Медведь и русалка (СИ)
Профессор пел ему в ответ, и тот мрачнел. Наверное, ещё раз слушал всё то же самое — что хрен с маслом, а не как он там хочет, решать будет дядя. Потом коротко кивнул в ответ и ушёл в сторону раздевалки, ни на кого не глядя.
— Профессор, неужели вам удалось убедить этого… неубедимого господина? — тихонько усмехнулся дядя.
— Я постарался, — улыбнулся профессор.
— Спасибо вам, большое и человеческое, — подмигнул дядя. — Я уже думал, придётся применять какие-нибудь чрезвычайные и сомнительные способы убеждения.
— Не придётся, — покачал головой профессор, а потом подошёл к бассейну, и снова запел, как рыба.
Маленькая девочка радостно выпрыгнула из воды, плюхнулась обратно и запела в ответ.
— Может того, надо было сразу профессора звать? На хрена нам этот, с хвостом? — тихо спросил Медведь у дяди.
— Я так понимаю, он пришёл, как смог, — так же тихо ответил дядя. — Ничего, уговорили нашего морского красавца. Они, говорят, очень самолюбивые, обижаются на ровном месте, и договориться с ними непросто.
— Удачи тебе тогда, — Медведь проникся.
— Спасибо. И молодец, что быстро сообщил, — дядя снова взъерошил ему затылок, и обернулся к вышедшему переодетому рыбу. — Господин Зираэль, портал нашего отделения к вашим услугам.
— Благодарю, — буркнул тот через губу.
Дядя ещё помахал на прощание, и они остались с девчонками в бассейне, доктором Алисией и профессором.
— Я, наверное, задержусь здесь, — серьёзно сказала Финнея. — Саннии нужно видеть, что она не одна.
— Понимаю, — вздохнул Медведь.
Это точно, таким мелким не нужно быть одним.
— Свяжитесь с вашими кузинами, пусть тоже помогают, — сказал профессор. — Молодой человек, вам в какую сторону? Вас подбросить?
Порталом? Правда?
— Да хотя бы до остановки… Спасибо, профессор.
— На здоровье. Берите, открывайте, куда надо. Теорию помните? — в ладонь Медведю лёг прохладный кристалл.
Что, сразу домой, да? Круто. Потому что быстро. Он было уже открыл, но потом вспомнил ещё кое-что.
— Профессор, скажите, а очень сложно, ну, выучиться петь, как они? — и кивнул на девчонок в бассейне.
— Непросто, но реально, — улыбнулся профессор. — Ступайте, господин Долле.
Реально, да? Ладно, поглядим.
14. Непростые вопросы
Финнея изумлялась — что, она поддержала бесхвостых против соотечественника? В самом деле?
Но господин Зираэль был не прав. Потому что если ты живёшь где-то, то живёшь по законам этого места. Дома соблюдения законов жестко требовали со всех, кто хотел жить в той акватории, где властвует дедушка. Почему здесь должно быть иначе? И он ведь не в первый раз среди людей, должен понимать. Выставят, и даже ручкой вслед не помашут.
А господин Долле, дядя Медведя, выглядел человеком опытным и знающим, уж наверное, он сможет разобраться, кто похитил из моря маленькую Саннию? И сделать так, чтобы это не повлекло дипломатических осложнений — потому что не нужно усложнять отношения между людьми и не людьми. Можно закрыть море для людей — но тогда люди закроют морским многое из того, чем те привыкли пользоваться. Смешно сказать, отцовский нефтяной бизнес — он наполовину с людьми. Нужное оборудование не изготовить в море, и вообще весь доход возникает от того, что людям бесконечно нужно топливо. В ответ морские тоже могут пользоваться благами людской цивилизации, к которым привыкли. И лучше понимать, как устроен мир в целом, и какие силы в нём есть — потому что из-под воды, как она сейчас понимала, можно разглядеть далеко не всё, а что разглядишь, так оно потом на берегу совсем другим окажется.
Внезапно Финнея поняла, что согласна с профессором де ла Моттом, который не-нет да повторял, что мир не так велик, чтобы в нём что-то делить. И все существа, населяющие его, вполне способны жить мирно и общаться с выгодой и пользой друг для друга. В первую очередь, те существа, которым дано свыше больше, чем простецам, которых, как ни крути, очень много и в море, и на суше.
