Поставь на меня (ЛП)

— Перчатки для вождения?! — Со стоном произношу я. — Ты, должно быть, издеваешься надо мной.
— Неужели я выгляжу так, будто могу над тобой издеваться? — парирует он, поправляя зеркало заднего вида, прежде чем двинуться вперед.
Нет, к сожалению, сейчас он выглядит чертовски сексуально за рулем в очках и перчатках. Я мало, что понимаю в машинах, но, черт возьми, он смотрится в этой машине просто потрясающе.
— Куда? — спрашивает он, когда мы выезжаем на проезжую часть.
— Вильямсбург, — отвечаю я, диктуя ему свой адрес. Я опускаю окно, чтобы впустить свежий весенний воздух. — Давай, жми на газ.
Плавное, как масло, движение машины, плюс паста, плюс выпивка, должно быть, убаюкали меня до пьяной полудремы, потому что, когда я снова открываю глаза, мы уже остановились перед моим домом.
— Спасибо, что подвез, — говорю я, протирая затуманенные глаза и пытаясь открыть дверь.
— Хочешь еще выпить? — Джейк смотрит на вход в бар. — Лиззи, мне нужно провести с тобой беседу на этот счет?
— Я живу там наверху!
Он смеется.
— Просто проверяю тебя. — Он подходит и берет меня за руку, помогая подняться по лестнице наверх. После того, как кажется проходит миллисекунда, и совершенно против здравого смысла, Джейк Уэстон вдруг оказывается у меня в квартире. Он оглядывается по сторонам, пока я сбрасываю туфли и бросаю пальто на диван.
— Милое местечко, — замечает он, подходя к вставленному в рамку кадру из фильма «Головокружение» Хичкока. — Уютное.
— Думаю, ты хочешь сказать маленькое, — подавив зевок, говорю я.
— И это тоже, — отвечает он, оборачиваясь и одаривая меня той всезнающей улыбкой, которая сводит с ума. — Но в хорошем смысле.
Хорошо, что я нахожусь всего в паре футов от него, достаточно близко, чтобы увидеть его очаровательную маленькую ямочку на щеке, когда он так улыбается.
«Нет, Лиззи. Плохая Лиззи. Не смей, девочка!»
— Ум, — говорю я, держась за спинку стула, чтобы не упасть. — Спасибо, что подвез меня домой и все такое, но мне действительно пора идти.
Ммм, что?! Его улыбка становится еще шире, он явно забавляется моей пьяной задницей.
— Я имею в виду, что тебе действительно пора идти, — поправляю я себя. — Пока я не набросилась на тебя.
— Что ты только что сказала? — фыркает Джейк.
— Черт, неужели я сказала это вслух? — Со стоном говорю я. — Я просто пьяна. Ты же знаешь, что я имею в виду.
— Ты хочешь меня, — поддразнивает он, смеясь.
— Не уверена! Ну, может немножко, — признаюсь я, сгорая от смущения. — Но ты тоже хочешь меня. — Я свирепо смотрю на него.
— Кто это говорит? — Джейк подходит ближе.
— Я говорю. — Я с вызовом встречаю его взгляд. — Ты угостил меня обедом.
— Это всего лишь бизнес. — Джейк продолжает ухмыляться, как кот, которому досталась чертовая канарейка, разжигая зуд у меня в крови, состоящий из одной части раздражения и семидесяти миллионов частей чистой, необъяснимой похоти.
— Ты меня специально напоил.
— Ты сама заказывала.
— Ты привез меня домой.
— Чтобы обезопасить общество от пьяной тебя.
Каким-то образом он оказывается прямо передо мной, так близко, что я чувствую запах его одеколона после бритья и тепло от тела. Он ухмыляется, настолько, черт побери, уверенный в себе. Мне так хочется стереть это его самоуверенное выражение с лица, поэтому я делаю единственно возможную и разумную вещь в этой ситуации, если ваши мозги, конечно, не замутнены алкоголем, тогда это может быть совсем не разумно, но… У меня все наоборот.
Я целую его. Крепко.
Джейк сначала отступает назад, с удивлением воспринимая мои действия, но потом притягивает ближе, целуя так, черт возьми, я даже не знаю как, единственное, в чем уверена, это был очень хороший поцелуй. Ммм… Он скользит языком ко мне в рот, обнимая за талию, потом его руки упускаются вниз к моим бедрам и сжимают задницу. Я вся в поцелуе, но мои глаза распахиваются, он смотрит прямо на меня.
Ни хрена себе.
