей стало неловко от того, что разговор ведётся только о ней.
— А как у вас дела на личном фронте с вашей медсестричкой?
— Всё прекрасно! — лицо мужчины начало сиять от счастья, — Я как раз по этому поводу хотел с тобой посоветоваться…
Немного промедлив, Иван достал из кармана тёмно-синюю бархатную коробочку. Открыв её, Нинель увидела кольцо с бриллиантом.
— Иван Романович, — восхитилась Воронцова, — Не уж то вы решились!
— Да. Думаю, она та самая. Да и родня говорит, что мне давно пора свою семью завести. — Капшуков смущённо перевёл взгляд на кольцо, — Как думаешь, Наташе оно понравится?
— Конечно! Да дело и не только в кольце. Я же вас тоже знаю. Такому мужчине как вы отказывать просто преступление против здравого смысла.
Иван залился хохотом. По-отечески обняв девушку, он пообещал, что на праздничном застолье выделит ей самое лучшее место. Нинель же сказала, что не поскупится на свадебный подарок.
Первый итоговый экзамен
В одном большом длинном коридоре собрались все первокурсники академии. Каждый в своём настроение ожидал приближение первого итогового экзамена, до начала которого оставались считанные минуты, но одно можно было сказать точно: волнение никого не обошло стороной.
Нинель вместе с Василием, которого она держала за руку, стояла, прижавшись к стене. Хоть парочка и пыталась невербально поддерживать друг друга с помощью милых жестов, однако мурашки продолжали бежать по телу. Затем Воронцова взглядом прошлась по коридору. Алиса и Анна продолжали зубрить конспект, как будто боясь, что стоит отвести взгляд от написанных слов, как информация тут же сотрётся из головы.
— Как думаешь, — Гаврина тихо обратилась к подруге, — Мирон послушается твоего отца?
— Сложно сказать. — Алиса убрала ниспадающую прядь за ухо, — Мирон та ещё заноза. Он иногда любит из вредности дерзить отцу, даже несмотря на то, что папа магистр штаба… Мне хочется надеяться, что и в этот раз Мирон пропустит его настоятельные рекомендации мимо ушей.
Нинель повернула голову в сторону довольно забавной картины. Кучка студентов, состоящая из Маши, Димы Урова, Эдика Назарова и Володи Чистякова, прятали свои бумажные шпаргалки под одеждой, зная, что телефоны перед экзаменом изымают.
“Вряд ли это сработает.” — подумала Нинель, снова повернув голову.
Юлия вместе с Ульяной Бекутовой, которая держала в руках маленькую деревянную икону, и Иракли Наскидашвили молились.
— А что это за икона? — спросила, подошедшая к троице, Тамара Перикова.
— Это образ святой мученицы Татианы. — объяснила Ульяна, — Она мне очень помогла, когда я ЕГЭ сдавала.
— Хоть бы она и нам помогла. — сказал Иракли перекрестившись.
— Она же покровительствует студентам. Конечно, она поможет! — была уверена Бекутова.
— Дай то Бог! — перекрестилась Юлия.
Нинель перевела взгляд на потолок. Василий же обнял девушку за плечи.
— Ты уверена, что хочешь пойти первой? — прошептал на ухо юноша.
— Да, это лучше, чем стоять в мучениях.
Вскоре над большой дверью загорелась красная лампочка, а после раздался звонок, который заставил студентов замереть на месте.
“Внимание, первый курс!” — последовало обращение, — “Первые шесть студентов, просим пройти в аудиторию для сдачи первого итогового экзамена.”
В одну линию выстроились: Нинель, Василий, Алиса, Анна, Ульяна и Тамара. На входе студентов ждал крепкий мужчина с металлоискателем в руке, тёмные очки прятали сератскую пелену на глазах.
“Ему эта голубая хрень нужна, чтобы найти шпоры в одежде?” — предположила Нинель.
