Дьявол в соседней комнате (СИ)

— Храни, Господи Боже, наши души!
Рэй словно срослась вместе с асфальтом, не смея шевельнуться ни единой частичкой тела. Двухметровый силуэт не останавливаясь убивал одного за другим, раскидывая в разные стороны. Хотелось закричать, остановить весь адский ужас, но жертва могла лишь дрожать в страхе и наблюдать за кровавым пейзажем. Вспыхнула и подорвалась одна из машин.
«Что ты, черт возьми, такое?»
— «Я абсолютное зло, дорогая», — телепатически произнёс флорист, отрывая голову одному бедняге, попутно кидая в сторону убегающего с поля боя.
— «Не правда», — Оффендер с улыбкой Чеширского кота обернулся к Лин. — «Существует абсолютное добро, но абсолютного зла не бывает», — маньяк стал приближаться широким шагом к девчонке. — «Любого злодея можно победить», — безликий навис над жертвой. — «И я вас одолею. Остановлю всё это».
— Да? И как же?
Рэйлин плавно подошла к чудищу и слегка расправив пальто, приобняла, касаясь открытой раны. От столь тёплого приёма безликий впал в ступор, не зная, что ответить. Из груди послышался еле различимый рокот.
— Ох, Рэйлин, — оскалился маньяк. — Это так неожиданно, — он пустил руки к желаемой жертве. — Если ты хочешь одолеть меня так, то я только за, милая.
Лин плавно отстранилась.
— Правда? Ты не против? — невинно спросила она, доставая из кармана толстовки плюшевого безликого человечка.
— Конечно. А что это у тебя? — в недоумении спросил флорист, указав на игрушку.
— А, это? — ладонь, наполненная чёрной кровью чудища, стала размазывать ноги, руки и другие части тела по кукле. — Моя благодарность, — Рэй резко схватила игрушку за руку и развернула за спину. Раздался болезненный вопль со стороны Оффендера.
— Что это у тебя такое?! — чудовищным рёвом спросил монстр.
— Кукла Вуду. Мама тебе не говорила?
— Что именно?!
— Она увлекается магическими штуками и верит в магию. А я нет… — девушка почувствовала вину за себя. — Если бы ты получше её узнал, а не сразу же бежал в койку, то может быть и узнал, что она верит в проклятья, ходит к тарологам и верит в таких как ты. Нужно было мне раньше к ней прислушиваться, — Рэй подвернула ногу куклы, и монстр повалился на асфальт.
— Неужели ты и вправду хочешь меня убить? — Оффендер был на ровне с синеволосой. Он ухмылялся самодовольной улыбочкой.
— Я знаю, что тебя невозможно убить, но прогнать можно.
Монстр приглушённо засмеялся.
— Я не уйду, — кукла полностью была скованна под тяжестью женских рук. — Даже не мечтай.
Удар. Кулак Рэй влетел в грудь куклы. Оффендер стерпел первый замах.
— Ты уйдёшь!
— Не-а.
Второй удар по голове и фетровая шляпа слетела на промокшую грязную землю. Мужчина сплюнул чёрную кровь, продолжая ухмыляться.
— Надо же, — пробасил он. — Меня на колени повалила молодая девчушка. Это так возбуждает.
— Заткнись, — сквозь слёзы прошипела Рэйлин. — Даже в такой момент ты думаешь об этом. Ничтожество. Урод. Как же я ненавижу тебя. Ты убил Майкла, из… — замялась она. — Затащил в кровать мою мать!
— Не огорчайся. Ты там тоже окажешься, как только закончишь колдовать, — не унимался насильник. Девушка со всей злости сломала ногу на кукле. Оффендер сгорбился и приглушённо зарычал. Две сиреневые точки загорелись ярким светом. — Ну всё! С меня хватит! Может быть не сегодня, но я всё равно вернусь за тобой, стерва!
Рэй разорвала игрушку и отбросила в сторону. Двухметровый силуэт в пальто исчез, как и фетровая шляпа. Вздохнув с облегчением, взор помутнел, и девушка упала на колени. На последних частичках сознания, донёсся звук из-под скорой помощи и Лин потеряла сознание.
  
