Восхитительная ложь (ЛП)

Руки Лиама запускаются в его растрепанные волосы, в отчаянии хватаясь за корни. Его стеклянные глаза кажутся расфокусированными, когда он снова смотрит на меня, лишенные всяких эмоций.
— Послушай, я не в настроении ссориться с тобой. Хочешь заползти в объятия воплощенного дьявола, будь моим гребаным гостем. Но не жди, что я подниму тебя, когда ты упадешь с высоты, с которой он тебя сбросит.
  
С этими словами он врывается в дом, протискиваясь мимо Беван даже без ворчания.
— В чем его проблема? — спрашивает она, ее глаза мечутся между мной и пространством, которое ее брат только что прорыл бульдозером.
Отбрасывая сожаление, опускающееся в глубины моего живота, я качаю головой и наклоняюсь к ней.
— Я не знаю.
Ее шаги совпадают с моими, ее ожидание ответа толкает ее вперед.
— Должно быть, произошло какое-то темное дерьмо, потому что Лиам никогда не теряет хладнокровия, как сейчас, никогда.
Направляясь по прямой к холодильнику, я бросаю сердитый взгляд через плечо.
— Ничего особенного. — Мои пальцы обхватывают дверную ручку, и я открываю ее, заглядывая внутрь в поисках чего-нибудь, что успокоило бы фей, танцующих у меня в животе.
Выбирая сэндвич, я достаю пачку ветчины и полфунта сливочного масла Kerrygold, затем закрываю холодильник. Наконец, я беру нарезанный ломтиками хлеб и тарелку с гарниром, все время избегая понимающего взгляда Беван.
Когда я не могу избежать ее больше, я оборачиваюсь, чтобы найти ее, сидящую за барной стойкой.
Сокращая расстояние между нами, я сажусь на высокий табурет напротив нее и начинаю готовить себе закуску.
— Ты ведь не собираешься оставить это так, не так ли?
— Я похожа на Эльзу?
Поднося руку ко рту, я сдерживаю взрыв смеха, бурлящий у меня внутри, потому что да, с бесцветными волосами, которые спускаются по спине, в сочетании с бурными серыми глазами, это именно то, на что она похожа.
— О, заткнись. Ты знаешь, что я имела в виду. — Она тянется через стол и достает яблоко из корзины с фруктами, затем бросает его мне в голову. — Перестань избегать моего вопроса и расскажи мне, что произошло между тобой и Лиамом.
— Отлично, — подчеркиваю я, закатывая глаза, прежде чем погрузиться во все, начиная с того момента, как Ри вышел в октагон, и заканчивая тем, как мы с Лиамом подъехали к дому. Беван молчит, жадно ловя каждое слово. Как только я заканчиваю, она разрывает тишину своим истерическим смехом.
Смущение омрачает мой лоб, и я плотно сжимаю губы, углубляя линии улыбки.
— Что тут смешного?
Поднимаясь на ноги, она указывает кончиком подбородка мне следовать за ней в гостиную.
— Давай, мы поставим фильм, и я расскажу тебе все о соперничестве на протяжении всей жизни между Лиамом Деверо и Роуэном Кингом. — Она шевелит бровями, как будто хранит все пикантные секреты. — Но сначала нам нужно выпить.
Ноги сами несут ее к стеклянному шкафчику рядом с телевизором. В следующий миг в ее пальцах оказывается полная бутылка текилы. Мы устраиваемся, и Беван проводит следующие полчаса, рассказывая о нескончаемом соревновании Роуэна и Лиама за звание следующего короля Киллибегса.
  
