Студиозус (СИ)

Обернулся в сторону Дениса и встретился с ним взглядом. Один глаз парня был налитым кровью, как и у его отца, а второй молочно-белым. Словно Денис был слеп на этот глаз. Но это было совсем не так. Парень был таким же, как и я. Две силы. Два дара. Только в отличие от меня его это сильно тяготило. Отсюда и такое поведение, и его затворничество.
Но сейчас я видел совсем другого человека. Наследника старшей семьи, величественного, гордого, уверенного в своих силах и в том, что именно он должен стать первым на факультете.
— Свет и Тьма. — произнёс ректор, заставляя меня разорвать контакт со Скуратовым. — Как и ожидалось от наследника двух старших семей. Впервые в истории академии, а возможно, и впервые в мировой истории, появился одарённый, способный использовать сразу две силы. Двуталанный одарённый. Для нас большая честь обучать тебя, Виктор. Надеюсь, что ты будешь делать это с нужным рвением и запалом. Дмитрий, я здесь больше не нужен. Закончи инициацию всех студентов и после зайди ко мне. Нужно будет немного скорректировать программу обучения.
Вновь раздался треск, и Пётр Алексеевич исчез, оставив нас втроём. А вот его защита осталась. Она явно была воздвигнута не для меня одного. Сейчас я уже начал сожалеть, что иду не последним. Что позволил устроить выборы и проиграть на них, не став пользоваться своими силами. Было очень интересно узнать, какими силами обладает Денис, и действительно он, такой же, как и я? Как там сказал ректор? Двуталанный одарённый.
— Виктор, ты можешь идти. За пределами площади вас ждёт Прохор и остальные ребята. Как только мы закончим, отправитесь на заселение. — сказал Дмитрий Петрович, и мне ничего не оставалось, как двинуться на выход. Продавить Годунова у меня точно не получится.
* * *
— Как вы уже поняли, факультет старшей крови кардинально отличается от других факультетов. И не только тем, что набор на него происходит раз в поколение, не только качеством и силой студентов, обучающихся на нём, но ещё и методами обучения.
Примерно через полчаса, после моей аттестации появились и отец Василисы со Скуратовым. Парень снова был в капюшоне, скрывая свои глаза в его тени. Руки засунуты в карманы, плечи опущены, слегка согнут, а ноги при ходьбе слегка задевают плитку, чиркая по ней. Это был уже не тот человек, которого я видел после своей аттестации. Не наследник старшей семьи, не талантливый одарённый, который очень похож на меня. Нет, это был, какой-то забитый подросток, который боиться даже показать своё лицо.
Но я прекрасно знал, что это отличная игра. Что на самом деле именно Денис Скуратов станет моим главным соперником. Даже великая княжна куда менее опасна. Её действия можно предугадать и повлиять на них. А вот Денис непредсказуем. И что-то мне подсказывает, что не для одного меня. Здесь не помогут даже способности Василисы. Иначе мы не врезались бы в него, когда спускались по лестнице. Да и сегодня Годунова могла помочь мне и подсказать, кто выйдет победителем в голосовании, но на этого не сделала. И теперь я понимаю почему. Она просто не могла этого предсказать.
Куратор и Денис появились из-за защитной пелены, и она сразу же перестала существовать. Отец Василисы был очень доволен проведённой аттестацией. Впрочем, единственным недовольным здесь был Кеша, но и он старался всем показать, что был очень крут. Что не собирается отказываться от своих слов о лучшем ученике академии. А все, кто видел его провал, не собирались о нём рассказывать. Хотя за Дениса я не могу ничего говорить. Но он в любом случае вообще ни с кем не разговаривает. В отличие от куратора, который продолжал говорить.
— Сейчас Прохор отведёт вас в квартал факультета старшей крови. Там вы выберете себе жильё и разберёте вещи, которые вскоре будут доставлены. Все вопросы, касающиеся проживания в академии можете задавать Прохору. С завтрашнего дня начнётся ваше обучение. Занятий будет много, и все они отличаются от тех, что проходят у студентов других факультетов. Поэтому готовьтесь. И мой вам совет — отдыхайте как можно больше. Никто не знает, когда в следующий раз вы сможете это сделать.