В море вместо простецов — другие существа. Русалок мало, и все они — маги. Как маги в мире людей. Даже маленькая Санния уже кое-что может, правда, её сила ей пока совсем не подчиняется. Ничего, научится.
Эх, сколько непростых вопросов, оказывается, может всколыхнуть одна маленькая русалочка!
Вместе с доктором Алисией они накормили Саннию — предложили ей отварную рыбу, и рыбный же бульон, и пирожное — все русалки сладкоежки, в море сладостей нет, поэтому на суше сладости — их радость и отдушина. Маленькая Санния не стала исключением — она с восторгом попробовала, съела и потребовала добавки. Взрослые посмеялись и обещали подумать об этом завтра, потому что — и так непривычный рацион, но где ж тут найдёшь перетёртых подкаменных моллюсков, и вымоченные в прогретой солнцем воде рыбьи хрящики, и всякое другое, что едят маленькие дети, пока не научатся есть всё? С другой стороны, что-то же она ела, пока была не дома, а где-то, и чувствует себя хорошо, значит — ничего страшного.
Наевшаяся Санния уснула прямо на дне, и Финнея выбралась из бассейна, чтобы связаться со всеми, с кем можно и нужно. Уже было понятно, что до утра она никуда отсюда не двинется, потому что если мелочь проснётся ночью и не увидит никого знакомого — то ей будет очень плохо и одиноко, а она и так уже натерпелась. Поэтому Финнея связалась сначала со своими — Райной и Силь, рассказала им всю историю, и они выразили желание тут же бежать знакомиться с Саннией, и вообще — готовность помогать.
Договорились, что утром придет Силь — у неё, как у выпускницы, завтра как раз день подготовки диплома, так это называется. Она сможет побыть с Саннией, пока Финнея будет на парах. А после пар придёт Райна — и там договоримся, как долго она останется.
Потом Финнея связалась с мамой и рассказала ей всё, как есть — и про Саннию, и про господина Зираэля, и про детектива Долле. Та всполошилась, обещала осторожно поговорить с отцом и дедом — потому что ничего не слышали о том, чтобы пропал такой маленький ребёнок. И уж конечно, отец или дед свяжутся с господином Зираэлем, чтобы понять — что тот узнал от Саннии, и есть ли там какие-то зацепки для поисков в море. И что, конечно же, она готова принять детку и заботиться о ней — пока не найдутся её родители.
Ну уф, думала Финнея. Значит, как только господин Долле разрешит — сразу же отправим Саннию к маме. Мама знает, что таким детям можно и что нельзя, и что вообще нужно, и как правильно. Про себя Финнея помнила, что в таком возрасте вообще только сказки слушала о том, что там, наверху. И никогда не покидала одна пределы дворца, только с кем-то из взрослых. А тут… безобразие какое-то просто. Херня полная, как говорит Медведь, и ещё кое-кто тоже.
Она связалась с ним — не отвечает. Ладно, мало ли, что там у него вообще. Ответит ещё. А пока можно лечь на воду, раскинуть руки… хорошо. Она давно уже не проводила так много времени в воде, как сегодня, разве что в аквапарке на каникулах, но там всё иначе — бегали толпой, катались с горок, ныряли в бассейне, вместе с Анной и Джеммой крутили из воды водовороты.
Зато у неё тут столько приключений, сколько никогда не бывает в море. И столько друзей вокруг, и какая разница хвост у них или ноги!
— Финнея, ты ещё пока не собираешься к себе? — доктор Алисия пришла проведать их.
— Знаете, доктор, я пойду утром. Придёт моя кузина Силь, у неё завтра есть возможность провести здесь целый день. Я познакомлю Саннию с ней, и она останется. А потом придёт моя другая кузина Райна.
— Это замечательно, я вам очень благодарна, — доктор Алисия обняла Финнею. — Я сегодня дежурю и буду заглядывать к вам. Сейчас я побуду с девочкой, а ты пока сходи поешь, я сказала, чтобы тебе принесли еду в кабинет, — она кивнула на владения докторов-физиотерапевтов, где сейчас никого не было.
— Спасибо, доктор Алисия, — Финнея улыбнулась, встряхнулась, перекинулась и пошла переодеваться.
15. Отборочный тур
Отборочные испытания в шоу сильных Медведь прошёл легко. Вот реально легко. Может потому, что и правда подготовка даёт о себе знать, а может потому, что накануне проспал весь вечер и всю ночь, и только утром подскочил по будильнику.