Медведь и русалка (СИ)

В принципе, господа декан говорит им это примерно с самого начала первого курса, так что — ничего нового. Просто… Медведь ожидал, что все они получат по мозгам, и он, как зачинщик, хотя какой он зачинщик, он просто не смог уйти без потерь, нет, сам бы мог, наверное, но с ним была Финнея и мелкие. Хотя какие они мелкие-то, вчера вступились совсем как большие. Может, их теперь во дворе будут уважать? Или наоборот, обходить десятой дорогой, потому что маги проклятые?
Сложно это, короче.
А на практике госпожа Монтенеро усмехнулась и поставила задачу:
— Ну что, представьте, что вы один, и вокруг — агрессивно настроенная толпа простецов. Магически неодарённых, — добавила она с усмешкой. — Ваши действия?
И дальше они всю пару этим и занимались — каждый оказывался в окружении, и должен был выбраться, используя только разрешённые в общественных местах магические действия. Правда, нападающие вовсе не могли по условию пользоваться магией, только кулаками.
Ну что, справились не все. И кое-кто из нападающих, забывшись, включал атаку, и те, на кого нападали, тоже, были моменты, долбали так, как нельзя ни в коем случае. Легко справилась Мизуки — нагнала тумана, и пока в нём бродили, выскользнула. Легко ушёл Жанно — применив к троим последовательно способности менталиста, его и пропустили. Клодетт неожиданно для всех завизжала почти что ультразвуком «спасите, убивают», кое-кто растерялся, и она сбежала. Но большинство, как и Медведь, просто прорвались кулаками.
Вчера содранные кулаки привела в порядок Марианна, и сегодня ими вполне можно было бить дальше. Но сегодня против него были умелые, а не толпа… но он всё равно постарался расшвырять, а не побить, как вчера. Кого-то раздул, кого-то отбросил, да и всё.
— Что ж, второй курс, хоть мы и живём с вами в несовершенном мире, я уверена, что вы не пропадёте, — сказала госпожа декан, она пришла в середине пары и просто смотрела, кто, что и как делает. — И это внушает мне надежду, что мы учим вас не напрасно, — усмехнулась она напоследок. — И вчера кое-кто это неплохо показал. Хоть, конечно, таких ситуаций и следует по возможности избегать.
Чего напрасно-то? Конечно же, не напрасно, считал Медведь, и видел — остальные с ним согласны.
  
26. Родная кровь
 
Финнея ощутила вызов детектива Долле, когда они сидели у Саважа толпой и учили к зачёту по древнеимперскому, этот предмет много кому не давался, а ему — легко. И он был готов заставлять их всех читать по очереди, и поправлял тут же ошибки — прямо как его дед.
— Ты скажи, тебе это всё на хрена? Эти времена, падежи и прочая ерунда? — страдальчески спросил Флинн.
— Я просто это знаю, а мало ли, что и как дальше? Думаю, мой дед тоже на втором курсе не думал, что будет преподавать студентам историю античности, — пожал тот плечами. — И ты тоже не знаешь, как и куда оно вывернет. Поэтому читай.
Финнея следила за текстом, и не сразу поняла, что её зовут по магической связи, причём кто-то, с кем она не сказать, чтобы часто общалась. Поднялась с дивана, нашла свою сумку и зеркало в ней, и вышла в коридор.
— Здравствуйте, госпожа Финнея, — детектив Долле улыбался.
Всё хорошо? Он нашёл?
После той безобразной драки она не встречалась больше ни с кем из семьи Медведя. Он сам ездил домой в прошлое воскресенье, вернувшись, сказал, что там всё в порядке. Студенты-маги, подумавши, не стали предъявлять обвинение, но до простецов довели, что если они хоть раз рыпнутся, то обвинение будет. И не просто про драку и повреждения, но — драка на почве дискриминации, журналисты мигом раскрутят и обсосут, живых не останется.
И поэтому они просто учились — подбирали хвосты и готовились к сессии. Ну и Медведь готовился к полуфиналу через два дня, вечером в субботу. Работа у него закончилась до осени, жить стало чуть проще. А каких-то денег подкинули родные — чтобы сейчас не бегал и не искал никаких новых подработок, так сказали.
Ещё она переписывалась с Диего — после той встречи каждый день. Слала ему фотки их обычной жизни — пусть смотрит. И постепенно убеждала приезжать летом и сдавать экзамены.
 
