Академия Militas Dei. 1-й курс (СИ)

— Круто! — протянула Маша, продолжая смотреть на толпу одногруппников.
— Нинка, — Алиса слегка стукнула по плечу соседки по комнате, — Пригласи ты его на свидание, раз он не решается.
— Ага! — поддержала Рязанова, — После такого он заслужил приглашение.
Нинель сначала смущённо взглянула на Алису, затем на Машу.
— Ой, Нинка! — Свиридова устала закатила глаза, — Сколько можно ходить вокруг да около?
— Алиса, то, что мы один раз потанцевали на новогодней тусовке, ещё не значит, что я ему нравлюсь!
— Чё? — удивилась Маша, — Нинка, ты видела, как он на тебя посмотрел перед тем, как взобраться до потолка? Тут и думать нечего!
В итоге подруги убедили Нинель подойти к Васе после окончания тренировки. При виде одногруппницы Гагарин поначалу даже смутился, и это чувство быстро передалось девушке.
— Это… Было круто, Вася. — Нинель потупила взгляд, — Хоть Мирон и не самый лучший мотиватор, как мне кажется.
— Это правда. — Гагарин смущённо почесал затылок, — Нин, я…
Настрой Василия сбили Свиридова и Рязанова, которые, стоя вдали за спиной Воронцовой, весело перешёптывались. Сначала Нинель, которую начало это щебетание раздражать, хотела громким возгласом утихомирить подруг, но затем она быстро взяла себя в руки и предложила одногруппнику выйти в коридор, где девушка, наконец, уже получила затянувшееся приглашение на свидание.
  
Свидание
 
Во время подготовки к свиданию Нинель общалась с Алисой, Машей и Юлей. Сама атмосфера располагала только к одной теме: романтические подростковые истории.
— Мне было тогда четырнадцать лет. — вспоминала Нинель, завивая волосы на плойку, — В нашем детдоме проходила дискотека, и меня пригласил на танец Юрка Липатов. Мы какое-то время танцевали медляк, пока не включилась более намекающая песня. До сих помню… My first kiss went a little like this. And twist, and twist.
— А-а. — вспомнив песню, Алиса сама начала её напевать, — She won't ever get enough, once she gets a little touch, if I had it my way, you know that I’d make you say.
Остальные девушки залились хохотом.
— Да-а… Под эту песню я в первый раз и поцеловалась, — закончив с волосами, Нинель начала краситься, — И после этого поцелуя я и Юра целый месяц были парой.
— Хм, и что пошло не так? — спросила Юля.
— Его усыновила богатая пара из Питера. Мы ещё потом какое-то время переписывались, но потом всё сошло на нет.
— А Вася на него похож? — спросила Маша.
— Ну-у… Не сказала бы. Юрка мне казался более безбашенным.
Вскоре Нинель была готова к свиданию. Её образ был, по мнению подруг, достаточно скромен: чёрная шапка, синяя куртка, серая кофта с розовым рисунком цветка и джинсы, — однако в тоже время девушки согласились, что для скромного Василия Гагарина это в самый раз. Затем одногруппницы отпустили Воронцову, взяв с неё обещание рассказать о поцелуе с Васей.
Гагарин и Воронцова встретились у входа в академию. Юноша не растерявшись вручил девушке, красиво запакованный, тюльпан. Вдохнув аромат цветка, Нинель улыбнулась, что Василий расценил как хороший знак.
Студенты на маршрутке доехали до площади Карла Маркса после чего пешком продолжили путь до центра. Гуляя по Ярославлю, Нинель и Вася обсуждали разные темы. Как оказалось, у них было достаточно общего: любимые книги, фильмы и так далее. Дойдя до площади Волкова, молодые люди почувствовали голодные серенады от своих желудков, поэтому решили зайти в KFC. Заказав большой баскет и два стакана горячего кофе, парочка села за столик у окна. Теперь же их разговор невольно коснулся сиротства.
— Мне дали фамилию Гагарин, потому что, когда меня нашли на ступеньках дома малютки, я так протяжно залепетал, что воспитательницы услышали в этом Гагаринское: “Поехали!” — после этого рассказа Вася неловко рассмеялся.
— Так ты значит подкидыш. — заключила Нинель, держа над своим ртом кусок курицы.
— Да. Моя семья мне ничего не оставила на память. А ты, Нинель, помнишь свою?
— Если честно, то практически нет. Мне было два с половиной года, когда убили мою мать.
 