 
Василиса фыркнула, и первой оказалось возле Прохора, а вот остальные ребята хотели задать кучу вопросов Дмитрию Петровичу, но он сказал, что для этого у нас есть Прохор, а ему самому необходимо срочно бежать к ректору. При этом куратор едва не светился от счастья. Похоже, что теперь в академии Годуновых обучаются сразу два уникальных одарённых.
— Кто умеет водить? — спросил я, прикидывая, как мы все будем добираться до нужного квартала.
Пятнадцать человек, это три машины. Если среди оставшихся не найдётся тех, кто умеет водить, значит, это будем я, Матвей и Руслан.
Но практически все парни умели это делать. Исключением стал Кеша, который заявил, что ему это не нужно, есть водитель. А среди девчонок Василиса и Елена умели водить, а Маша и Ульяна нет. Прохор не стал долго разговаривать, а сразу сказал нам садиться по машинам и двигаться за ним. Что квартал факультета старшей крови находится довольно далеко. В отдалении от основной территории академии и видеться с другими студентами мы будем довольно редко, что мне сразу не понравилось. Так, я не смогу быстро отреагировать, если узнаю, что кто-нибудь притесняет брата.
— Чего такой серьёзный? — спросил появившийся рядом Матвей. — То же не хочешь учиться? Я вот терпеть не могу. Хоть я и понимаю, что эти знания просто необходимы. Как и ещё куча всего, чему с детства учат наследника старшей семьи.
— Нет. Учиться мне как раз нравится. Это делает меня лучше. Боюсь, что не успею, если кто-нибудь станет задирать брата. Я дал слово его отцу, что не позволю никому этого делать.
Матвей посмотрел она меня так, словно увидел впервые в жизни.
— Слово, это очень хорошо. Но ведь твой брат также Апраксин, пусть и не первой линии. Он обязан уметь постоять за себя. Или ты всю жизнь будешь ходить рядом и защищать его? Ты наследник, будущий глава семьи, и это тебя должны защищать.
— Мне не нужно. — отмахнулся я. — Я всегда смогу договориться с любым противником. Это не проблема. А вот Димка так не умеет.
— Зачем договариваться, когда можно дать в морду? — снова удивился Матвей. — Это гораздо эффективнее разговоров.
— А потом начинаются клановые войны, на которых гибнут десятки, если не сотни одарённых и тысячи простолюдинов. И всё из-за таких, как ты. — ткнув Матвея пальцем в грудь, сказала великая княжна.
Она, что, подслушивает мои разговоры? Постоянно появляется в ненужный момент.
— Даже не представляешь, насколько тяжело императору сдерживать подобные войны. И какие последствия они несут империи.
— А вот не надо никого сдерживать. Хорошая драка — это всегда польза. Слабые исчезнут, сильные станут ещё сильнее. Новые контракты для ВПК. Новые рабочие места. Приток денег в имперскую казну. Я вижу в войнах лишь одни плюсы.
— Плюсы для Шуйских, которые любые проблемы привыкли решать кулаками. А я тебе говорю, как это всё есть на самом деле. Любая война между кланами, это ослабление империи. Кланы думают только о себе, а император — обо всей империи. Поэтому Виктор прав, проблемы необходимо решать переговорами. Хотя и есть ситуации, в которых нельзя обойтись без насилия. Но их не так уж и много: оскорбление, которое возможно смыть только кровью, убийство и изнасилование.
— Если так рассуждать, то вообще всё нужно будет спускать с рук всяким наглецам, которым будет только за радость поддеть старшую семью.
— Хватит уже, вы начали заниматься демагогией, и если так дальше продолжится, то нам самостоятельно придётся искать квартал факультета. — прервал я спорящих.
Хотя мне также был интересен этот спор. Понимание того, насколько разными могут быть старшие семьи в столь серьёзных вопросах. И Рюриковичи мне здесь импонируют гораздо больше Шуйских. Нельзя решать кулаками все вопросы. И мы обязательно вернёмся к этому разговору, в котором поучаствую и я, а ещё постараюсь привлечь к нему как можно больше представителей других кланов, чтобы понять, как кто относится к подобному.