Но это всё потом, а сейчас…
— Здравствуйте, господин Долле. Есть новости?
Почему-то у неё резко пересохли ладони. Она пошла в кухню, открыла там воду, пристроила зеркало на посудную полку, а руки засунула под кран.
— Да, госпожа Финнея, есть новости. Я встретился с вашей бабушкой и поговорил с ней. Она готова встретиться с вами.
— Где, когда? Я приеду, куда надо.
— Она приедет в Паризию в субботу.
Эх, всё в субботу. Но… надо — значит, надо.
— Да, хорошо, — она почувствовала, что не хватает воздуха.
— Госпожа Сориано будет ждать вас на открытой террасе отеля «Республика» в два часа.
— О… да, я успею. В субботу три пары, как раз успею.
— Вот и славно. Она сказала, что видела ваши фото, и узнает вас. И просила, чтобы вы пришли одна.
— Хорошо. Приду одна. Огромное вам спасибо, господин Долле. Вы… сделали для меня очень много.
— Но вы пока ещё не знаете, чем закончится для вас эта встреча.
— Не важно. Я благодарна вам за саму возможность.
— Принимается, — улыбнулся он. — У вас всё в порядке? И у Антуана?
— Да, благодарю вас. Вот, учим. Завтра зачёт по древнеимперскому. В субботу у него полуфинал, в шесть.
— Да, я слышал. Мы придём поддержать, только ему не говорите заранее.
Даже так?
— О, для него это очень важно, правда. Здорово.
— Вот и славно. А сейчас я прощаюсь.
— До встречи, господин Долле.
Финнея выключила воду, вытерла руки и выдохнула. Послезавтра, в субботу. Что ж, она этого хотела… почему-то. Значит, вперёд.
А сейчас — вперёд, к древнеимперскому.
Зачёт был сдан, субботние пары отработаны… она накануне рассказала Медведю, что собирается делать.
— Твой дядя убедил мою бабушку раскрыться и показаться. Я пойду знакомиться.
— Ты не возьмёшь с собой каких-нибудь родственников? — нахмурился он.
— Она просила, чтобы я пришла одна.
— Ну ладно, но если что — звони или связывайся.
— Конечно.
И вот после практики по специальности она вызвала такси и отправилась в отель «Республика». Отель был велик и помпезен, а его открытая терраса располагалась на двадцатом этаже и позволяла видеть весь город. Красиво и страшновато.
Финнея поднялась на лифте, ведущем именно на эту террасу, и сказала официанту на входе, что её должны ожидать.
— Ваше имя, госпожа?
— Финнея.
— Да, верно, столик возле фонтана, позвольте вас проводить.
Фонтан и вправду был — небольшая чаша, довольно сильная струя воды, завеса из мельчайших капелек рядом… завеса отгораживала что-то вроде отдельного кабинета, в котором кто-то сидел за столом. Финнея прошла сквозь завесу и впилась взглядом в пожилую женщину.
— Здравствуй, детка Финнея, — она поднялась из-за стола с улыбкой.
Седая, стройная, смуглая, серебряные волосы убраны в замысловатую причёску. Серый костюм с лёгким серебристым отливом немного напоминает чешую. Глаза серо-зелёные… такие, как у отца, и у Финдуса, и у Марины. У неё самой — бирюзовые, мамины.
— Здравствуйте, — прошептала Финнея. — Благодарю за то, что согласились встретиться со мной. А если дед узнает, и ему окажется не по нраву — я скажу, что сама нашла вас и настояла на встрече.
— Я смотрю, тебе не занимать целеустремлённости и упорства. А я ведь предупреждала Финниля, что родная кровь есть родная кровь, — усмехнулась она. — Всё в порядке. В этом заведении отличный рыбный суп и неплохие кальмары. Располагайся, будем есть, пить арро и разговаривать.
  
27. Выбирай себя
 
Финнея никак не могла начать разговор. Не знала, что спросить и как, хотя уже миллион раз успела представить себе эту встречу. Сейчас же язык словно присох куда-то там внутри и не хотел ворочаться. Она схватила стакан с водой и осушила его едва ли не одним глотком.