— Какой ужас! Извини, я не…
— Да всё в порядке! — на лице Воронцовой на секунду появилась неловкая улыбка.
— И убийцу нашли?
— Нет, хоть следователь Капшуков и пытался это сделать… Мне, знаешь, иногда кажется, что Иван Романович чувствует вину за это и пытается её загладить, проявляя ко мне что-то вроде отеческой заботы.
— Возможно. Всё-таки получается, что твоя мать была единственным близким родственником…
— Нет. На момент её убийства у меня ещё был дедушка, но по словам Ивана Романовича, он к тому моменту уже все свои мозги пропил. В общем, его лишили прав на опекунства. А через год мой дед, под белочкой, вышел на проезжую часть, где его и сбила машина.
— А твой отец?
— Ну-у… Судя по тому, что в моих документах стоит фамилия матери, а вместо отчества — матроним, можно сделать вывод, что он принял участие только в моём зачатие.
— И тебе никогда не было интересно кто он?
— Конечно, было. В детстве у меня был период, когда вместо игр со сверстниками, я стояла у окна и надеялась, что папа придёт и заберёт меня из детского дома… До сих пор помню, как воспитательницы на меня сочувствующе глядели… Но годы проходили, а папа так и не приходил ко мне. — Нинель опустила голову, — В итоге я однажды смирилась не только с тем, что я отцу нафиг не нужна, но и с тем, что меня никто и никогда не удочерит. Видите ли, окружающих смущало, что мой отец непонятно кто, а дед вообще сдох от пьянства.
— Ниночка, — Вася нежно взял девушку за руку, — Прости. Мне стоило догадаться, что это тема…
— Не самая подходящая для нашего первого свидания. — Нинель же взяла руку парня и вернула себе улыбку, — Давай найдём что-то более весёлое?
Вскоре парочка смогла вернуть свиданию более подходящую атмосферу. Когда же студенты вышли из KFC, Вася с большой нежностью во взгляде поправил шапку Нинель. Девушка же, поддавшись порыву, взяла парня за руки, и губы парочки слились в поцелуе, который Воронцова могла своим подружкам описать так: робкий и со вкусом сладкого кофе.
  
Отцовское тепло
 
Июнь 2015 года
Лекции и задания первого курса в академии остались позади. Теперь же перед студентами стояла преграда в виде первого итогового экзамена, до которого оставалось два дня. Нинель потратила на подготовку к нему неделю. Когда же её мозг начал изнывать от большого количество зубрёжки, девушка решила устроить один день отдыха и по телефону договорилась с Капшуковым о встрече. Когда Иван Романович приехал в квартиру Воронцовой, Нинель на кухне уже приготовила чай и насыпала в тарелку конфеты, а в воздухе ощущался аромат свежеиспечённых ватрушек.
— Ниночка, ты меня с каждым годом всё радуешь и радуешь. — похвалил Иван, обняв девушку, — Повезёт же твоему будущему мужу с такой хозяйкой как ты.
— Иван Романович, ну скажите тоже. — смутилась Нинель, — В наше время погуглить любой рецепт плёвое дело.
Сев за стол, Капшуков и Воронцова начали в своей привычной манере обсуждать прошедшее. Первое, что попало на язык следователя была личная жизнь.
— Надеюсь, этот Вася тебя не обижает? — заботливо, но в то же время строго спросил Иван.
— Не-ет. Он и мухи не обидит. — рассмеялась Нинель, после чего прервалась на глоток чая, — Умный, тихий и вежливый.
— Ну… Учитывая, что по предыдущим твоим парням детская комната полиции плакала, можно сказать, что ты молодец в плане выбора.
— Иван Романович, вы преувеличиваете… Хотя знаете, я рада, что у меня с ними дальше прогулок и поцелуев дело не доходило.
 
— Если мне память не изменяет, то с ними тебя Танька сводила. Извини, Ниночка, но у неё был очень специфичный вкус.
Нинель же, ничего не ответив, надкусила ватрушку. Любое упоминание о Тане, продолжало причинять ей боль, которую она уже давно научилась держать в себе.