Глава пятнадцатая
 
РОУЭН
Ничто так не нравится мне в этой жизни, как скрывать борьбу от глаз моего врага. Особенно, когда этот враг — не кто иной, как Лиам Деверо.
Годами этот скользкий ублюдок пытался превзойти меня в школе, в спорте, даже в боксе, но у него никогда не получалось. Он выглядел… довольно жалко — если бы вы спросили меня, — учитывая, что его родители владеют самым уважаемым тренажерным залом для ММА на этой стороне острова и даже тренировали некоторых из лучших спортсменов, которых когда-либо видела эта страна. Тем не менее, бедный Лиам всегда немного отстает, и сегодняшний день ничем не отличался.
Давайте посмотрим правде в глаза; он ни черта не мог сделать, чтобы помешать мне прижать Сиршу к своей груди, и при этом он не мог контролировать то, как ее щеки приобрели приятный оттенок розового от моих грязных слов. Можете считать меня самовлюбленным, но выражение поражения в его глазах сделало мою погоню за Сиршей более приятной. То, как борьба исчезла с его лица, когда моя рука лишила его дыхания — чистое безумное совершенство.
Конечно, для большинства людей мы с Лиамом друзья, стоящие вместе, изображающие единый фронт ради синдиката, но за кулисами лучшие игроки знают, что между сыновьями Кинга и Деверо нет прежней любви. Всегда был драйв, здоровое соперничество, которое подталкивает нас к тому, чтобы быть лучше, сильнее, быстрее и все остальное между ними. Теперь, похоже, давно потерянная принцесса Киллибегса не исключение, что только сделает мою победу намного слаще.
Лиам может думать, что я не вижу его жалкого защитника насквозь, но он жестоко ошибается. Может, у него и есть наивная маленькая Сирша, которая ест у него с ладони, но я знаю лучше, и он свихнулся на всю голову, если думает, что будет втискиваться и романтично пробираться в положение, которое по праву принадлежит мне, потому что я никогда не позволю этому случиться.
Видите ли, дело во мне в том, что я чистокровный засранец, но, по крайней мере, я честен в этом. У меня только одно лицо, и если оно тебе не нравится, мне насрать.
Если Лиам хочет сразиться со мной в войне сердец за королеву Киллибегса, ему лучше пристегнуть ремень, потому что это еще одна битва, которую я, блядь, отказываюсь проигрывать.
Наконец, я останавливаюсь возле своего гостевого домика, поднимаю руку к клавиатуре и набираю код. Раздается характерный щелчок открывающейся двери, и я протискиваюсь внутрь, чтобы обнаружить Айдона, распростертого на моем диване и поедающего мои гребаные "Принглз".
— Так, так, так. — Его глаза прищуриваются, когда я смотрю на него, а его рот насмешливо кривится в одну сторону. — Ты закончил с сегодняшним эпизодом о том, как Роуэн становится преследователем уровня Джо Голдберга?
Игнорируя его и его остроумное замечание, я иду вперед, мимо его ссутулившегося тела в кухню открытой планировки. Мое горло сводит от жажды, поэтому я открываю холодильник и достаю бутылку Evian, затем подношу ее к губам, позволяя ледяной воде стекать по пищеводу, охлаждая внутренности.
Как только я выпиваю всю бутылку воды, я сжимаю ее в кулаке, а затем бросаю, как баскетбольный мяч, в корзину через всю комнату.
Признавая урчание в животе, я открываю шкаф над раковиной, беру пакет оригинальных Хула хупс и направляюсь к своему любимому креслу, прежде чем плюхнуться на сиденье.
Я открываю пакет и отправляю в рот полную порцию печенья, смакуя каждый кусочек.
Наконец, я встречаюсь взглядом с настороженным взглядом Айдона.
— К твоему сведению, сегодняшнее преследование превратилось в разговор. — Поддразнивающий, может быть, немного трогательный.
— О. — Он хихикает сквозь сомкнутые губы. — Ты подарил Сирше свою девственность? Как насчет того, чтобы подержать за руку? Это все еще актуально?
Протягивая руку под мышкой, я хватаю одну из черных подушек, на которых настаивала моя мама, и бросаю ее прямо в него, попадая прямо между глаз.
— Разве ты не помнишь? — Язвлю. — Твоя мама уже забрала мою визитную карточку. Очевидно, папочка Брэди неправильно бил по этой тугой заднице.
— Ты животное.
— Это то, что она сказала. — Я приподнимаю бровь, когда поднимаюсь со своего места. — А теперь, если бы ты мог вежливо съебаться к себе домой, это было бы здорово. У меня еще куча дерьмовых дел.
Подтягиваясь, он бросает на меня понимающую ухмылку. Затем, пятясь назад, он поднимает сжатую руку в воздух и двигает ею вверх-вниз.
  
— Не давись цыпленком слишком сильно, мой друг. Не дай Бог, он отвалится.
Я указываю на дверь, но я ничего не могу сделать, чтобы стереть скользкую самодовольную ухмылку со своего ухмыляющегося лица.
— Убирайся к чертовой матери!