Я обнимаю его за шею и снова прижимаюсь губами к его губам. И вот мы уже медленно движемся через всю комнату, врезавшись в стоящую лампу по пути к кровати, его пальцы путаются в моих волосах, всем телом с силой, прижавшись ко мне. Вопрос на повестке дня: он определенно возбудился.
Джейк прижимает меня к стене, черт возьми, я вся горю. Меня уже столько лет никто так не целовал. Можно сказать, меня так не целовали десятилетия. Да, что там столетия! Я чувствую его твердость через брюки, потянувшись к его члену, он издает сдавленный стон, который просто сводит меня с ума. Я поглаживаю его член через брюки, он наклоняет голову к моей груди, отстраняя вырез платья, посасывая соски через черный кружевной лифчик, отчего мне хочется просто заорать во все горло. Я прижимаю его голову к своей груди еще сильнее, его язык умело вытворяет магию на кружеве, прикрывающем соски, оно становится насквозь мокрым, как и мои трусики. Его руки опускаются ниже, черт возьми, он спускается к моим трусикам, отодвигая их в сторону, чтобы добраться до моего клитора своими медленными и уверенными движениями. У меня вырывается стон, когда я отодвигаюсь от его руки, потянувшись к поясу его брюк, расстегивая пояс одной рукой. Черт возьми, я хочу его. Мне это просто необходимо. Прошло так много времени с тех пор, как я готова была забыть все, и одному Богу известно, когда у меня снова появится такая возможность…
Я замираю на долю секунды. Мать твою.
— Черт возьми!
— Не эти слова я хотел бы услышать от тебя. — Джейк отодвигается, чтобы глотнуть воздуха, волосы у него растрепались, а дыхание участилось. Он проводит руками по моей талии, двигаясь ниже, одаривая меня дьявольской улыбкой. — Но, какого черта, давай попробуем еще раз?
— Нет. Нет. Нет, и еще раз нет! — Отталкиваю я его. — Чем мы тут занимаемся?! Боже мой, что же я делаю? Я же должна бастовать в данный момент! Ты именно тот парень, который думает, что романтика — это не более, чем способ получить очередную киску, а я в данный момент просто готова, вот так запросто ее тебе предоставить?!
— Я готов в данную минут урегулировать все наши разногласия, если ты согласна. — Ухмыляется Джейк, снова притягивая меня к себе. Я отрицательно качаю головой.
— Тебе следует уйти, Джейк. Сию минуту.
Прежде чем я готова сделать то, о чем потом пожалею. В пяти разных позах, между прочим.
Джейк вздыхает и снова застегивает брюки.
— Ты точно хочешь, чтобы я ушел? — спрашивает он с коварной улыбкой. — То, что происходит в Вильямсбурге, останется в Вильямсбурге.
— Давай! — Я бросаю в него подушку, и он со смехом пригибается. Я соскальзываю на пол. Я уже почти готова отказаться, он стоит так близко, что…
Но может он недостаточно близко ко мне.
Я накрываю лицо ладонями, Джейк хватает ключи от машины, но вместо звука закрывающейся двери, слышу шаги ко мне на кухню и звук открывающегося крана.
— Вот, выпей сейчас две таблетки, ты избавишься от похмелья.
Я поднимаю на него глаза. Джейк присаживается рядом и протягивает мне стакан воды и две таблетки аспирина. Я моргаю, несказанно удивленная этим жестом.
— Спасибо.
— И не волнуйся, — добавляет он с нежной улыбкой. — Насколько я понимаю, ты вытянула свой счастливый билет. В заключение, ты должна меня поцеловать.
Прежде чем я успеваю ответить на его замечание, он смеется и неторопливо выходит в коридор. И я слышу, как Джейк Уэстон с щелчком мягко закрывает дверь за собой.
  
13 Джейк
 
— Прошу тебя, скажи мне, что ты заставил ее прекратить эту забастовку, — первое, что я слышу вместо приветствия, от Майлза с отчаянием в голосе.
Я, улыбаясь, на его замечание, хватаю свой гамбургер, начиная его откусывать. Послушайте, нет ничего лучше, чем съесть гамбургер и выпить пиво на улице у ресторана, когда стоит такая теплая погода. Весна — лучшее время в Нью-Йорке, как по мне. Черт возьми, для меня это самое лучшее время года, когда можно почувствовать себя настолько живым. И поскольку «Шейк-Шак» — вершина удовольствия, то это одно из моих самых любимых мест в городе.