Глава 11. Где есть конец, там и начало
 
«Нужно пройти через пропасть, чтобы оказаться на другом берегу. Так начинается всё новое» Эльчин Сафарли. Мне тебя обещали.
— «Нужно бежать», — Рэйлин схватила заряженный пистолет с промокшего асфальта и пустилась наутёк как можно дальше.
 
Не важно, что это никак не спасёт. Не важно, что подумают другие. Ничто не важно. Нужно лишь бежать и не оборачиваться. Каждый шаг становился невыносимой пыткой. Всё происходило словно в замедленном кино. Хоть жертва и удирала на всех парах, ноги словно не слушались и жили сами по себе. Нечто промелькнуло перед глазами и перегородило дорогу, хватая мёртвой хваткой синеволосую беглянку.
— Я убью себя, — правая рука медленно подставила дуло пистолета к голове.
Огнестрельное оружие выпало из рук, охватив неприятным покалывающим ощущением тяжести. Длинные белые вектора сковали Рэй, чтобы та больше не посмела сделать какой-нибудь другой глупости. Капнула пара капель неизвестной субстанции на голову и на плечи. Загремел гром — в воздухе повеяло надвигающимся дождём.
— Отпусти! Отпусти меня! — девушке удалось вырвать из хватки правую руку, ударив безликого в плечо. — Ты не получишь ничего! Хватит издеваться над всем городом! Ты ведь делаешь это из-за меня, да?! Так пусть лучше я умру! Убей меня! — кричала она, продолжая бить монстра, но удары выходили не слишком сильными. Рука словно не слушалась хозяйку.
— Какого же высокого ты о себе мнения, дорогая. Я это делаю, потому что хочу. Захочу и останусь здесь ещё на пару лет. А захочу и вовсе исчезну. Не строй из себя героическую примадонну.
Рэйлин продолжала бить чудище, но резко очнулась, осознавая факт того, что бьёт кулаками по матрасу. Успокоившись, девушка опустила руку, постаравшись прийти в себя. Сквозь темноту пробился тонкий свет, почуялись запахи медикаментов и больницы. В дверном проёме промелькнул белый халат медсестры. Рэй с облегчением вздохнула. Глаза успели привыкнуть к темноте, и пациентка стала разглядывать палату: с левой стороны — стул, с правой — окно, выглядывающее на улицу, в ночное небо, наполненное звёздами. Посредине у стенки расположился небольшой диванчик.
«Больница? Стоп… А где мама? Что с другими?»
Может быть не сегодня, но я всё равно вернусь за тобой, стерва!
«Черт, мне нельзя оставаться одной»
С осторожностью встав с больничной койки, Рэйлин удивилась тапочкам и, надев их, стала осматривать себя: руки до плеч оголены, а до самих колен повисла бледно-зелёная ночнушка, в которую одевали всех больных. Пустившись к двери, пациентка вышла из палаты, и тут же быстрым шагом к ней подошла одна из медсестер. Объяснив всю ситуацию, женщина попросила вернуться обратно. С неохотой и некой тревогой, Рэй всё-таки свернула назад в ожидании матушки. Включив свет, синеволосая присела на край кровати, обхватив себя руками. После нескольких минут ожидания в присутствии тикающего циферблата на стене, в помещение зашла Линда.
— Я узнала, что ты проснулась, и прихватила с собой зелёного чаю, — женщина постаралась улыбнуться, но это вышло не слишком хорошо. Она присела на стул, который стоял рядом с дочкой. — Держи. Согрейся, — мать подала пластиковый стаканчик в ледяные ладони девчушки.
Рэйлин приняла горячий напиток, немного опустив голову, вдохнула тёплый пар и аромат чая. Попытавшись сделать глоток, девушка сразу об этом пожалела: язык пронзило обжигающее, болезненное ощущение.
— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросила блондинка.
В голове закружились тысячи различных ответов на заданный вопрос, однако ни один не подошёл под нынешнее состояние. Девушка вновь постаралась спрятаться за пеленой маленького белого дымка, летящего от горячего напитка, но всё равно пришлось ответить.
— Я в норме, что с остальными? И где… он?
Линда испила немного чёрного кофе из стакана и, после двухсекундного затишья, ответила: «Весь город в панике. Семеро полицейских погибло, если не больше. По телевизору транслируют случившиеся. Люди возмущены…». Слова резко оборвались, и дочка подняла голову в сторону матушки.
— А он?