Когда досмотр был закончен, а телефоны сданы в коробку, студенты встали в центре аудитории. Спереди от них стоял длинный стол, на котором сидели экзаменационная комиссия, состоящей из главных инструкторов первого курса, во главе с Мироном. Нинель обратила внимание на тонированное окошко за спиной комиссии. Догадавшись, кто за ним стоит, Воронцова окинула взглядом Алису.
— Ну что, бандерлоги, — к неудовольствию остальных протянула Мирон, — Кто первый?
Для Нинель это прозвучало как вызов. Когда она вышла первой, Ардашников лишь ухмыльнулся.
— Тяни билет. — Мирон указал на, разложенные на столе мелкие бумажки, — Только быстро и без игры в экстрасенса. Ваше псевдошаманство вряд ли поможет…
— Мирон Александрович! — возмущённо процедила сквозь зубы самая возрастная из комиссии.
— Ладно, молчу. — главный инструктор поднял ладони к верху, а затем снова обратился к студентке, — Что глазеешь, Воронцова? Тяни билет!
Подойдя к столу, Нинель без всякого промедления вытянула билет. Когда номер был продиктован, студентка получила на руки папку с заданием, после чего прошла в одну из шести кабинок. Внутри находились стол со стулом, кучка с чистыми листами, ручка с карандашом и ластиком, а также на верхнем углу была прикреплена камера видеонаблюдения. Неловко помахав в неё, Нинель закрыла дверь кабинки и села за стол. Задание состояло из трёх блоков: устные вопросы, письменные задания и практическая работа по базовым навыкам со Сератом.
Пока члены комиссии обсуждали что-то отвлечённое, Мирон сверли взглядом кабинки, гадая, кто первым выйдет для ответа. Прошло минут сорок после раздачи заданий, как дверь одной из кабинок отворилась. Алиса, уверено улыбаясь, широкой походкой подошла к столу комиссии и сдала одному из её членов письменные ответы на вопрос из второй части. Мирон, глядя на такую уверенность, невольно вспомнил Дарью. Воспоминания его так сильно поглотили, что он в какой-то момент перестал слушать то, что говорят другие члены комиссии.
— Ну что ж, голубушка. — обратился мужчина в круглых очках, — Мы вас слушаем.
— Ага. — Алиса взглянула на листок с ответами, — Первый вопрос: как сформировался критерий отбора неофитов, который существует до сих пор?
— Слушаем вас, Свиридова. — сказала долговязая сухопарая женщина из комиссии.
— Наверное, стоит начать с Белфесткого эксперимента. — преодолев краткое волнение, студентка продолжила, — В 1609 году великий магистр английского отделения ордена сэр Джеймс Дорманд инициировал эксперимент, который проходил в ирландском городе Белфаст. Для него набрали солдат из непосвящённых в возрасте от пятнадцати до сорока лет. Все они прошли через инициацию Сератом, однако она приняла только совсем юных солдат. Ну, тех, которым было от пятнадцати до восемнадцати. После этого эксперимента орден окончательно убедился в том, что Серат принимает только самых молодых непосвящённых. После уже на официальном уровне закрепилась система, по которой неофиты набирают из юных сирот.
— Молодец. — похвалил мужчина в очках, — Следующий вопрос.
— Да. Второй вопрос: продолжительность жизни пожирателя. — получив утвердительный кивок, Алиса продолжила, — В силу особенностей организма, пожиратели очень медленно стареют. К примеру, если человек был обращён в пожирателя в двадцать лет, то на тридцать он будет выглядеть лет так примерно через сто. Пожиратель может прожить от трёхсот до пятисот лет. Но есть и долгожители.
— Ты их знаешь? — с интересом спросила женщина в летах.
— Да, я читала про долгожителя, живущего в столице Сербии — Белград. Его зовут Янош Луневица, и ему больше трёх тысячи лет. — когда комиссия удовлетворилась ответом, Алиса приступила к последнему вопросу, — Вопрос третий: три главных правила формирования ковена пожирателей. Это совсем легкотня! В одном ковене недолжно быть более двадцати пяти человек. Чтобы ковен стал законным, его предводитель должен его зарегистрировать в отделе контроля, и ни сам предводитель, ни его члены не должны состоять в других ковенах.